Глава 2

Бриться по утрам - настоящий ритуал.
Жан старался никогда не избегать его. Ему вообще претила любая растительность на лице, росла же она очень быстро и рыцарь почитал за необходимость каждый день браться за короткий, чуть изогнутый нож, заказанный мастеру-кузнецу специально для этого. Так, чтобы можно было бриться самому, не рыская в поисках брадобрея по замку.
Точильный камень так и вертелся, высекая снопы искр из лезвия. В темной комнатке на самом верху одной из башен Утиного замка редко бывали люди, ниже располагались склады, и это было едва ли не единственное место во всей округе, где Жан мог остаться наедине с собой.
Но не сейчас.
- И все же я не могу представить, что эта девушка - дознаватель, - сказал Итон. Он стоял у окна и глядел вниз, где тренировались ополченцы. Недавним указом король велел собирать подразделения арбалетчиков, и лорд де Сентонж не собирался подводить монарха. - Слишком уж она молода.
Из уст Итона, которому самому едва стукнуло шестнадцать, это звучало смешно.
- Именно поэтому надо быть осторожным с женщинами, друг мой, - ответил ему Жан, продолжая точить нож. Правил клинок он очень часто, если удавалось, но предпочитал заниматься этим в одиночестве. Лишь сегодня прибытие королевского дознавателя в лице Жанны де Мируа спутало все карты. Почему-то Жан думал увидеть женщину лет пятидесяти, старую и брюзгливую, а вместо этого встретил прекрасно сложенную рыжую красотку. Оставалось только надеяться, что ее колдовские умения не уступают внешности.
- Я пойду вниз, - сказал Итон. - Наша гостья, верно, уже заблудилась в коридорах замка.
Жан не смог сдержать хохота. Он хорошо знал, чем именно сейчас занимается гостья, поскольку сам проводил ее в покои и велел прислуге нагреть воду для ванны. Рыцарь не сомневался, что госпожа де Мируа не вылезет из нее еще долго - во всяком случае, пока вода не остынет. Но Итону знать это было вовсе не обязательно.
Оруженосец искоса глянул на него и, не сказав ни слова, вышел.
- Во всяком случае, красивых девушек у нас в замке прибавилось, - пробормотал Жан себе под нос, ставя стул у окна и поднимая на него ведерко с водой. Рядом он положил кусок мыла, после чего принялся с удовольствием умываться.
Красивых девушек в замке действительно не хватало. Две служанки да Ивонн, личная колдунья графа де Сентонж - вот и все прекрасное население резиденции де Сентонж. Была, правда, еще старуха-кормилица, но к девушкам ее не отнес бы самый предвзятый судья. Скорее она заменяла Жану мать. Конечно, по деревням можно было найти вполне пригожих селянок, но белокурый рыцарь не слишком-то хотел плодить бастардов. Зато его брат Лиам не гнушался, когда захочется, съездить в Сент-Луж да зайти в бордель, а то и порыскать по окрестностям в поисках какой-нибудь раскованной девицы. Жан не одобрял похождения брата, но тот был старшим, и рыцарю оставалось только молчать.
Он посмотрел вниз, где крестьяне вытаскивали стрелы из мишеней. Стреляли они из рук вон плохо, самый бедный йомен Альбы с легкостью перебил бы их, как куропаток, но это только начало. Король не просто так отдал чуть ли не треть Шаннона - дорогая плата за десять лет мира, которого так не хватало стране. Зато он успеет обучить людей, и ничто не помешает прогнать захватчиков обратно на свой остров.
Мыло пахло мятой. Небось, опять деревенские набросали туда душистых трав. Варила его одна семья специально для Жана, и каждый раз старалась угодить рыцарю, который вовсе не был привередой. Все эти попытки его только забавляли, неизменно он платил за мыло полновесным серебром и всегда давал монетку-другую симпатичной дочке хозяина. И каждый раз та не знала, куда деться от смущения, а Жан лишь еще больше веселился.
Лезвие осторожно коснулось щеки чуть ниже глаза и быстрым движением скользнуло вниз, оставляя за собой чистую кожу. В тот же миг в дверь постучали.