Добавлено (11.12.2011, 01:15)
---------------------------------------------
Может,кому-то и покажется немного затянуто и скучно, но в дальнейшем постараюсь обойтись без долгих описаний.Вот у любимого мной Достоевского в "Преступлении и наказании",почти весь роман состоит из многосложных предложений(а я люблю долгие описания в книгах,не знаю,почему).Конечно, до классика мне далеко,но всё же...Как же научиться иначе строить длинные предложения.("..И тут Остапа понесло")...
Ладно,отвлёкся)))
Жду Вас с критикой и замечаниями

«С ним всё в порядке», - убеждала себя женщина, но эта мысль не принесла облегчения.
Наспех одевшись, Лена заперла квартиру и бегом спустилась к машине. Сейчас работа казалась спасительным кругом в затопившем её океане тревоги, местом, где она могла бы перевести дух.
Лена почти подъехала к зданию своей конторы, когда из сумки раздалась мелодия мобильника. Кое-как нашарив дрожащей от волнения рукой телефон, она тут же увидела, что номер ей незнаком. Голос молодого мужчины, раздавшийся в трубке в следующую секунду, тоже. Представившись младшим помощником какого-то неизвестного Лене отделения, он попросил её немедленно подъехать к зданию службы безопасности. Задыхаясь, женщина попыталась узнать зачем, но голос из трубки ничего объяснять не стал, лишь настойчивым тоном повторил просьбу приехать по указанному адресу.
Моля Бога, чтобы он предотвратил всё плохое, Лена развернула машину, и потом молилась всю оставшуюся дорогу.

На базе «Перевал» было, как никогда, многолюдно. Туда-сюда сновали представители различных служб, в разных местах сверкали вспышки фотоаппаратов, слышались приглушенные голоса, которые, если прислушаться, чаще всего что-то выспрашивали или выясняли. Такое уже происходило некоторое время назад, когда бесследно исчезла группа ещё одних горе-альпинистов. Два дня спустя были найдены тела троих из них, однако остальных шестерых так и не нашли. Ещё полгода раньше произошла похожая трагедия, и с теми же результатами…
Гора Дьявола жадно, ненасытно принимала новые и новые жертвы, коих с каждым разом становилось всё больше.
Двое мужчин в форменных одеждах сидели за одним из столиков в баре «Перевала», и задавали вопросы третьему – высокому светловолосому мужчине, лет тридцати, сидевшему напротив них с растерянным лицом. Он был родственником одного из пропавших в этой экспедиции, и оба мужчины искренне сочувствовали ему. Разговор длился около получаса, но ничего нового или особенного этот парень им не сообщил. Равно, как и они ему.
- То есть, ваш брат просто решил отдохнуть? – устало подвёл итог мужчина с волевым подбородком и умными глазами.
Он выглядел старше своего коллеги по возрасту, а его голос с чёткой дикцией выдавал в нём человека, привыкшего отдавать приказы.
-Да, - парень беспомощно огляделся. – Да, просто отдохнуть в этих чёртовых горах…
Все трое знали, что все эти вопросы не более, чем формальность, за которой может ничего не последовать, как, впрочем, и начавшиеся поиски могли ни к чему не привести. Вадиму (так звали парня, которому был задан вопрос) сообщили о пропаже его младшего брата этим утром по телефону. Можно сказать, ему повезло. Другие родственники участников экспедиции получили более трагичную весть о своих близких. Официальной причиной смерти альпинистов была названа лавина, сошедшая ближе к вечеру на их лагерь, однако, как понял Вадим из витавших в воздухе разговоров, выдать родственникам найденные тела для погребения, почему то, никто не спешил. Обошлось и без принятой в таких случаях процедуры опознания, что было странно вдвойне.
Вадим со стоном закрыл лицо руками. Он провёл бессонную ночь, добираясь к «Перевалу» на своём внедорожнике, и всё ещё никак не мог свыкнуться с мыслью, что произошедшее случилось на самом деле, что прежней жизни может уже не быть.
Не знал, как реагировать на новость об исчезновении брата, и как себя после этого вести. Радоваться тому, что Юрки не оказалось среди погребенных лавиной, или дико завыть, не зная, как сообщить обо всём этом матери? Кроме Юры и Вадима - двоих сыновей, у неё больше никого не было. Отец умер, когда оба они были ещё совсем маленькими. Вадим почти не помнил его, но хорошо знал, что с того момента в жизни их матери на первом месте всегда стояли только они – Вадим и Юрка. Замуж она так больше никогда и не вышла, посвятив всю себя сыновьям. Повзрослев, Вадим понял, что так, как мать любила их отца, она больше никого не полюбит. Просто не сможет. В её сердце больше не было места прежним чувствам. Вадиму это стало понятно после того, как однажды вечером он застал маму разглядывающей свадебные фотографии. В её глазах застыла такая тоска, что парню стало не по себе. Затем он вспомнил, что ещё в детстве она также брала в руки альбом, после того как проверяла их школьные задания, и после долго сидела с ним в кресле, пока он с Юркой смотрел по телевизору на Хрюшу и Степашку. Вадим не мог знать, о чём думала их мать в такие моменты тогда, но увидев в её глазах невыразимую тоску однажды, больше не смог забыть этого никогда. Этот взгляд – полный печали и боли он нёс в своём сердце всю свою жизнь. Когда же Вадим вырос и неожиданно начал зарабатывать приличные деньги, то первым делом решил компенсировать матери все прежние маленькие радости, которых раньше она себя лишала ради него с Юркой. Да нет, пожалуй, теперь Вадим мог позволить ей больше, чем просто маленькие радости. Впервые в жизни вся их семья смогла съездить на самое настоящее море: с пальмами на морском берегу, чайками, пляжным золотым песком и тёплым южным ветром.
Он смог оплатить Юркину учёбу в престижном учебном заведении, полностью отремонтировать обе новые квартиры – свою и матери с братом, и вроде бы, всё стало налаживаться.… Как он любил выходные с братом и матерью! Ждал всю рабочую неделю, с каким-то прежним детским трепетом в душе, зная, что там, рядом со своими родными, он сможет ненадолго стать самим собой. Передохнуть немного. Превратиться на один вечер в маленького Вадима, которому не надо ни с кем вести финансовые дела и бесконечные переговоры, а можно просто, как когда-то в детстве, посмотреть с Юркой отличный ужастик по Стивену Кингу, пока мама возится на кухне. О, эти дивные ароматные булочки с повидлом! Их ванильный запах не мог заменить ни один другой запах на свете. В те дни, когда мать работала так, что почти не бывала дома, такие ароматы неслись из кухни только в особо торжественных случаях, например, в день Рождения или на Новый Год. Теперь, когда Вадим приезжал по субботам, чувство грядущего праздника вновь охватывало его, а может, и всех троих. Праздника, понятного только им.
Да, в такие моменты Вадим был абсолютно счастлив. Ещё больше от того, что видел в глазах матери радость, хоть и понимал – будь отец с ними, эта радость не знала бы границ. В стремлении отблагодарить маму за те долгие годы, что она постоянно работала ради двух сыновей, Вадим совершенно забывал о себе. К своим тридцати шести годам он ещё не обзавёлся собственной семьёй. Не было у него и постоянной подруги, а так, только чтобы справить свои мужские потребности в сексе, на одну ночь. Забывал и о брате. О его делах, в основном, узнавал от матери, звоня ей каждый день, наверное, по сотне раз. Пожалуй, по отношению к Юрке, это было несправедливо. Чтобы укрепить с ним свои отношения и стать друг-другу ближе, Вадим планировал провести с родными свой летний месяц отпуска в какой-нибудь экзотической стране, например, в Индии, на Гоа. А вот теперь…

Если вы заметили, что вы на стороне большинства, это верный признак того, что пора меняться.
Марк Твен

Добавлено (11.12.2011, 14:59)
---------------------------------------------

Добавлено (23.01.2012, 08:07)
---------------------------------------------
Глава вторая


Местность, в которой в последнее время случались трагедии с альпинистами, являлась самой живописной из всех других в близлежащих округах. Великолепные виды снежных вершин по-прежнему привлекали множество самых разных людей, не смотря ни на что. Кто-то приезжал, чтобы просто покататься на лыжах, другие - подышать чистым горным воздухом, дабы подправить своё пошатнувшееся здоровье или набраться сил перед предстоящей после отпуска рутинной работой в городе. Любители экстремального отдыха пытались покорить манящие высоты гор, но в большинстве своём, люди приезжали просто отдохнуть среди первозданных красот природы, полюбоваться поистине божественным видом, этим безмолвным царством вечного снега и льда.
Деревня, куда сейчас направлялся Вадим, находилась в долине, окружённой кольцом этих самых гор, одна из которых снискала себе недобрую славу. «Гора Дьявола» - так прозвали её местные жители. Она являлась самой высокой из всех других вершин, что придавало ей некое величие. Любой, кто въезжал в «Долину сов», уже издали мог заметить конусообразную верхушку горы, а очутившись в самой деревне, можно было видеть её, практически, с любой точки. Для коренных жителей «Гора Дьявола» давно стала своеобразным символом тех мест, таким же, как, к примеру, для парижан Эйфелева башня, а для американцев – статуя Свободы.
Рядом с основной вершиной находились ещё две горы, по размерам не намного уступающие главной достопримечательности, но, всё же, уступающие. Как две заботливые служанки с мягкими ватными подушками из облаков, они бережно подпирали ими величественное тело своей госпожи с обеих сторон. Вид этой зимней сказки был настолько красив, что многие жители строили свои дома таким образом, чтобы потом любоваться живописным пейзажем из окон круглый год. Однако у альпинистов, решивших покорить эти горные красоты, мнение о завораживающем взор чуде менялось на высоте около пяти тысяч метров, когда почти пологий подъём из камня и снега сменялся ледником, толстым панцирем сковывающим гору почти до самой вершины. Добираться сюда даже со специальной подготовкой и снаряжением означало подвергнуть себя неминуемой опасности, но каждый год находились очередные смельчаки, которых подобный риск не страшил, а, скорее, привлекал, и они вновь и вновь устремлялись к вершине, зачастую пополняя своими именами уже и без того довольно большой список жертв «Горы Дьявола».
У подножия гор тянулась хвойная полоска леса. Когда-то ели и сосны полноправно считались единственными хозяевами долины, но это было так давно, что даже из местных жителей сейчас об этом мало кто помнил. Вековые деревья тянулись своими макушками в небо, будто пытались догнать по высоте окружающие их вершины, но чем круче поднимались горы, тем скуднее становилась растительность, и последние представители флоры завершали неравное соперничество уже на первом километре выше уровня моря. Лесополоса, как и горы, окружала долину сплошным кольцом, прерываясь лишь в одном месте – там, где пролегала дорога к деревушке.
Сама деревушка возникла на месте прежнего шахтёрского поселения, в котором изначально жили добытчики полезных руд и их семьи. Именно шахтёры были первыми поселенцами в этих местах. В своих недрах «Гора Дьявола» хранила огромные залежи каменного угля, столь необходимого человечеству, но спустя годы шахты закрыли. То ли запасы чёрного топлива в конце-концов исчерпали себя, то ли его добыча оказалась по каким-то причинам невозможной – этого не помнил никто. Одно время ходили слухи, будто причиной закрытия послужил несчастный случай, произошедший в одной из шахт, вследствие которого погибла целая бригада рабочих. Поговаривали, что сами шахтёры не раз предупреждали начальство о слабо укреплённых стенах тоннелей, но всё оставалось без изменений.
И однажды один из таких проходов не выдержал.
Многотонная тяжесть породы и камней сокрушила ненадёжные деревянные опоры, похоронив под собой всех находившихся в шахте людей.
Подтвердить достоверность этих слухов было некому, впрочем, как и опровергнуть. Кроме того, мало кто вообще слышал об этой истории, не говоря уже о тех, кто приехал в деревню сравнительно недавно. Собственно, никому и не хотелось порочить столь райское местечко в глазах приезжих, поскольку, по большей части, именно от них всегда зависело благосостояние посёлка. Переломный момент в истории поселения произошёл в начале девяностых, когда в «Долину сов» прибыли первые нувориши с толстыми кошельками. Они с размахом взялись за обустройство брошенных шахтёрами земель, поражая местных аборигенов масштабностью строительства и необычным для таких мест видом возводимых домов. Со временем, желающих приобрести постоянное жильё среди безмолвного царства снегов становилось всё больше. Людей привлекала удалённость деревни от пыльных, шумных городов, и постепенно, благоустраивая и осваивая нетронутое вокруг пространство, новые жители превратили некогда пустовавшие шахтёрские земли в весьма уютный уголок. От прежней «Долины сов» осталось лишь название, да несколько ветхих лачуг на окраине, многим из которых в скором времени предстояло пойти под снос. Об этом было нетрудно догадаться, стоило только взглянуть на новые кирпичные хоромы приезжих толстосумов, бросавшиеся в глаза современной архитектурой и вычурным стилем. У местных старожил, коих в посёлке с каждым годом становилось всё меньше, жилища выглядели куда скромнее. Выложенные из мощных стволов сосен и ничуть уступающие по прочности кирпичным строениям, эти старенькие избушки смотрелись как дедушки и бабушки, в окружении своих молодых и крепких детей. Но именно благодаря такой непохожести, поддёрнутые лёгким налётом старины, такие домики придавали посёлку особенный колорит.

Если вы заметили, что вы на стороне большинства, это верный признак того, что пора меняться.
Марк Твен

Добавлено (23.01.2012, 16:02)
---------------------------------------------