- Догоняй, Елена! – крикнул маленький черноволосый мальчик, останавливаясь на холме, за которым следовала узенькая тропинка, ведущая вглубь густого леса.
- Я бегу, Деймон! – недовольно прощебетала девочка. Подняв длинное голубое платьице до щиколоток, она, что есть духу, мчалась за своим лучшим другом.
Люди всегда с улыбкой смотрели на эту неразлучную парочку друзей. Совсем еще юной Елене Гилберт было не интересно играть в куклы с девочками-ровесницами, она предпочитала носиться по лесу и лазать по деревьям вместе с соседским мальчиком – Деймоном Сальваторе. Мисс Гилберт не раз бранила дочь за то, что та ведет себя подобно разбышаке-мальчишке, а вовсе не как маленькая леди. Елену не единожды приводили в класс рисования, где занимались другие девочки, но спустя полчаса единственным свидетельством пребывания юной мисс Гилберт были лишь разбросанные краски и неуклюжее подобие натюрморта на бумаге, но никак ни сама Елена.
Маленький Деймон в свою очередь был верным защитником своей подруги. В свои двенадцать он был не прочь поноситься с друзьями, играя в разбойников. Но в отличие от других мальчишек, он не считал Елену малявкой или просто слабой ничего не понимающей девчонкой, которая даже лук держать не умеет. Сальваторе не раз дрался с товарищами, отстаивая Елену. Совсем скоро они прослыли женихом и невестой и все чаще проводили время вдвоем, вдали от капризных девчонок и ничего не смыслящих ребят.
Елена, наконец, подбежала к Деймону и отдышалась.
- И зачем было так торопиться? – проворчала Елена.
Деймон был в разы сильнее своей семилетней подруги, но он не раз поддавался и позволял обогнать себя. Елена всегда так радовалась своим маленьким победам над Деймоном, а Сальваторе просто уступал, чтобы слышать ее счастливый смех.
- Быстрей дойдем, больше времени будет, - загадочно улыбнулся Деймон.
- Что ты задумал?
- Секрет, - заговорщицки произнес Сальваторе, и в его светлых серо-голубых глазах заплясали озорные огоньки.
- Деймон, в прошлый раз нас посадили под домашний арест на два дня.
Деймон промолчал, но через мгновение разразился громким смехом, Елена не могла не засмеяться в ответ. Они часто заканчивали фразы друг друга, но иногда даже ловили себя на том, что их мысли одинаковы. Вот и сейчас, оба вспомнили случай недельной давности. Юный Сальваторе решил подшутить над гостившей у них тетушкой. Елена, всегда поддерживающая и участвующая во всех проказах Деймона, не осталась в стороне и прошлый раз. Тетя Мардж долго кричала, и обоих сорванцов сильно наказали. Целых два дня каждый из них провел в своем доме. Два дня для Елены и Деймона были вечностью.
- Но ведь было весело! – смеясь, сказал Деймон.
- Да уж! – подтвердила девочка.
Мальчик взял Елену за руку, и они отправились по хорошо известной узкой тропинке, по которой ходили чуть ли не каждый день. Никто не знал, куда ведет эта протоптанная дорожка. Это было их место. Большая широкая поляна, укрытая мягким зеленым ковром и залитая полуденным солнцем. Они любили просто лежать на прохладной земле, наслаждаясь приятным теплом солнечных лучей. Иногда они дурачились, и по лесу разносился веселый детский смех.
Елена с Деймоном пришли на поляну.
- Ух, ты! – восторженно воскликнула Гилберт, глядя на множество алых яблок, расставленных по периметру поляны на разных камнях. Возле одного из множества камней лежал лук и несколько стрел. – Ты научишь меня стрелять? – воскликнула Елена.
- Да, - улыбнулся Деймон. – Тогда мы могли бы ходить на охоту вместе.
- Я не хочу убивать животных, - возразила девочка.
- Ну, тогда, в случае, если кто-нибудь будет тебе угрожать – ты сможешь защититься.
- У меня есть ты. Ты всегда меня спасаешь.
- Знаю, но владение луком еще никому не мешало, - улыбнулся Деймон, поднимая вышеупомянутый лук и протягивая его Елене.
Сальваторе помог подруге правильно взять лук в руки и прицелиться.
- Деймон, ты всегда будешь меня защищать? – спросила Елена, прищурив один глаз, как просил Деймон.
- Всегда, - ответил мальчик и отпустил стрелу, попадая в самую середину яблока.

Мистик-Фоллс. 1860 год

Существует ли рай? Есть ли ад? Это лишь вопрос веры. Бывает ли ад на земле? Можно ли сгореть заживо? Задавали ли вы когда-нибудь себе подобные вопросы? Можно ли считать какое-то реально существующее место в мире преисподней? Думаю, ответ кроется на поверхности, как в прочем и всегда, разгадка всегда сверху, но люди по своей глупости стараются проникнуть в самую глубь. В итоге не находят там ответов и сетуют на жизненную несправедливость. Так вот, верите ли вы в ад и рай? Как вы представляете себе эти места?
Можно ли назвать адом то место, где живут лжецы и подхалимы, трусы, скрывающиеся под маской бесстрашия, неверные мужья, так нежно глядящие на своих жен, родители, разбившие судьбы своих детей, преступники, совершившие преступление и не понесшие наказания лишь потому, что жертва ниже их по чину, искушенные барышни, так старательно играющие невинность, предатели в личине друзей? Если да, то разве нельзя сказать, что каждое место на земле, каждая страна, каждый город – маленький ад? Все мы горим от терзающей нас боли, огорчений, страданий, вины. Постепенно превращаемся в пепел.
Таким местом был Мистик-Фоллс. Большой город в штате Вирджиния, на востоке США. Ад, скрытый яркой праздничной завесой.
Черный вороной конь мчался по широкому полю, везя на себе молодого красивого мужчину. Легкий весенний ветерок трепал его волосы цвета тьмы. Серые глаза были немного сощурены из-за ярко светящего солнца. Молодые сильные руки крепко держали уздечку, полностью контролируя лошадь под собой.
Когда на горизонте стал виднеться город, Деймон Сальваторе улыбнулся. Улыбнулся так, как умел только он.

***
Мужчина остановил свою лошадь около ворот своего старого дома. Здесь прошли самые светлые и беззаботные дня его жизни, здесь осталось его чистое доброе сердце, незапятнанное злом и неискушенное удовольствиями.
Деймон спрыгнул с лошади и прошел по аллее, с обеих сторон обсаженной красивыми разномастными цветами. Дом практически не изменился. Такой же величественный двухэтажный особняк с остроконечными башнями и резными арками.
Деймон вошел внутрь. Здесь все изменилось до неузнаваемости. Дом был обставлен по последнему писку моды: роскошные ковры на паркете, мягкие диваны золотых тонов, светлые бежевые стены, хрустальные люстры и множество красивых картин. Все было очень гармонично и со вкусом, но Деймону это показалось немного вычурным. Особняк утратил прежнее изящество и легкость. Это больше не было его домом.
В комнатах было на удивление тихо. Даже слуги не сновали туда-сюда. Сальваторе прошел в восточное крыло дома, где раньше была большая столовая. Оттуда стали доноситься голоса и мягкий женский смех. Деймон быстрым шагом преодолел расстояние до комнаты и решительно распахнул дверь.
Восемь пар глаз смотрели на него. Кто-то изумленно, кто-то заинтересованно, а кто-то растерянно. Деймон обвел взглядом присутствующих. В конце стола сидела какая-то молодая девушка со светлыми волосами, темноволосый парень, еще несколько незнакомых мужчин, пожилая женщина с прической невероятных размеров и какой-то юноша. Деймон не заострял внимания на незнакомцах. Его взгляд был прикован к отцу, сидевшему во главе стола и к брату, занимавшему место справа от него.
- Деймон, - изумленно произнес Стефан, вставая из-за стола.
Темноволосый мужчина не двигался. Он не сводил взгляда с зеленых жестоких глаз своего отца. На лице старшего Сальваторе не дрогнул ни один мускул, в глазах не было тепла и радости от встречи со старшим сыном, которого он не видел восемь лет, и который, по его мнению, залил грязью фамилию Сальваторе.
- Здравствуйте, отец, - резко произнес Деймон.
- Ну, здравствуй, мой блудный сын.
- Хм, более теплого приема я и не ждал, - зло произнес Деймон Сальваторе.

- Мы просим прощения, - произнес Стефан, обращаясь к гостям. – Мы покинем вас на минутку.
- Конечно, конечно, - отвитила дама с высокой прической.
Отец и Стефан встали из-за стола и направились к двери, Деймон ухмыльнулся, глядя на гостей, которые стали перешептываться. Конечно, это ведь грандиозное событие – сам Деймон Сальваторе – развратник и шуллер явился в отчий дом!
Деймон вышел из столовой вслед за братом.
- Какого черта ты здесь делаешь? – голос отца был подобен раскату грома.
- Решил навестить родной дом. Разве не похвально, что я не забываю о своем отце и брате? - без тени эмоций сказал Деймон.
- Не дерзи мне! – прокричал Джузеппе Сальваторе. – Ты опозорил нашу семью на весь мир, и смеешь являться сюда и хамить мне!
- Отец, вы драматизируете. Фамилия Сальваторе по-прежнему вызывает уважение и благоговейный трепет у высокого общества.
- Деймон, я наслышан обо всех твоих похождениях. Чем еще ты занимался эти четыре года, кроме как развлекался с молоденькими барышнями и просиживал штаны за игральным столом?
- О, а не следовало восемь лет назад против моей воли отсылать меня в военную академию в Англию.
- Я хотел, чтобы ты стал человеком, - резко произнес Джузеппе. На его суровом лице не было ни тени добра. Всегда властный и жесткий, он утратил последние крупицы добра и сострадательности, когда умерла его любимая жена. Джузеппе любил своих сыновей, но Эллен Сальваторе была его солнцем, единственной радостью. Она была человеком, ради которого он был готов на все.
- Вы хотели, чтобы я продолжил ваше дело, отец. Не более того, - Деймон произнес эти слова с неописуемой горечью. Он помнил себя четырнадцатилетним мальчишкой, которого силой увезли из родного дома в чужую страну, бросили в новом, чужом мире. Изо всех сил мальчик храбрился, стараясь не показать окружающим, как ему страшно и одиноко, как ему больно и обидно. Лишь по ночам, когда его никто не видел, он мог позволить единственной слезинке скатиться по щеке, но в тот же миг ненавидел и ругал себя за слабость.
Три долгих года он провел в академии, не раз пытаясь бежать. Но каждая попытка заканчивалась крахом и Сальваторе жестоко наказывали. Когда же ему исполнилось семнадцать, парню удалось - таки бежать. Без единого фунта в кармане, он бродил по темным переулкам, не находя себе приюта. Но внезапно фортуна улыбнулась смельчаку. Он зашел в один трактир и сел за карточный стол. Это был его первый выигрыш. Хоть он был и невелик, всего четыре фунта, хозяин бара приметил его и предложил остаться жить у него, обещая научить юнца всех хитростям карточной игры, взамен, забирая двадцать процентов выигрыша себе. Так Деймон Сальваторе стал профессиональным шулером, которому не было равных во всей округе, и уже через два года имел немалое состояние за душой.
- Зачем же ты вернулся? – спросил отец.
- Ностальгия, - коротко сказал Деймон.
- Меня ждут гости, мы закончим позже, - отчеканил Джузеппе и вышел из гостиной.
Между братьями повисло тягостное молчание. Когда Деймона увезли, Стефану было двенадцать, и они были дружны, но за прошедшие восемь лет братья стали совершенно чужими друг другу людьми.
- Ты сильно изменился, Деймон.
Деймон ничего не сказал в ответ. Он подошел к небольшому бару, достал бутылку виски и два бокала.
- За встречу, - сказал Деймон, отсалютовав Стефану бокалом. – Как твоя жизнь, брат? Ходят слухи - ты собрался жениться.
Стефан кивнул.
- Это правда.
- И кто эта счастливейшая из барышень, которой удалось очаровать моего брата?
- Дочь нашего соседа, герцога Гилберта, Елена Гилберт. Помнишь ее?
Сердце Деймона замерло в груди. В памяти всплыл давно забытый образ. Маленькая темноволосая девочка с карими глазами бежит за ним по поляне, приподняв свое длинное платьице и заливисто смеясь.
- Помню, - коротко ответил Сальваторе.