Палевый туман окутал томящеюся от июньского пекла столицу, обволок пеленой строения, разбросал вялые щупальца вдоль улиц, растворил в воздухе кресты соборов и монастырей, размыл, заставил померкнуть ядовитые краски рекламных плакатов. Москва задыхалась, а неутихающий ветер гнал и гнал с юго-востока, – где стонали от неистовых пожаров вспыхнувшие разом лесопарки, – клубы дыма и въедливый запах гари.
Придавая столице облик Атлантиды затонувшей в бражных ополосках, докучливый дым проникал повсюду. Не признавая исключений, он наполнил слоистой мутью нутро служебной «Волги», в которой находились мрачный водитель в бежевой рубашке и одетый в милицейскую форму добродушный на вид майор, начавший полнеть где-то в лейтенантском звании.
Начальник следственного отдела Владимир Кабылёв обтер носовым платком ухоженное лицо, в который раз пожалев, что в машине отсутствует кондиционер.
– Знаешь, мне пришла одна мысль: все мы в одном котле варимся. Буквально. Доходят до готовности одни – вынимают, рождаются другие – бросают в котел, – изрек заумную сентенцию Кабылёв, обращаясь к шоферу.
Водитель, не приученный к разговорам о высоких материях, не нашел ни чего лучшего как пуще нахмурить брови. Впрочем, собеседника мало волновала реакция на слова, он не ожидал ответа.
Полюбивший с возрастом кабинетную работу, Кабылёв редко бывал на выездах, занимаясь в служебное время больше трудом бумажным. Три следователя, находящиеся в подчинении, легко справлялись с тишайшим из районов столицы. Оно понятно, на вверенной территории было сосредоточено такое количество служб и ведомств, что преступники пасовали от одной мысли совершить злодеяние в близости от Кремля.
Понедельник, сам по себе являясь трудным, попал в ряд необычных дней. С утра раздавшееся, как гром среди ясного неба, сообщение о найденном на Красной площади трупе не на шутку встревожило начальника ОВД. Рассасывая таблетку валидола, он спешно отправил на вызов следственный отдел в полном составе и даже пожаловал с барского плеча свою «Волгу» Кабылёву.
Сняв фуражку, Кабылёв провел влажным платком по взопревшему темени. Большие залысины по бокам округлой головы образовали острый мысик на лбу. Этим мысиком Кабылёв гордился. Ему казалось, что мысик придает лицу некое инфернальное выражение, наводящее ужас на людей, что в его профессии было не лишним. Кабылёв ошибался – по мнению коллег, похожий на Евгения Леонова и Вини-Пуха одновременно, несмотря на дракульский клинышек волос, он внушал доверие даже патологическим трусам.
Припарковавшись со стороны Васильевского спуска, водитель дождался, когда вылезет пассажир и, не думая бороться с любопытством, отправился следом. Рядом с местом происшествия, находящимся между Мавзолеем и Лобным местом, уже крутились судмедэксперт и все три следователя отдела, доставленные транспортом тоже отечественным, но менее благородным – личным.
На брусчатке, полированной подошвами лучших людей России, тряпичной куклой распласталась голая женщина. Вокруг ее головы, целиком покрытой черными мокрыми и спутанными волосами, в кровавой растянутой кляксе валялись темные сгустки, наполнявшие некогда череп. Рядом с женщиной лежала обыкновенной метла с грубым сучковатым черенком.
– Что думаешь? – поздоровавшись, спросил Кабылёв эксперта.
– Предварительно могу сказать, что женщина упала с большо-ой высоты.
Кабылёв задрал голову, устремил свой карий взор в беспроглядное марево. Сознание живо нарисовало за пеленою дыма умиротворяющую синь, по которой безмятежно плывут взбитые облака.
«Все мы в одном котле варимся. Так же, наверное, раки, краснея с каждой минутой, смотрят со дна большого чана, любуясь плавающим наваром». Получилось красиво. «Гениальная» мысль потихоньку вырастала в концепцию.
Пообещав себе повторить эти слова, когда развеется дым и появится первая возможность по-настоящему насладиться небесной акварелью, Кабылёв вернулся к насущным делам:
– Откуда она могла упасть?
– Очевидно, сверху, – гаденько ухмыльнулся эксперт.
– Может, ее перенесли?
– Сложно.
– Перенести?
– Имитировать брызги, – разъяснил эксперт, обводя рукой вокруг головы погибшей.
– Нисколько не сложно, – не сдавался майор. – Скинули бабу с крыши, притащили сюда. Расплескали кровь и холодец, свиной например, о землю – хрясь, а потом пристроили тело. А!?
– Вполне прокатило бы столетье назад, – возразил эксперт, поднимая и недоверчиво разглядывая один из валявшихся кусочков. – Отошлю на анализ ДНК. Вдруг и вправду мозги свиные.
– Мысли есть? – обратился Кабылёв к маячившим в тумане следователям.
– Красивая, – подал голос молодой худосочный лейтенант по фамилии Холмик.
Кабылёв, сгорбившись, обошел вокруг трупа, пытаясь сквозь дебри волос разглядеть лицо женщины. Ни просвета.
– Мысли по поводу убийства есть? – строже и конкретнее прозвучал вопрос.
Вновь откликнулся Холмик:
– Может нувориши глумились – попользовали девку, да скинули с вертолета.
– Представь, выталкивали ее метлой, а она за нее ухватилась, – подхватил весельчак-«старлей» окликаемый сослуживцами исключительно по имени Филя.
– На вертолет денег хватило, а на пылесос не осталось – метлу купили, – проворчал капитан Гривенюк.
– Прекратить балаган! Над Красной площадью вертолеты не летают, – отрезал Кабылёв.
– Немцы летали, – не к месту помянул Филя иностранного авантюриста Матиаса Руста.
В разговоре возникла неловкая пауза. Каждый понимал, что за дымовой завесой над столицей мог пролететь хоть английский дирижабль, хоть китайский аэроплан.
Первым заговорил Кабылёв, выдвинув новую версию:
– А может такое быть, что здоровенный мужик берет ее за ноги и о землю – хрясь?
– Без вскрытия скажу, что характер повреждений не соответствует, – не согласился вредный эксперт.
– Ну, тогда...
– Может ведьма, – озвучил угрюмый водитель предположение, волчком крутящееся на языке у следователей.
– Представь, хотела полетать, а тут керосин в метле кончился, – хихикнул Филя.
Кабылёву новая версия, мягко говоря, не понравилась:
– Ага! Укажи я причину смерти: «не справилась с управлением», и завтра же окажусь, в лучшем случае, за МКАДом, при капитанских погончиках.
Следователь Гривенюк непроизвольно передернул плечами. Ему носить капитанские погоны не было стыдно.
Насупив беззлобное лицо, Кабылёв со всей строгостью, на которую был способен, выдал указания:
– Свяжитесь со службой охраны, узнайте, что зафиксировали камеры наблюдения. Опросите техперсонал площади и прилегающих районов. Интересуйтесь: не пропадала ли у них женщина-дворник, лет...
Стройное тело без признаков целлюлита, как и эксперт, хранило молчание. Кабылёв по-цыгански потряс перед лицом растопыренными пальцами.
– Эдак, лет двадцати пяти – сорока. Нормального телосложения, волосы черные ниже плеч, крестообразная родинка на левой ягодице. Не забудьте взять показания у свидетеля обнаружившего труп. Шевелитесь.
Сообщив подчиненным, что будет ожидать результатов в машине, Кабылёв махнул хмурому водителю и оставил место происшествия.