1.
Все начиналось с появления высокого незнакомца в черном одеянии в весенний погожий денек.

-Ути-пути, моя доченька, ути-пути, моя хорошенькая – сюсюкалась мило молодая женщина, гремя над двухмесячной девочкой пузатой красной погремушкой, - ути-пути, моя сладкая, - улыбалась новоявленная мамочка, а маленькая девочка отвечала ей улыбкой в ответ, обнажая розовые десна еще без признаков появления первых зубов.
Конец марта 1984 года оказался на удивление жарким и пышным. Деревья мгновенно оделись в листву, хотя казалось еще месяц назад с их голых веток таяли сосульки. Из вспаханных клумб тянули к солнцу свои стебли различные садовые цветы.
Молодая мамочка прогуливалась по городскому парку, вдыхая свежий воздух и радуясь приятной солнечной погоде. На душе у нее стояло счастье. Она впервые вышла на улицу со своей маленькой дочкой, которую везла в колясочке. Вокруг нее мелькали прохожие, тоже с радостной улыбкой на устах и светлыми лицами. Всем нравилось гулять в этом чистом и зеленом парке, обраставшем молодой зеленью и греющимся под первыми по-настоящему жаркими лучами солнца. Но юная мамочка, бросавшая быстрые взгляды на проходящих людей, все-таки думала, что ее счастье намного больше; что прохожие даже не понимают, что по сравнению со счастьем этой молодой недавно разрешившейся от бремени женщины их радостное состояние всего лишь легкая улыбка перед раскрывающимся в блаженстве ртом и глазами, наполненными удовлетворением от прожитой жизни, от ее результата.
-Ути-пути, моя малышка, - продолжала сюсюкаться мамочка, стоя на широком деревянном мосту, проходившим над небольшим прудиком, - скоро уточки прилетят. Гуси-лебеди, - развлекала девочку погремушкой мама.
Она и не заметила, как вдалеке со стороны входа в парк появилось темное пятно, сильно выделяющееся среди прозрачной зеленой листвы кустов и тонких светлых стволов деревьев. Приближаясь, пятно приобретало очертания высокого человека в темном завязанном туго вокруг талии плаще и в черной кожаной кепке, надвинутой на глаза. В руках человек нес букет белых цветов. Пальцами в черных перчатках он аккуратно придержал их пышные головки, когда решительным и быстрым шагом направлялся по левой стороне прудика, отпугивая всех кто сидел на лавках.
Незнакомец бесшумно входил на лоснящийся от солнца деревянный мост, и так же бесшумно подошел к невысокой женщине, с головой ушедшей под чехол коляски.
-Здравствуйте! – радушно произнес некто сзади женщины, отчего та, вздрогнув и сразу же выпрямившись, обернулась. Перед ней предстал человек под два метра ростом с поджарым смуглым лицом и блестящими темными глазами, на которых была надвинута кожаная кепка. Из-под головного убора по бокам выбивались черные завитки волос, сальные с теплым медным оттенком. Над тонкими губами чернели редкие жидкие усики, а на вытянутом подбородке закручивалась одним единственным слипшимся завитком острая бородка. На столь вытянутом лице мужчине можно было бы и не придавать значение тонкому вытянутому носу, если бы его ровную линию не нарушала горбинка, ломающая эту черту пополам, и как маленький камешек выпирающая из-под кожи на переносице.
Незнакомец был худ, отчего огромные складки ткани собирались возле ремня, сильно затянутого на талии. Широкоплечий он возвышался как темная гора над невысокой хрупкой женщиной, загораживая ей солнце. Он, молча протягивал ей белые цветы с пышными бутонами, на которых лепестки, словно локоны волос, образовывали объемный круг.
-Это мне? – недоуменно спрашивала женщина, присматриваясь в черные глаза незнакомца, будто гипнотизируемая ими.
-Почти, - слегка улыбнулся тот, обнажив острый клык. – Вы уже назвали свою дочь?
Женщина помрачнела, по ее спине пронеслась волна мурашек, она тут же отвернулась от незнакомца, так и не взяв цветы.
-В чем дело, так вы назвали девочку? – все улыбался тот, - вы ведь не хотите уйти?
Женщина решила, что ей угрожают. Она огляделась вокруг и не заметила ни одной живой души в многолюдном несколько минут назад парке. Ей ничего не оставалось, и она с подергиванием в голосе ответила:
-Лидия, так я ее назвала, - и мамочка быстрым движением одернула «шапку» коляски, чтобы младенца не было видно.
Незнакомец широко улыбнулся, обнажая череду острых верхних зубов. У женщины сперло дыхание, она покачнулась. Мужчина мгновенным движением удержал ее на месте за запястье.
-Не стоит падать, вы же не хотите завалиться прямо здесь?
Все тело женщины дрожало от страха, она хотела убежать куда-нибудь, спрятать своего ребенка. Дивное состояние счастья от первой в жизни прогулки со своей дочкой вмиг испарилось, оно накрылось длинной тенью незнакомца. Женщина знала, что незнакомец чувствует ее испуг, он продолжал держаться за запястье, твердо, ни на миг не расслабляя, но и не сжимая кулака.
-Кто вы? Чего хотите от меня? - с дрожью в голосе произносила мамочка.
-Возьмите цветы, я дарю их вашей дочке.
-Как? – удивилась та.
Незнакомец лишь сощурился от смеха, и отпустил запястье женщины, когда она принимала белый букет.
-Это – хризантемы, - сказал тот, уходя, - не выкидывайте их, пожалуйста, а отрежьте бутоны и высушите, чтобы Лидия помнила о первых подаренных ей цветах. Эти осенние цветы имеют особое значение, - усмехался он, надвинув кепку еще больше на глаза легким движением.
Странный незнакомец ушел, оставив после себя букет белых цветов и страх в душе женщины, тень от которого еще долго не рассеивалась на ее душе.
Женщина, скрипя колясочкой, безрадостно возвращалась домой. Бледная как свечка, она ни чувствовала той руки, за запястье которой удерживал ее мужчина, она смотрела на своего маленького ребенка, по-прежнему улыбающегося ей беззубым ртом и не могла улыбнуться в ответ.
Придя домой, женщина расплакалась. Цветы она выбросила в мусорный контейнер еще по пути, но прежде пересчитала – их было шесть. Четное число не предвещало ничего хорошего. Пеленая Лиду у мамочки тряслись руки и при этом горело левое запястье.
-Ути-пути, моя доченька, - чуть слышно, по инерции произносила мама, думая о незнакомце. Она боялась, что он может вновь появиться, да еще спросить про цветы.
«А что они могут символизировать такие красивые?» - задумывалась женщина, - «Наверное, ничего хорошего…» - уже заканчивала мама заворачивать ребенка, который внезапно разразился дикими воплями.