Тёмный человек в тёмной пещере

Документальный отрывок из доклада Штурмбанфюрера СС Эрнста Шефера, о проведении Тибетской экспедиции (мая 1938 - август 1939 года):
… герр Винерт в тот день и заметил странную выемку в скале – вогнутость наподобие арки. Как прекрасный знаток своего дела, геолог, Карл Винерт определил, что сооружение сделано человеком (на краях арки были выгравированы непонятные рунические иероглифы), и, что внутри довольно большая полость. Т.к. в горах рисковать и использовать динамит не имеет смысла, мы отметили на карте это место и двинулись по направлению к Гангтоку…

Прошение Оберфюрера СС Вольфрама Зиверса от 4 сентября 1939 лично Генриху Гиммлеру (в сокращении):
Извещаю Вас, что экспедиция Шефера прошла успешно. Все образцы были доставлены в Германию в целости <…> Так же, из доклада следует, что возможно, на юге от Гангтока были обнаружены древние следы представителей арийской расы. Посему, прошу Вас, герр Гиммлер, отправить вторую вооружённую экспедицию, для изучения объекта. В качестве экспедиционного корпуса, предлагаю отправить недавно сформированный секретный полк «Skorpion». Экспедицию будет разумно отправить по пути следования экспедиции Шефера.

Зиверс
Оберфюрер СС, глава администрации Аненербе.
Heil Hitler!

***
Из личного дневника унтершарфюрера полка «Skorpion», Рудольфа Манна:

18.9.39.
По Лейбштандарте пронёсся слух, что некоторых офицеров пехоты будут определять в отдельную дивизию. Можно ли этому верить?

19.9.39.
Сидеть тут в Берлине очень скучно. Вечером, на моих глазах арестовали Лехмана. Солдаты избегают говорить о нём – боятся Гестапо. Подумать только, солдаты Лейбштандарте Гитлера боятся Гестапо!

20.9.39.
Ждём вести с фронта. Из наших в Польшу отправили только несколько танковых батальонов – фюрер дорожит своими лучшими воинами. Люди говорят, что румыны интернировали Мошицкого и его кабинет. План быстрого захвата работает, думаю к середине октября Польша будет побеждена.

22.9.39.
Очень скучаю по дому. Хоть я и благодарен отцу, за то, что он пользуясь связями, устроил меня в юнкера LSSAH, но всё же немного сожалею из-за того, что нас редко пускают воевать.

25.9.39.
Слухи подтвердились, дивизия и правда собирается. Занн говорит, что над ней будет шефствовать само Аненербе.

26.9.39.
Меня и ещё около сотни человек из нашего батальона взяли в дивизию! Некий штандартенфюрер Рюге разговаривал насчёт состава с Йозефом Дитрихом. Надеюсь нас отправят в Польшу.

27.9.39.
Наши взяли Варшаву. Вряд ли уже отправят на фронт.

28.9.39.
Полностью утвердили состав. В основном это солдаты из нашего пехотного батальона, но есть ещё разведчики, инженеры, связисты и сапёры. К форме пришили нашивки с надписью «Skorpion» - так теперь называется наша дивизия.

29.9.39.
Объявили, что 1.10. мы вылетаем в Генуи, а потом и в Индию. По данным Тибетской экспедиции был найден какой-то объект, который как я понял, нам и предстоит исследовать. Взяли бы просто учёных, зачем собирать элитную пехотную дивизию? Хотя учёные тоже полетят с нами…

1.10.39.
Мы, в количестве 2-ух сот человек, под командованием штандартенфюрера Вильгельма Рюге, прямо из Берлина, на самолётах отправились в Генуи. В помощь нашим итальянским союзникам были высланы новые пассажирские лайнеры Focke-Wulf Fw 200 Condor (на которых мы и летели без дозаправки до самой Италии).
Никогда я не летал так комфортно. Не все, право разделяли моё мнение. Юнкера Бруннера даже вырвало в салоне из-за попадания машины в зону турбулентности.
Мы летели 4 часа, и уже в 22:00 по Берлинскому времени были в городе.

2.10.39.
Дали день на отдых. Штандартенфюрер с помощниками куда-то пропали, оставив нас на попечение штурмбаннфюрера Мартина Фридриха Штанге. Будучи отличным командиром (что обосновывалось его чистой арийской кровью, без всякой вредоносной примеси), он запретил всему личному составу покидать территорию казарм. Чтобы день не прошёл даром, я и ещё 5 младших офицеров решили поупражняться в стрельбе из пистолета на учебном полигоне. Конечно же, лучше всех стрелял юнкер Густав Кольбе, прозванный у нас «Снайпером». Когда он ровно и крепко держал, прицеливаясь свой Pistole 08, я понимал в каких сильных руках будущее нации!

3.10.39.
В пол седьмого утра нас построили на площади. Герр Рюге с дюжиной офицеров высшего командования, осматривал готовность солдат.
Штандартенфюрер прочитал нам обращение Генриха Гиммлера, в котором рейхсфюрер поздравлял нас с тем, что именно на наших плечах сейчас лежит будущее Германии! Все солдаты, даже обычные шутце слушали его и пылали душевным огнём. Огнём истинной веры!
Потом речь произносил Альберт фон-Кёстлин, учёный-антрополог. Он рассказывал о предположениях, что мы найдём в горах и о том, насколько наша великая раса превосходит другие. Все стояли в благоговении, боясь вздохнуть.
Вскоре, где-то в 12 часов мы вылетели из города. Все знали, что нас ждёт дальняя и опасная дорога.
Через 3 часа полёта море кончилось, и внизу оказалась земля: Албания. Всё казалось плоское из окна иллюминатора. Облака мешали разглядеть что-либо. Теперь эти земли были оккупированы Италией, и мы свободно могли летать здесь. Ещё через час показалась Греция. Власти этой ничтожной страны пустили нас через свои границы, потому, что боялись сориться с Италией и Рейхом.
Опять вода… Снова мы землю увидели где-то через час. Это была Турция. Аненербе договорилось (за большие деньги) с Турцией и Ираном, что наши самолёты пролетят через их воздушную границу. Пролетели большой город – Измир. Ложусь спать.

4.10.39. 00:07
Меня разбудил Густав Кольбе, сказав что мы будем садиться на дозаправку и стоянку в Иранском Бендер-Аббасе, и предупредил, что бы я не засыпал. Голова болела ужасно.
Часа два читал книгу, потом объявили скорую посадку. В 02:40 мы приземлились в окрестностях Бендер-Аббаса. Нас там встретили солдаты легиона «Азад Хинд». Немытые, оборванные с замызганным оружием – неужели они могли что-то противопоставить британским колонистам? Зачем они нужны нам? Неужели эти люди достойны быть на одной стороне с нами, представителями высшей расы?
Офицеры (и я в том числе) были поселены в их деревню, а обычные солдаты спали в самолётах и шатрах. Меня и Карла Кюхлера поселил один индус в своём доме. Он заботливо угостил нас лепёшками и ещё какой-то местной растительной дрянью.
Только в 5 мы легли спать.

4.10.39. 10:34
Утром я по обыкновению сделал зарядку, потом совершил пробежку по улице.
Деревенька была небогата. Дома все были построены из обожжённой глины. В центре самый большой дом – поместье унтершарфюрера Юсуфа Мушаррафа. Стены поместья украшены знамёнами «Азад Хинд».
Пробежав наверно чуть больше километра, я будто ощутил на себе чей-то тяжёлый взгляд. Оглядевшись, заметил небритого араба в балахоне, который осторожно смотрел на меня из-за угла. Когда я его окликнул, он скрылся. Бедный араб никогда не видел настоящего, сильного, мужественного немецкого юнкера!
День прошёл быстро: я и другие офицеры пили вино, играли в карты, а потом…
В комнату вбежал запыхавшийся шутце и рассказал, что на Вильгельма Рюге только что произошло покушение и теперь нашего командира, с многочисленными осколочными ранениями лечат врачи. Мы толпой прибежали в этот дом, где остановился штандартенфюрер, и увидели, что на ковре, в луже крови, запутавшись в балахоне, лежал тот самый араб, который следил за мной. Почему я не погнался, не убил его тогда! Я поставил под угрозу судьбу экспедиции, судьбу Германии!
Люди медленно разбредались. Шли слухи, что командиру всё хуже и хуже, но при этом наш отлёт из Ирана не переносился. Герр Рюге – всё же один из нагляднейших примеров германской чести, мужества и чувства долга!

5.10.39
Сон прервался в 00:00. Объявили срочный ночной вылет, из-за того, что британцы не разрешили пересечение границы. Сразу же выдали оружие: Облегчённые MP-40 с новыми бронебойными патронами. Сегодня в первый раз надели новую блестящую униформу: высокие чёрные сапоги (Для оберманнов с металлическими набойками), брюки-галифе, чёрная куртка, кожаный пояс с выгравированным по металлу Римским орлом. Привезли и новые кепи, фуражки и пилотки – со значками Аненербе. Высшее командование форму по какой-то причине не одело. Все, в том числе и герр Штанге, который всегда носил униформу, были облачены в кожаные куртки, с фуражками на головах. Солдаты сразу заметили, что среди командиров не было герра Рюге.
7 «Кондоров» взлетели в небо. Много, учитывая, что сделано таких пташек чуть больше сотни. В этих моделях стояли два 13-ти миллиметровых пулемёта, для отражения воздушной атаки. Был сделан и бомболюк, на случай артиллерийской угрозы. Все мы понимали, что прилетят туда далеко не все. А уж назад тем более. Как мы попадём назад, шло множество слухов… Говорили, что также – по воздуху, что на помощь «Свободной Индии» отправимся, что кораблями до Японии доберёмся… А ещё говорили, что там останемся.
В 1:00 взлетели.
Уже через полтора часа на связь вышли британские воздушные патрульные. К счастью мы закрасили все опознавательные знаки, и им пришлось сначала ограничиваться лишь предупреждениями. Через некоторое время их истребители стали стрелять. Это были обычные бипланы «Gloster Gladiator», труда сбить их почти не составило. Некоторое время летели спокойно, не считая нападение нескольких истребителей «Hawker», которые патрулировали прибрежную полосу. Через час были обстреляны артиллерией противника – высчитали маршрут неверно и очень близко подлетели к Карачи. Из-за такой оплошности лишились 1 самолёта.
На границе с Индией нас встретили Спитфайры. Долго не хотели сходить с хвоста, а под конец даже подбили сильно искореженный Кондор. Нас тоже чуть задели. Солдаты боятся…
Самое страшное началось под Аллахабадом. Напоролись сразу на большую эскадрилью Темпестов и Тайфунов. Манёвры из-за габаритов делать не возможно… Мы лёгкие мишени… Ещё один сбит… Пока держимся. Пролетая над каким-то лесом, опять попали под зенитный огонь. Сбили одного, и тот зацепил другого, отправив в петлю. Пилот из неё не смог выйти. Вышли из зоны, но всё ещё с преследованием. Хвост нашей машины горит. До места около получаса.
С истребителями покончено. Но только что, из-за остановки двигателя упал наш Кондор с герром Рюге на борту. Сразу после посадки (около двух часов дня) велели послать разведывательную группу. Пока они искали оставшихся в живых, мы разбили лагерь у горы, в которой по докладу Шепера и находится «Объект А». Группы не было шесть часов, но когда они вернулись, сказали, что кроме 5 человек, из того самолёта, выживших нет. Того добрались до Индии 62 человека из 2-ух сот. Временно командиром стал штурмбаннфюрер Мартин Фридрих Штанге.
Встали на ночлег. Учёные во главе с фон-Кёстлином лазали по горам и исследовали местность. В результате решили заслонку взорвать, т.к. геологи установили низкую возможность обвала. Лингвисты и языковеды пробовали перевести странные письмена, но даже не смогли установить язык. Всё было снято нашим художником Зигфридом Танком, в том числе и иероглифы, для дальнейшего изучения.

6.10.39.
Сегодня дали наконец выспаться. Вымученные в воздушном бою солдаты отдохнули первый раз за неделю. Встали в 8:00, поели и решили взрывать. Бригада минёров задетонировала арку и с безопасного расстояния взорвала. Взяли минимум вещей и по порядку стали заходить в образовавшеюся пещеру. После обследования напишу.

6.10.39. 10:30
Всё пропало! Как только все зашли в пещеру, случился обвал. Несколько солдат, что были сзади, погребло под камнями. Как жалко, что большая часть провизии осталась снаружи.
Герр Штанге приказал шутце разбирать завалы, а учёных и офицеров повёл за собой искать другой выход. Иду и пишу. Фонарь скоро перестанет мерцать, к счастью у геолога есть свечи. От главного тоннеля тут отходят ещё ответвления. Что там? Где-то через полчаса мы услышали рёв. Звериный рёв с басовитым, гулким рокотом. Геолог сказал, что это повторный обвал, эхом раскатывающийся по залам пещеры кажется рёвом. Не знаю как других офицеров, но меня он не утешил.

Число и время не знаю, ибо в Аду они не властны…
Смерть, смерть идёт за мной по пятам… Я один, совсем один. Господь давно покинул это проклятое место… То, что выползло недавно из темноты было настолько ужасно, что одним видом могло уничтожить всю армию Вермахта… Я пишу, в надежде, что мой труп когда-нибудь откопают и прочтут эти записи… Всё по порядку:

Тёмными коридорами мы вышли в освещённый слабым светом зал. Как колонны, тут стояли сталактиты, а на них росли странные грибы, излучающие бирюзовый свет. Наш биолог, Гюнтер фон-Ольфен, сразу начал брать пробы.
Конца и края этого зала не было видно. Под его высокими сводами гнездились летучие мыши с золотой шерстью. Ропот прошёлся по строю. «Может это и есть Шамбала?» - говорили некоторые.
Грозный штурмбаннфюрер промолчал и пошёл вперёд, туда, куда не долетал свет от фонарей и чудо-грибов.
Неожиданно послышался хруст, командир вскрикнул и даже подпрыгнул на месте:
- Да тут человеческие кости повсюду!
Мы посмотрели под ноги и увидели, что вместо зелёного мха, внизу расстилались человеческие останки. Вмиг цветные иллюзии превратились в ужасающую реальность. Летучие мыши заблестели кровавыми глазами, из спор грибков потекла мутная бирюзовая слизь. Гюнтер фон-Ольфен, державший небольшой гриб в руках (конечно надев перчатки) закричал неистовым криком:
- Ааааа! Жжётся! – биолог отбросил гриб, снял перчатки и завизжал. Руки были покрыты какой-то плесенью. Она распространялась, уже скрылась под рукавами кожанки. Все всполошились. Крик биолога резко оборвался. Он скрючился, упал и начал исходить этой страшной бирюзовой слизью.
- Всем отойти от стен! – рявкнул Штанге.
Мыши висящие на потолке зашипели и забили золотыми крыльями. Блестящим дождём они начали слетать вниз. Облако тварей скрыло командира, мы лишь услышали короткий крик.
Солдаты в панике пустились бежать. Даже я, я! Летучи мыши летели за толпой. Те, которых они кусали, падали замертво. Когда мы уже выбегали из проклятого зала, сзади послышался громогласный звериный рёв. Точно такой же, какой мы слышали, когда шли сюда… Зачем я обернулся! Некоторые солдаты со слабой психикой посмотрев на него вставали как вкопанные. К счастью я был не из таких, и обернувшись совладал с собой, что бы не упасть. Я, бывавши в Париже, очень был восхищён горгульями, и шутил, что неприятно будет увидеть такую в тёмном переулке. Эта тварь была похожа на тех горгулий. Костлявая, с включениями спор, похожих на те грибы, она с бешеной скоростью гналась за нами. Воспитанный с малых лет, как подобающий ариец (сильный и мужественный), я вырвался вперёд. Рядом бежал Густав Кольбе и Эрих Занн. Сзади слышались крики, вопли, хруст, рёв… Чьё-то тело пронеслось над головой. Толстая круглая тушка… Значит это бедный Кюхлер. Я опять обернулся. Глаза ужаса сзади. Глаза моих братьев… И фосфорический свет спор на теле Горгульи. Усталости не чувствовалось, главное было унести ноги. Было удивительно, как много мы прошли. Как будто туда нас несло течение, и теперь оно же сопротивляется нашему возвращению. И тут меня как лбом о стену. Я схватив под руки Занна и Кольбе, свернул в боковой тоннель. За нами увязался ещё один юнкер. В ту долю секунды, я вспомнил, что наши геологи исследовали этот тоннель и вышли точно позади основной колонны.
Мы бежали, кое где согнувшись до пола, а кое-где спокойно разгибаясь в свой рост. Через некоторое время мы достигли места обвала, но… Наших ребят там не было… Лужи крови, кости, части тел, обрывки одежды, покореженное оружие… Их всех уже нет.
Истерический придурковатый смех сзади прорвал тишину. Обернувшись, я увидел Занна, с горящими бегающими глазами. Психика не выдержала. Он прислонился к стенке, начал корчится, стенать. И… Как мы не уследили! С разворота он достал нож и ударил лезвием в висок молодого юнкера, прибившегося к нам тогда, в туннеле. Со смехом и радостью он выдернул нож. Юнкер шумно завалился на бок. Эрих победно стоял над жертвой. Кольбе сориентировался первым. Приклад MP-40 упёрся в его плечо, и яркий огонь вырвался из дула. Занна разрешетило так, что кровь в мгновение пропитала всю рубаху и превратилась в одно алое пятно. Дальше провал… Наверное я упал в обморок.

Добавлено (01.12.2010, 22:41)
---------------------------------------------
Очнулся я у костра. Кольбе что-то готовил на нём.
Я долго разговаривал с Густавом. Было ясно, что вдвоём мы такой завал с таким количеством еды не разберём. Поэтому было два варианта: искать пищу (у нашей пропавшей группы должны были быть запасы) или искать второй выход. Оставаться на месте было бессмысленно, ибо даже если за нами отправят поисковый отряд, то мы умрём от голода прежде, чем он прибудет. Надо было уходить отсюда. Мы поели довольно вкусными крабами и стали собираться. Два MP-40, именной Pistole 08, нож, 6 свечей и большая фляга с водой. Больше с собой ничего не было.

Мы шли по широкому тёмному туннелю. Шли наугад, но там где проходили, оставляли на стене полосу от угля. Вскоре встретились с одной из полос. Потом ещё шли… Когда уже усталость дала о себе знать, мы вышли в огромный, просто неимоверно огромный зал. Он был в три раза больше того зала, где мы встретили Горгулью. Везде валялись гигантские обломки скал. По сравнению с ними, мы были не больше той свечи, которая сейчас погасла. Она была не нужна. Вездесущие бирюзовые грибы отлично светили. Мы в вдвоём шли осторожно, крадучись. И… совершенно неожиданно для себя услышали плач. Приглушённый, будто доносившийся из-за стены. Кольбе послушал, побродил между камнями и отодвинул один:
- Кляйн, ты?
Я редко видел Кольбе радостным, но в этом страшном месте, его озарила улыбка. Из проёма вылез плотный небритый мужчина. Когда он повернулся, я опознал в нём нашего минёра.
- Братья! – Солдат тоже был рад такой встрече.
Мы разговорились и Кольбе спросил:
- А где остальные?
- Остальные… А нет, герр Кольбе остальных… Кого раскромсали подземные твари, а кого искусали те летучие мыши. Их укус подчиняет людей воле их Господина. Я не видел кто это, но один раз Укушенные пришли в этот зал. А потом был Зов. Они вроде начали идти на меня, но когда Он их позвал, они развернулись и ушли. Ещё глаза эти… С поволокой.
- А ты как спасся?
Он молча отвернул воротник рубашки… Две точки. Красные точки, как от укуса.
- Эта тварь до меня добралась, но видно что-то у неё не вышло. Свернул в боковой тоннель и как-то добрался сюда. Провиант, оружие и динамит к счастью есть. Но сколько я выхода не искал, найти не смог.
Мы молчали. Как сильно было чувство безысходности. Некуда бежать, мы больше не можем влиять на своё будущее. Смерть всё равно придёт.
Кляйн позвал нас в своё «убежище», где прятался от подземных существ. Предусмотрительный минёр рисовал карты всех туннелей, где бывал. На бумаге, карандашом были расчерчены ходы, тупики, залы, кольца… Только в верхнем углу было белое пятно.
- А тут что? – спросил я.
- Подозреваю, что там и живёт Господин…
Тут его слова прервал странный свист. Если бы люди могли слышать ультразвук, то он бы наверно был по тональности схож с этим. Такая резкая боль в голове…
- Это Укушенные! – кричал Кляйн.
Мы забрались с оружием на плоский обломок скалы и увидели множество солдат. Около 50 голов. Кляйн достал из огромного рюкзака огнемёт.
- О! – Воскликнул Кольбе– Что ты молчал и не говорил, что у тебя есть огнемёт?
- Запасной план – И он со всего размаху бросил оружие в толпу солдат.
- Что ты творишь – Густав, широко открыв глаза орал – Как мы теперь с ними справимся?
Кляйн лишь молча поднял свой MP и накрыл очередью то место, куда бросал огнемёт со встроенными баллонами. Взрыв, брызги огня, горящие шатающиеся из стороны в сторону тела выходящие из облака дыма… Наверное эта картина навсегда останется у меня в памяти.
Они повалили из дыма. Горящие, обугленные… Некоторые дёргались и падали на землю, а другие продолжали напирать. Впереди, без одной руки шёл герр Штанге. Мы открыли огонь. Пули разрывали плоть, их ноги подкашивались, но даже повалившись на холодные камни, они ползли к нам. Тихий ужас. Только полностью изрешеченные они останавливались. Вот уже цепкие бледные руки стали хвататься за края валуна.
- Спихивайте их! – визжал Кляйн.
Ногами мы били по их головам. Мы уничтожали братьев, таких же арийцев, как и мы…
Крик. Какой-то Укушенный схватил Кольбе за ногу и потянул вниз.
Они рвали юнкера как волки, кромсали, кусали. Кровавое месиво привлекло всех их в одну точку. Краем глаза я увидел полёт какого-то небольшого предмета. Он попал в самую гущу солдат. Рывок назад и взрыв. Я упал на спину и увидел, как своды пещеры озарил свет. Наступила тишина… Роковая гнетущая тишина.
- Ну что ты стоял как в ступоре! А если бы осколком гранаты задело? – Кляйн помог мне встать.
Там внизу, среди частей тел уже невозможно было распознать тело Кольбе. Жалко солдата. Истинный ариец был.
- Не горюй, брат! Все там будем – Минёр начал спуск с камня.

Отоспались и решили вместе идти в неисследованную область пещеры. Не знаю, напишу ли я ещё хоть слово в этом дневнике.… После всего произошедшего уже только и думаешь, что о смерти.

Красные глаза… Красные глаза из темноты… Они забрали к себе Кляйна… Господин решил оставить меня Детям. Зачем? Я тоже хотел уйти…
Белый снег… Я вижу снег, танки, взрывы… Что-то гнетущее… Боль.

Неприятное чувство. Что-то засело в мозгу, пытаюсь вытолкнуть оттуда. Хотел сбросится со скалы, застрелится, но Он не даёт… Коусра Имиторакнепус ороку

Овладеваю собой всё реже. Какая боль и тяжесть… Ммм… За что эти муки?

Вижу гордый профиль фюрера, парад, красные штандарты… Потом Дахау, какая-то деревня в огне… Красные глаза… Бухенвальд… Все ведения сопровождаются бредом… В безумной агонии сломал левую руку. Ох… Мутно… опять началось.

Господин всё рассказал… Зачем я согласился на эту экспедицию… За нашу борьбу, за борьбу правды, нас превратили в монстров, убили! Heil Hitler! Мне всё равно! Я уверен в славной судьбе Великой Германии. Нас не затоптать, не победить! Лишь когда великая раса встанет во главе мира, он воссияет. Со дня сотворения мира, прошло много времени, но за все эти тысячелетия не было и не будет империи величественнее Третьего Рейха!… И

Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns,
Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns, Gott mit uns,
Gott mit uns, Gott mit uns.

***

Из записок оберманна полка «Skorpion», Дитриха фон-Бока:
… но нашёл я после того падения из личного состава в живых только оберманна Карла Шмайера. Также в обломках самолёта мы нашли карту местности, на которой была отмечена конечная точка. Примерно определив своё местоположение, мы отправились к предполагаемой точке сбора. Когда мы пришли на место, то обнаружили два пустых самолёта. Недавно тут была стоянка, остались ещё следы. Они уходили к горе, и терялись в районе обвала. Скорее всего, их завалило. Мы решили по рации связаться с индийскими националистами…

Из доклада юнкера Эриха Мюллера главе администрации Аненербе Вольфраму Зиверсу:
…Когда мы стали разбирать завалы, то откуда-то с той стороны послышался рёв. Солдаты спросили меня что это, но я приказал им продолжать разбирать преграду. За сутки мы очистили проход и прошли с отрядом внутрь. Вдруг рёв повторился и послышался топот. Топот дюжины ног. Из темноты выбежали солдаты, в униформе пропавшего полка «Skorpion». Они яростно пошли на нас, мне ничего не оставалось, как приказать солдатам открыть огонь. Мои подчинённые были в смятении. Свои же люди, нападают на них! В том бою мы многих потеряли. Когда все предатели были перебиты, мы обыскали их тела. Кроме документов определяющих личность, мы нашли у некоего унтершарфюрера Рудольфа Манна дневник, в котором он описывал процесс экспедиции. Нахожу этот источник очень интересным и передаю дневник Вам, герр Зиверс…

Секретно.
Аненербе. Отделение исследований оккультных наук.

Г.Вирт
В.Зиверс.

Из доклада Оберфюрера СС Вольфрама Зиверса президенту Аненербе, Генриху Гиммлеру:
… После проведённого расследования, выяснилось, что секретный полк «Skorpion» был уничтожен в полном составе, в результате обвала в горах под Гангтоком. Отряд во главе с Эрихом Мюллером не нашёл выживших. Так называемый «Объект А», никакого интереса не вызвал. Важность он представляет, разве что только для спелеологов…