охотно выполняю) это отрывки из 2х первых главДобавлено (29.10.2010, 15:26)
---------------------------------------------
I. Алмаз диких гор
…Ища, искали вы, желая
Не жизни, лишь движения волны.
Пустыней время заполняли,
Любя форпосты лишь любви…
Глава 1
Весна пришла в Москву. Жара опустилась на город, накаляя асфальт, стены, распирая атмосферу светом и жаром.
Воздух двигался в тридцати градусах. Теплый спертый ветер передвигал макушки деревьев.
Вода рябила в парке, единственно счастливые в этот день – утки. А голуби взлетают с рельефов храма и тучей устремляются в плывущие в небе облака.
Другие же ходят по асфальту: кудах-тах-тах, кудах-тах-тах.
Пробивается, зеленея, первая весенняя трава, еще такая чистая и незапыленная.
А люди томятся, шагая по раскаленной улице, в учреждениях без кондиционеров, стенах школ и институтов. Кинутый в окно взгляд. Тоскующий или мечтающий.
О верных друзьях и вечерних поцелуях среди полутьмы отдающего тепло черного асфальта.
Лишь мамы обмахиваются журналами, следя за маленькими карапузами в платьицах и мега цветных шортах в парке, да отпускники и прогульщики охлаждаются мороженым и ледяной газировкой. Весеннее лето длит свои недели в мегаполисе.
Но как похоже и не похоже на остальные молодое красивое лицо, фоном которому небо! Голубые, как лазурь, глаза, под одними из тысяч плавных изгибов русых бровей из-под падающих золотисто-солнечных волос. Юноша сидел, держа ладонь на коленке, одетый в кремовый костюм, странным образом нежарко застегнутый на все пуговицы. На лице его ни капельки, плавные черты лишь выдают начаток взросления. Ни одного пятнышка на скулах, ни морщинки в уголках век. Сосредоточенные зрачки, в них нет и тени напряжения. Внимательны, они смотрят вниз, выражая особенное, остужающее тепло и заботу. Сквозь небесный воздух, сидя на облаке. Он смотрел на виражи Земли. Туда, где вверенный ему от рождения человек жил свою жизнь. Ведь юноша был ангелом-хранителем.
Едва слышный шорох уловили его уши. Ангел повернул голову влево, выжидающе глядя на задрожавшие частички воздуха. Его губы приоткрылись, и он подался было вперед, навстречу тому, кто нарушил его одиночество.
- Надо же, какие делаются вещи на уединенных облаках!.. – послышался сильный молодой голос. – Так захочешь отдохнуть, глядь, а местечко уже занято!
Улыбаясь, прямо из воздуха вышел высокий крепко сбитый парень, одетый во все зеленое, под цвет таких же ярких, лучезарно-светлых глаз.
- Костя! Не могу поверить! Сколько лет! – голубоглазый ангел рванулся к старому знакомому. Опершись на поданную руку, он легко взмыл с облака, вставая на ноги.
- Андрюха!.. Вот так сюрприз!.. Не ожидал тебя здесь увидеть! – воскликнул Костя, крепко сжимая ладонь давнего друга.
- А я разве ж ожидал?! Это провидение, не иначе!.. – отозвался ангел. Губы его улыбались, а глаза пылали солнечными лучами. – Как ты тут оказался?..
- Я?.. Я по делам летел и притормозил, чтобы остатки свободного времени скоротать. И тут смотрю: ты сидишь, на том самом облаке, на которое я метил!.. Так тут чуть на Землю не рухнул от радости раньше срока… А ты?..
- А что я? Я птаха вольная, облачная. Где вспорхну, там отдыхаю, - отвечал Андрей.
Несколько секунд они еще держали руки друг друга, обоюдно глядя в глаза, не в силах оторваться объединившей их радости. Наконец Костя отнял свою ладонь у Андрея и задал причитающийся вопрос.
- Ну как ты, дорогой?.. Давай рассказывай, как твоя вечная!
- Отлично моя вечная! – ответил Андрей. – Полна чаша работы, знакомых, всего.
- Ты так и работаешь хранителем? – поинтересовался Костя.
- Да, и мне очень нравится, - кивнул Андрей. – Я тут, похоже, нашел себя. С первой попытки получилось.
- Это очень хорошо, - проговорил Костя. – Тем более что с твоим даром чувствовать каждую ниточку мира, ты просто создан быть ангелом-хранителем. У тебя ведь сохранился этот талант?..
- Сохранился, - Андрей наклонил светловолосую голову. - Но что это все про меня? Расскажи, как у тебя дела.
- Отлично, - ответил Костя. – Могу смело сказать, что я полностью счастлив и целиком доволен своей профессией, - улыбнулся он получившейся чеканке слов.
- Молодец!.. А ты у кого сейчас служишь? – спросил Андрей. – Ты ведь больше уже не ангел-хранитель, правильно я понимаю?..
- Правильно. Я только одно поколение вел после аттестации, потом перевелся. Мы что, так давно не виделись?.. Да, мы же после школы так ни разу и не состыковались с тобой!..– спохватился Костя. – А ведь когда учились, в неразлучниках ходили!
- Надеюсь, что друзьями-то мы навсегда останемся, несмотря ни на что. Даже на двести лет разлуки, - уголки ангельских губ тронула улыбка. – Так погоди, кем ты все-таки работаешь?.. Я смогу угадать?.. Методом тыка давай, - Андрей прикусил губу, сбирая на лбу мелкие морщинки. – Значит ты у нас больше не хранитель. Минус одно. На молитвенника и подвижника тоже не очень похож, равно как и на служителя милости. И уж точно не сестра милосердия, - Костя рассмеялся. – Для ангела огня слишком не горяч, и в паре диалектики тоже я тебя не наблюдаю. Остается… Муза или… Нет, муз их видно сразу. Значит, я угадал?.. – Андрей с ожидающим вопросом взглянул на друга и все понял по его глазам. – Да! Ты воин легиона!..
- Точно, - подтвердил Костя.
- С ума сойти!.. – изумился Андрей. – Никогда бы не подумал, что ты – да в небесных войсках!..
- Я бы тоже не подумал, когда школу заканчивал, - признался Костя.
- И как тебе? Нравится?
- Очень, - ответил Костя. – Отличное начальство, хороший коллектив, друзей много, подруг тоже. Работа интересная: полеты, отчеты, наблюдения, все очень динамично и впечатлений много. Хотя сначала сложновато было привыкать…
- Знаешь, а я сейчас понял: по тебе видно, что ты воин небесного легиона, - промолвил Андрей. – У тебя взгляд другой стал.
- Какой? – поднял брови Костя.
- Выверенный. Со стальной искрой, что ли?..
- Ой, ну это ты загнул! – рассмеялся Костя. – С искрой!.. Я же не архангел все-таки.
- Ну не с искрой, может быть, но твердость сразу видна, - поправил себя Андрей.
- Возможно, со стороны-то виднее, - пожал плечами Костя. – А помнишь, - он внимательно взглянул в глаза Андрея, и по его лицу поползла несдерживаемая улыбка, - что про твои глаза сказала помощница архангела во время занятий по обращению с энергетическими потоками?..
- Как забыть, - розовея щеками, заулыбался Андрей.
- Как вчера помню. Когда ты, просчитав ворон все ее объяснения, запустил огненный выстрел восьмеркой во все стороны, кроме той, в которую было нужно. Чуть всех нас не спалил.
- Я бы сказал: чудом не спалил, – уточнил Андрей…
Глава 2
До насыщенной синевы темнеет городское небо. Свечами вспыхивают длинные улицы, расходясь во все стороны от горящего разноцветными огнями подсветки Садового кольца, зажигая столицу пыланием сочного ночного солнца. Гнутся лучи, волнами идут автострады, мерцают храмы вперемешку с супермаркетами, Кремль хранит свои алые стены. Неприступно, над ними развивается трехцветный флаг. Живет Москва под чистым звездным небом, слышен ветер за окнами, гоняющий редкие, грациозные облачка.
…Летят черные копья, выпущенные против движения рукой завоевателей, взмывают, мишени рисуя впереди. Завоевать. Упасть?.. Достигнуть цели, поражая чье-то оскорбленное ударом самолюбие…
Красивы московские проспекты, и фонарей на них столько, о скольких порой мечтают все дворы вместе взятые. Автомобили газуют, не переставая, никогда не спят главные улицы. Частые деревья обрамляют эстетику дорог. Человечески красив городской ландшафт среди жилых домов столицы!..
И кто-то кайфом в ускоренном режиме прогулки по главной улице впитывал ночную красоту оживленного проспекта, высокими каблуками ступая по тротуару, до магазина и обратно. Узкие женские джинсы мелькнули двумя парами ног. По смолистому от выхлопа асфальту две девушки свернули во двор. Пакет в руке издал противный шуршащий звук. Что-то характерно звякнуло внутри, обернутые вокруг запястья ручки крепко прижались к животу.
- Эй, осторожнее там, - услышала неудавшаяся звонарка негромкий голос подруги.
- Да я аккуратно, блин, - последовал ответ.
На выходе из-под свода арки шаркнула подошва. Вторая пара обуви остановилась, поворачиваясь в стороне. Невысокого роста девушка с заплетенной через левое плечо русой косичкой, отбилась с пути и, задрав голову, вгляделась в высившиеся окна.
- Нет дома? – спросила подруга, сильно щуря глаза.
- Нет. В гостях сегодня, раньше двенадцати не придет, - отозвалась девушка.
Она вернулась, стуча каблуками и более не шаркая. Вдвоем они направились на спрятавшиеся во тьме газона лавочки. Удивительно свободные сегодня, в этот поздний весенний вечер.
Девушка с косичкой уселась на скамейку, раскрывая пакет.
- Как бы не заметила, когда назад пойдет, - произнесла она.
- В такую темень?.. Если только с фонарем, - ответили ей из полумрака. – Спасибо.
Из пакета появилась бутылка. Вторая девушка приняла ее из рук на руки. После свернутой крышки был сделан первый глоток. Искусная ладонь непринужденно поправила пышное темное каре, девушка вытянула длинные ноги, упираясь шпильками туфель в грунт. Подруга закинула ногу на ногу, глядя вдаль, молча смакуя пиво. Коснувшись длинными ногтями, пальцы поправили остроконечный пирсинг в хрящике правого уха, приподняли и опустили косичку. Почти тайные знаки. Но сегодня они не имели смысла. У темноты нет ушей. И языка тоже.
- Хорошо, - заключила русоволосая девчонка, облегченно вздыхая, будто сбрасывая одним выдохом весь груз уходящего дня. Темные во мраке глаза устремились в небо.
- Ага, - согласилась ее подруга, исподлобья провожая в воздухе свои мысли. – Наконец-то…
Ее звали Аня. Девушка с ярко-зелеными глазами, высокая, спортивная, в облегающих джинсах и расстегнутой на две пуговицы голубой блузке, на которой болтались очки. У нее были натуральные темные волосы, короткие и потрясающе объемные, стильные и сильные черты лица. Красавица, одним словом. Подруга рядом – ее называли Марина или по жизни Мара. Тонкая и хрупкая паутинка рядом с мощью своей компаньонки, пепельно-русая с длинными волосами и серо-голубыми глазами. Она носила черные джинсы ниже талии, пояс с бляшкой, серебряные кольца на руках, три серьги и два пирсинга – в пупке и в ухе. Уходя до ключиц пряталась на груди цепочка под коротким топиком, обнажающим живот. Черная рубашка на распашку спасала от остывшего к вечеру воздуха.
Удлиненный овал, славянский тип лица и настолько легкая горбинка на носу, что была известна одной ей и некоторым ее фотографиям.
Марина послала долгий взгляд подруге.
- Как с Пашкой-то?.. – спросила она.
- Все… - промолвила Аня. – Теперь точно все. Закончилось.
- И как ты? – Марина проследила, как подруга отпивает из горлышка, не глядя на нее.
- Нормально, - яркие глаза взглянули на расплывчатое перед ними лицо. – Ты же знаешь, это закономерно.
- Да, знаю, - после паузы кивнула Марина. Воцарилось непродолжительное молчание. Короткими глотками поглощалось пиво. Мара ощутила, как по телу идет приятная расслабляющая волна, а настроение распускается спокойное и умиротворенное, как цветок. – Что, теперь в новый путь?..
- В новый, - Аня наклонила подбородок. – Вернее… Не знаю. Достало меня это все.
- Перерыв на свободу хочешь?..
- Наверное. Пока не полюблю действительно… Никого не хочу видеть. Противно.
- Противно, - поддержала Марина. – Я вот не знаю, когда кого-нибудь полюблю…
- Главное, что полюбишь в итоге… И не какую-то свинью.
- Свиней любить нельзя.
- Ты зайдешь ко мне? – поинтересовалась Аня. – У меня дома никого. Отец в командировке, а мама вдруг к бабушке собралась. А то неохота одной сидеть сегодня… Как-то это все равно… Неприятно.
- Ясный пень, неприятно, - нахмурилась Марина. – Встречались целый год, а потом…
- А потом - не потом. А одиннадцать месяцев – суп с котом. Даже не знала, что я такая нерешительная…
- Это бывает…
- Бывает все. А главное, что я с самого начала знала, что ничего из этого не получится. Ни с ним, ни с кем-либо из тех, кого я сейчас знаю. Поэтому и менять что-то резона не было.
- Вот от этого я и не хочу так…
- Ты умнее меня.
- Ха-ха, не смеши. Меня никто не любит, но зато и я никого. И пошли все в ж…
- Меня тоже, не переживай. Кроме моего хомяка.
- Хороший мужик – твой хомяк, - вздохнула Мара, вспоминая, что хомяк у подруги давно умер.
- Угнетает меня сегодня это пиво, - наморщилась Аня. – Давай, что ли, допьем эту и пойдем ко мне. Мне вино подарили, коллекционное какое-то. Надо попробовать, шо за хрень.
- Давай, - недолго думая, согласилась Мара.
До ушей вдруг долетел жуткий рев мотора.
- Б…, телеги в моде?!! – воскликнула Аня, встрепенувшись.
Марина переменилась в лице. Эти автомобили с перековерканным глушителем, они были ее кошмаром все время проживания тут!.. Будь ее воля, она бы их…
Во двор ворвались звуки тяжелого ударника, со скрежетом резины в арку въехала черная лоснящаяся тачка. Аня зажмурилась, ослепленная дальним светом.
- Черт!.. – рука метнулась к груди.
- Офигели совсем?! – только выговорила Марина.
Следом за первой иномаркой, не давая набрать воздуха, врулили еще две черные «Бэхи». Круто развернувшись начищенными боками, они резко запарковались во дворе, как попало, преграждая путь и стоянку для всех остальных на узкой дорожке.
Аня нацепила очки на лицо. Дверцы машин открылись почти синхронно, и из «Бэх» гроздьями посыпались молодые люди и девчонки. От компании отделился один темный силуэт в облепляющих джинсах. Он был трудноразличим в темноте, но по движениям угадывался развязанным и наглым.
- Эй, зажжем квартал!.. – воскликнул он.
Подруги увидели, как, гогоча, компания устремилась к дому, безжалостно разрывая покой спящей атмосферы.
- Что за уроды, твою …?! – выпалила Марина в шоке и ярости. Донышко бутылки стукнулось о колено, едва не выплескивая пиво. – Откуда они у нас взялись?!..
- Да еще в мой дом!.. – палец Анны метнулся, указывая на высившуюся многоэтажную бетонку.
Круглыми глазами Марина проводила завалившуюся в здание толпу. Железная дверь хлопнула, встряхивая всю округу. Какие-то несколько минут все было мертво, пока на пятом этаже слепящим светом не вспыхнули окна, и сквозь распахивающиеся рамы не послышались женские визги и звуки музыки.
- Обалдеть… - произнесла Аня. – Мара…
- Ань, это же прямо над тобой!.. – угадала вопрос Марина. – Что они там делают? Там вроде бабулька живет!..
- Откуда я знаю?! Внуков позвала, наверное!.. – не выдержав, Аня психанула…
