По мере того, как я удалялся от дома, мне становилось все хуже. Настроение падало так быстро, как могло. Когда же, наконец, оно опустилось до минусовой температуры, меня покрыло пессимистичным слоем инея. Погода тоже не радовала. Осенний дождь, чего еще можно ждать в середине этого сезона. Осень никогда меня не привлекала своими цветами. И что Пушкин нашел в ней? Работа, работа. Каждый день просыпаюсь в 6 утра, чищу зубы, моюсь, ем, одеваюсь и спешу на работу чтобы не получить втык от начальства. На самом деле я не пойму, как люди могут жить так все время? Когда мы маленькие у нас нет каких-либо обязанностей или ответственности. Человек может гулять, веселится с друзьями, отрываться по полной. Но когда заканчивается этот период времени, для тебя наступает полностью новая, самостоятельная жизнь и спрятаться за плечо мамочки не получится. Ежедневные походы на работу, а вечером приходишь в надежде, что тебя никто не потревожит и даст тебе отмокнуть в ванне и лечь спать. Нет, я больше так жить не могу. Вот и метро. Жду поезда. Смотрю по сторонам. Вокруг снуют толпы людей. Е посмотреть внимательно, то можно заметить, что с унылой миной на лице только я. Компания молодых людей смеется над удачной шуткой, проходящая мимо меня бабка с борсеткой в руках улыбается, парень в костюме видимо тоже на работу. Он о чем - то увлеченно беседует по телефону и не замечает, как вор достает у него из кармана пиджака бумажник. Я не стал подымать шум, возможно, его настроение тоже опустится после обнаружения пропажи. И я не один буду такой сегодня. Я поступаю как эгоист, меня не мучает совесть. Захожу в вагон и стою, наблюдаю за народом. В голове мысли о самоубийстве. Неужели я настолько спятил? Стоит ли обратится к специалисту? Как по мне, так психиатр не лечит человека, а только высасывает из него деньги на последующие сеансы. В вагоне сидит молодая парочка и целуется, как же им хорошо. Будь у меня возможность, я бы упразднил знаки внимания, как выпивку в общественных местах, чтобы не портили другим людям настроение. Я услышал звук какого-то музыкально инструмента доносящегося до моих ушей с другой части вагона. И в правду, там стоял мужчина лет сорока, в темно-синем пальто, с разноцветным шарфом на шеи и кепке (типа Лужкова). Играл он на саксофоне, с улыбкой на лице. Вот, что значит работать в удовольствие. Мне бы так каждый день и не было бы депрессии. Диктор объявил остановку. Это была моя, я вышел из метро на улицу. Увидел на большом баннере лицо одной знаменитости и его улыбку от уха до уха, рекламирующий новую зубную пасту. Ну конечно ты улыбаешься, ведь, за такую пятиминутную халяву тебе заплатят кучу денег. В такой ситуации ты обязан улыбаться. Вот черт! Пока смотрел на баннер, проходя, наступил в лужу. «Лучше не бывает». Почти дойдя на работу в той же минорной тональности, взглядом я наткнулся на стоящих в толпе стариков. Один из них сидел в коляске, второй на костылях, похоже, у него не было ноги. У третьего протез вместо руки. Стояли они у здания суда. Прислоненный к стене ватман с предложением на нем гласил: «Отстоим права ветеранов Афгана». Я всмотрелся во взгляд этих людей. Опущенные глаза с надеждой на лучшее. За мгновение я осознал, что у таких людей судьба похуже моей. Они не плачут как я. Потому что они надеются на лучшее. Потому что надеются, что в наше мире еще ценят, то, на что они пошли ради страны. Они надеются, что новая страна с новым президентом , поймет, через какой ад они прошли. В этот момент я улыбнулся. Не потому что подумал, их надежды тщетны, а потому, что понял, осознал, насколько моя жизнь шикарна и сколько можно найти маленьких прелестей в ней. С улыбкой на лице и с надеждой в сердце я поплелся дальше.