Записки ярости
Акт третий
Финал Наконец, гость очнулся.
Я сделал шаг назад и уселся в кресло, где доселе сидела его покойная подружка и, облокотившись на одну руку, пристально вгляделся ему в глаза. В них был написан ужас, первобытный ужас! Он понимал, что, ещё чуть-чуть, и он умрёт и поделать ничего с этим не сможет. Это так же глупо, как бороться со старостью.
Андрей(умоляюще, на глазах его навернулись слёзы): - Зачем? Зачем ты её убил?! Она была не виновна! Лучше бы ты убил меня!
В зале послышались умилённые вздохи. Зрители почувствовали, что он раскаивается. Я тоже почуял это, но мне было мало! Я же Бог! Царь! Владыка всего и всех! Смертные – мои рабы! Я не актёр в этом театре, я – продюсер и режиссер!
Я(склонив голову на бок и пытаясь придать голосу более серьёзный тон): - Почему она? Я хочу, чтобы ты страдал так, как страдал я! Только поэтому ты ещё жив! Смерть - слишком лёгкое наказание! Я – Бог этого паршивого мира!
Андрей(тяжело дыша, еле-еле сдерживая гнев):- Ты - Бог!? Ты – кусок дерьма, который был слабаком и им остался! Ты получил силу, с которой никто не совладает – это признак слабости, истинной слабости, которая пронизывает тебя с ног до головы! Так ведь, Александр?
Я встал в замешательстве. Кресло, в котором я сидел, испарилось. Пройдя к краю сцены, я сделал глубокий вдох. В нос ударил резкий запах, смешанного с потом, одеколона. Маска Гая Фокса была уже вне надобности. Положа руку на лицевую часть маски, я потянул её вниз. Щёлкнула резинка и маска выпала из руки, глухо стукнувшись о дубовый пол сцены.
Александр(усталым, замученным голосом): - Ты разрушил мою жизнь. Я разрушил твою. Мы квиты.
Гость поднялся с кресла, которое моментально испарилось. Теперь от него веяла уверенность, сила, которой парой минут ранее и не пахло.
Андрей(уверенно): - Квиты? Нет! Ты кусок дерьма, не достоин, обладать такой силой!
Александр резко вытянул руку и уткнул холодное дуло револьвера в лоб Андрею.
Александр(разочарованным голосом): - Знаешь, мне ничего не мешает сейчас нажать на спусковой крючок.
Александр щёлкнул курком, перевернув барабан, тем самым приготовив боевой патрон к вылету. Осталось лишь спустить крючок и сцену забрызгает содержимое головы гостя.
Андрей(насмешливо, не теряя уверенности):- Ты не сделаешь этого.
Александр(хмыкнув, не отрывая взгляда от пола сцены): - Наивный.
Зал замер в ожидании. Некоторые присутствующие встали со своих мест, держась за грудь. Напряжение в зале росло, но никто не осмеливался издать ни звука.
В голове Александра метались образы прошлого, он вспоминал, вспоминал. Он вспомнил всё! Вспомнил и понял, что мести больше нет места в его сердце. Выходит и цели в жизни тоже. Пора заканчивать.
В барабане револьвера осталось всего пять пуль.
Александр опустил револьвер, но спустя секунду, резко поднял его и выстрелил. Первая пуля попала в коленную чашечку правой ноги гостя, раскрошив чашечку в хлам. Гость упал на пол, словно подкошенный и, крича от нестерпимой боли. Второй выстрел пришёлся на вторую ногу, пробив насквозь ляжку. Александр всё не успокаивался, заводя курок вновь и вновь. На лице его изображался бешеный гнев. Третья пуля отсекла запястье правой руки, гость разразился новой порцией воплей боли, но сознания не потерял. Четвёртая пуля попала в левое плечо. Только после четвёртого выстрела Александр успокоился. Гнев сошёл с его лица, и он обернулся к залу.
Александр(совершенно спокойным, но удовлетворённым голосом):- Концерт закончен! Оревуар!
Он поднёс тёплое дуло револьвера к виску и спустил крючок. Раздался выстрел. Зал дрогнул все, кто стояли, упали в свои кресла.
Александр умер, даже не коснувшись, пола деревянной сцены. Его бездыханное тело упало в лужу собственной крови. Глаза его остались открытыми, в них была пустота, а взор уходил, проникая сквозь стены, далеко за горизонт.
Зал взорвался овациями. Все присутствующие поднялись на ноги и рукоплескали ещё пару минут, пока не растворились в воздухе, уходя туда, откуда не возвращаются, никогда.
Занавес опустился.
Смысл этого рассказа прост: Никогда не нужно унижать слабых, ведь, некогда слабый и униженный может стать куда сильнее любого из вас и поступить так же, как описано в этом, коротком, но произведении.
Конец.
