Пролог

«Никто не собирался тебя убивать … Ты сам напросился. Сам во всем виноват…»
Дверь отворилась бесшумно. Шаг. Еще. Еще один. Теперь вниз…
«Никто не узнает… Никто не сможет узнать… Я ни при чем…»
Осторожно… Осторожно… Рука коснулась стены. Идти стало легче…
«Здесь… Ни черта не видать… Так, назад… Где-то тут должен быть выключатель…»
Чуть слышный щелчок. Полоса света вернула обыденность предметам…
«Ты даже не почувствуешь боли… Ничего не почувствуешь…»
Мышцы напряглись… Пальцы сжали равнодушную железку…
«Теперь!..»

Глава 1

- Ну вот, наконец-то свершилось! Сколько же лет прошло? – лениво развалившись в кресле, поинтересовался Леня.
- Сто! Сто лет прошло! – тут же отозвалась Ольга. В голосе ее слышалось наигранное недовольство. – Ведь никого с места не сдвинешь. Я. Я одна только и организовала все. А так до самой пенсии бы не увиделись!
- Какая там пенсия, Олечка, так бы и померли каждый в своей берлоге!
- Нет, по-серьезному, девочки, мальчики, Ольга молодец, а то и правда: живем вроде в одном городе, но ничего друг о друге не знаем, - резюмировала Женя.
Вся компания уютно устроилась в гостиной небольшого загородного дома. Сидели уже несколько часов, и большая часть запланированного ужина была съедена, а вина и шампанского выпита. Так что все прибывали в самом прекрасном расположении духа. Да и обстановка располагала…
- Неплохой теремок, - благодушно заметил Паньков, потягивая вино из бокала. – Я бы тоже не отказался от такого. А что, погода, природа, все дела… Кстати, Оль, а может этот знакомый твой продаст мне его, а? Как думаешь?
- Не знаю, вряд ли, - покачала головой Ольга.
- Ох, хорошо вам женщинам… Нашли богатого мужика - и порядок. А тут, горбатишься, горбатишься…
- Весь уж ты перетрудился, - саркастически усмехнулась Женя. – Что-то верится с трудом…
- А-то как же? Я ведь не Олечка. Мне рассчитывать не на кого…
- О чем ты говоришь-то вообще, не понимаю, - пожала плечами Ольга. – Дом этот мне просто на один вечер сдан…
- Ну и как? Дорого за один вечер-то берет? – загоготал Паньков.
- Вообще-то я замужем, если кто не в курсе, - спокойно отпарировала Ольга.
- Хо-хо, замужем! Одно другому не мешает!
Ольга лишь снисходительно хмыкнула в ответ: все уже давно привыкли к болтливости Панькова и не обращали внимания на его высказывания. Тем более, что Ольга, по которой когда-то вздыхала вся мужская половина класса, вряд ли могла пожаловаться на недостаток внимания к своей особе. А уж Панькова и вовсе никогда не принимала всерьез.
- Ты, Колюня, лучше не завидуй, - встряла в разговор Маша, - а работай тщательнее. Тогда может и на тебя кто-нибудь позарится. Вон смотри, Андрюша уже важным начальником заделался. Большой человек! Андрюшь, может возьмешь Панькова нашего под свое крылышко? Он бы под твоим покровительством быстро в гору пошел!
Андрей Косов, расположившийся в глубоком кресле прямо напротив Маши, самодовольно ухмыльнулся, явно польщенный ее словами. Он, бывший когда-то любимцем девочек, уже порядком растерял свое былое обаяние. С намечающейся лысинкой и порядочным брюшком, Андрей вряд ли теперь мог поразить чье-то воображение. Хотя, судя по всему, даже не подозревал об этом и по прежнему чувствовал себя королем.
Паньков недовольно скривился и, залпом осушив бокал, презрительно произнес:
- Ты, Машуня, лучше о своих делах побеспокойся, а я как-нибудь и без тебя разберусь!
- Да я только хотела помочь, - хихикнула Маша. – Сам же сказал, что у тебя проблемы.
Паньков, зло глянул на нее, и хотел уже было что-то ответить, но в разговор вмешалась Лера:
- Ну, перестаньте, не ссорьтесь! В такой день!
- Да что ты, Лерочка, мы и не ссоримся вовсе. Правда ведь, Коль? Мы ж с тобой лучшие друзья! - Хитро прищурившись, Маша одарила Панькова лучезарной улыбкой.
- Ой, отстань от меня, - недовольно буркнул Паньков и демонстративно отвернулся в сторону. Но уже в следующий миг вдруг буквально подскочил на месте и, хлопнув себя по лбу ладонью:
- Ах, черт! Совсем позабыл! Я тут недавно наткнулся на наш журнал! Вот притащил с собой!
Поспешно поднявшись, он выбежал из комнаты.
- Какой журнал? – вскинула вверх брови Лера. – Школьный что ли, с оценками? Откуда он у него?
Все озадаченно переглянулись. Но Паньков как всегда не заставил себя долго ждать: через минуту вернулся в комнату на ходу доставая из черной спортивной сумки, с которой приехал, объемистую тетрадь.
- Во! Помните что ли?! Все самые ужасные тайны! – отбросив сумку в сторону, он помахал перед собой тетрадью. От его недавней обиды не осталось и следа.
- Что это? – спросила Ольга, подходя ближе. - А… Помню, кажется...
Осторожно, двумя пальцами она пролистнула несколько страниц:
– Точно. Это ж совсем детский, из серии «черная рука, красная нога»… Вы там всякие гадости обо всех сочиняли.
- Что за гадости?– лениво поинтересовалась Женя, полулежавшая на большом диване с бокалом вина. - Идите сюда.
Она привстала, освобождая место. Панькова не пришлось долго упрашивать, он, казалось, был в восторге от своей тетради и с удовольствием демонстрировал ее.
- Мы ее тогда по всей школе таскали. Все просто от зависти дохли! Многие хотели свой нос туда сунуть, даже крали пару раз!
- Да? – хихикнула Лера. – Что же там такого? Дай-ка сюда…
Чуть наморщив брови, она прочитала:
- «Мурочкин С. все время ходит на переменах в девчачий туалет и закрывается там в кабинке, чтобы слушать и подсматривать… А вчера он слышал такое, о чем никому не говорит и красный как рак…». Кто это еще Мурочкин?
- Во-во смотрите! Тоже помню это, – Паньков ткнул пальцем в следующую страницу. – «У М.В. муж один толстая свинья и она женилась на другом, а толстый ничего не знает!».
- А кто это М.В.? – не унималась Лера.
- Да классная же наша! Не помнишь что ли?
- Ах, точно! Ее, кажется, Мария Валерьевна звали?
- Мне кажется, вроде были действительно какие-то разговоры про мужей, – задумчиво проговорила Женя.
- Так это все и пошло от сюда! А ты думала это тебе просто так? Это ж сила! – самодовольно раздувался Паньков.
- Тут еще и фотографии какие-то есть! – изумилась Маша, перегнувшаяся через спинку дивана и плечо Панькова. – Вот это здорово! Все задукоментировано. «У Горбатовой Л. Волосы вклеены…» Это как это? – захохотала она. – Вклеены! Кто такое мог написать?!
- Ой, да ты бы видела ее, сама б так сказала.
- И, правда, что-то с ней было не так…
- А кто это такая-то?...
Теперь уже все с любопытством теснились вокруг Панькова, сидевшего на диване с тетрадью в руках, и с любопытством разглядывали записи. Кое-где действительно встречались фотографии, в большинстве своем вырезанные из газет или журналов, но иногда попадались и простые любительские черно-белые снимки.
- Ну, вы даете, ребята! Столько всего понаписать! – удивлялась Женя. – И не лень вам было всем этим заниматься? Ведь все равно кроме вас этой тетради никто не видел.
- Как это не видел? – возмутился Паньков. – Да все видели и все знали! Вон Ленька, и Андрюха, и Лерочка с Олечкой тоже любопытствовали не раз хоть и не хотят признаваться. Одна только ты, наверное, и не в курсе, да и то, только потому что как всегда внимания не обратила…
- О! Смотрите-ка, - перебила Лера, ткнув пальцем в очередное фото. – «Завхоз Цветочкина М.И. на самом деле не женщина, а переодетый мужик», - прочитала она. –Ничего себе!
- Она и правда на мужика была похожа, – заметила Ольга. – Я ее хорошо помню. Грубая такая...
- А это кто? – Леня склонился над самой тетрадью, стараясь разобрать каракули. - «Близнецы Кузнецовы все время меняются и переодеваются в туалете, что бы никто не мог их различать…»
- Да уж, такие подробности. Откуда узнали? – хмыкнул Андрей.
- Во, во! – оживился Паньков, не обращая внимания на Андрея – Это вообще перл: «Терентьева О. влюбилась в физрука и подбрасывает ему подарки со своими голыми фотками».
- Терентьева это такая блондиночка в очочках? Помню я ее, - сказала Женя. – Чего вы к ней-то прицепились? Вообще была божий одуванчик.
- Может и была одуванчиком, однако, это правда все! Все точно как написано.
- Что ты врешь? Не может быть!.
- Да правда! Мамой клянусь! – прижимая руку к груди, стал уверять Паньков. – Это точно правда!
- Ага, откуда тогда узнали? – хихикнула Маша.
- Ну, много есть способов… И вообще – это секрет фирмы!
- Ладно, ладно, верю, - засмеялась она.
- «У фигуриста Василькова один глаз стеклянный…» - прочитал Андрей подпись под следующей фотографией.
- О, Боже! – Женя отпила глоток вина из своего бокала.
- Это тоже что ли правда? – вглядываясь в человека на фото, спросила Лера.
Маша перегнулась через плечо Панькова, стараясь разглядеть стеклянный глаз и нечаянно задела Женю: немного вина вылилось на сидевшую рядом с ней Ольгу.
- Ой, прости! – воскликнула Маша. – Сейчас я салфетку принесу.
Она убежала на кухню, но не прошло и пятнадцати секунд, как оттуда раздался ее истошный визг. Сидевшая в гостиной кампания переглянулась.
- Что это? – прошептала Лера.
Женя очнулась первой: соскочила с дивана и бросилась вслед за Машей.
Маша бледная с вытаращенными от страха глазами стояла посреди кухни. На лбу у нее алела внушительная ссадина.
- Там… там… - дрожащей рукой она показывала на раскрытое окно.
- Что случилось, Машка? – подбежала к ней Женя.
- Я… Я… - залепетала Маша, то и дело дотрагиваясь рукой до ссадины на лбу. - Я не знаю… Кто-то бросил камень…
- О, Господи! Какая сволочь! – Паньков одним прыжком подскочил к окну и перегнулся через подоконник.
- Осторожней! – заверещала Маша. – Может они еще там!
- Правда, Коля, осторожней! Пойдемте лучше все вместе посмотрим, - предложила Ольга.
Леня первый выскочил на улицу – за ним и все остальные. Однако, в нерешительности потоптавшись возле дома, они вернулись обратно ни с чем: в темноте ничего не разглядишь, а лазить по кустам на ощупь никому не хотелось. На кухне Лера суетилась вокруг расстроенной и бледной Маши, стараясь хоть как-то ее подбодрить.
- Вот бы мне этот гад попался! Я бы ему мозги-то вправил, - воинственно заявил Паньков.
- Боже мой, ну кому только могло прийти в голову?!– сокрушалась Лера. – Бедненькая… Ты хоть кого-нибудь заметила? Кто сделал-то это?
- Я не знаю, - всхлипывала Маша. – Я просто включила свет, хотела взять салфетки… и тут… Я так испугалась! Даже сначала не поняла, что случилось… Кажется и в окно-то не посмотрела … Хотя может и видела какую-то фигуру… Нет, я не знаю… Не помню... Голова болит. Все путается…
-Может тебя в больницу отвезти? – участливо предложила Лера. – Может это сотрясение мозга?
- Нет, нет, не надо ничего. Я только хочу немного спокойно посидеть.
- Вот уроды! – опять возмущенно всколыхнулся Паньков.
- Это, наверное, развлечение такое у местных придурков кидать в открытые окна, - сказала Женя. – Тем более круто, если еще и «подстрелишь» кого-нибудь. Так что, Машка, из тебя сегодня получилась отличная мишень.
Маша лишь вымученно улыбнулась в ответ.
- Точно, точно! Да тут еще и булыжников этих полно вокруг. Как будто специально разложили! – воскликнула Лера.
- Саша – ну, хозяин дома – хотел здесь делать что-то: дорожку к крыльцу, клумбы… - пояснила Ольга.
- Ты ему передай, чтобы он с этим поторопился, а то все его кирпичи ему же в дом и перекидают.
- Да, пожалуй, - согласилась Ольга.
Леня, все это время вертевший в руках злополучный камень с размаху зашвырнул его в темные заросли кустов и демонстративно прислушался:
- Никого не задело?!
- Ладно. Закрывай уже, а то еще какой-нибудь дурак решит поразвлечься, - сказал Андрей.
- Стекло вряд ли нас защитит, - саркастически заметил Леня.
- Может и не защитит, но все-таки приятнее, когда закрыто, - поддержала Лера.
Леня закрыл окно, и вся компания перебралась в гостиную поближе к столу с остатками еды.
Мало-помалу разговоры ушли в сторону от неприятного происшествия, а одноклассники разбрелись по всему дому. Маша прилегла на диване; Ольга с Лерой о чем-то тихо переговаривались, устроившись в дальнем углу гостиной; Коля с Леней курили и что-то обсуждали, стоя на крыльце; Андрей рассеянно перелистывал школьный журнал Панькова, одиноко устроившись в кресле; а Женя вообще скрылась где-то на втором этаже.
Было уже далеко за полночь, когда усталость богатого событиями дня, начала брать свое и вскоре дом полностью погрузился в тишину и покой. Все мирно спали.
На первом этаже в гостиной остался только Андрей. Он еще посидел немного, прошелся пару раз по комнате, постоял, прислушиваясь к безмолвию царившему вокруг.
- Как в детстве на даче, - чуть слышно произнес он. Подошел к столу и, выпив на сон грядущий глоток вина, устроился на диване.