Сначала она ничего не чувствовала, даже не шевелилась, в голове был лишь туман и чернота. Казалось, она где-то среди ночи. Ночь, чернь и больше ничего, и от того становилось как-то не по себе. Но потом мгла стала рассеиваться, и появился жеребец.
Он мчался быстро, даже быстрее ветра. Его красно-золотистая грива развевалась на ветру и качалась в такт движению. Казалось, она состояла из чистого золота, охваченного все пожирающим пламенем. Черные как смоль бока лоснились и сверкали, освещенные языками огня. Крепкие мышцы то напрягались, то расслаблялись при каждом его движении, а из-под копыт выбивалась яркая искра. Жеребец грациозно перескакивал все барьеры, видимые только ему, и стрелою мчался вперед.
На спине у жеребца восседал всадник. Он плотно прижимался грудью к холке коня и оттого не сразу бросался в глаза. Он уверенно держался в седле, даже не смотря на сильное сопротивление ветра. Черный плащ развевался на ветру, практически теряясь в языках пламени. Казалось, он вот-вот вспыхнет, но этого не происходило. Лицо всадника скрывал капюшон, который невероятным образом не слетал в результате скачки. От него веяло злобой и силой.
Она, затаив дыхание, смотрела на всадника. Странное чувство, словно она сторонняя наблюдательница, но одновременно и одно единое с всадником, никак не покидало ее. Она четко слышала стук сердца и завывание ветра в ушах, приятное напряжение мышц, даже злобу, но при этом не могла оторвать глаз от пылающего жеребца.
Ей хотелось бежать, бежать как можно дальше от этого места, от всадника, но ноги больше не подчинялись. Она всем нутром чувствовала ту злость и силу, исходящую от этого всадника…
Вспышка света.
Всадник и его конь превратились в одно сплошное пламя.

Лера вздрогнула и пришла в себя, но глаз не открыла. Она чувствовала запах земли и прохладу, исходившую от нее. Перед глазами все еще стоял огнь, но уже не такой яркий и правдоподобный, как несколько секунд назад. Этот огонь был уже миражом, бледным призраком.
Чьи-то сильные руки неистово трясли ее за плечи. Лера открыла глаза и сразу же зажмурилась от яркого солнца. В висках стучало. Она никак не могла понять, что же случилось и где она сейчас.
– Ну, наконец-то! Ты даже не представляешь, как ты меня напугала! – Лера ничего не ответила, лишь продолжала смотреть вокруг.
Юноша терпеливо ждал ответа, она молчала. В светло-зеленых глазах появилась тревога и нежность:
– Как ты себя чувствуешь? – ответа опять не последовало. – Лер!?
Легкая пощечина окончательно привела ее в чувства. Теперь всепожирающее пламя сменилось молодым березняком, качающим зелеными ветвями в такт легкому ветерку, мягкой зеленой травкой, на которой она лежала. Так же она заметила Рому – своего лучшего друга, которого в данной ситуации не заметить было просто не возможно: он навис прямо над нею и обеспокоенно всматривался в ее лицо, пытаясь заметить какие-нибудь изменения, свидетельствующие о том, что с ней все в порядке.
– Что случилось? Где мы? – ее голос прозвучал несколько хрипло и неестественно.
– Ты что не помнишь? – он с опаской смотрел на девушку, и когда она попыталась привстать, опять положил на траву. – Полежи пока. Мы ехали с тобой домой, а потом ты взяла и упала. Ты не представляешь, как я испугался!!!...

Теперь Лера и без его объяснения смогла вспомнить.

Добавлено (21.03.2010, 21:00)
---------------------------------------------
Было раннее утро. Солнце только-только появилось над горизонтом и еще не успело согреть своим теплом остывший за ночь воздух. Из открытого окна тянуло ночною прохладой, и эта прохлада опьяняла. На улице весь день стояла жаркая летняя погода, и только ночь могла ее хоть как-то разбавить.
Это лето никак не отличалось от других лет проведенных с бабушкой. Лера вот уже десять лет жила с княгиней Старожитской, с того самого момента как заболели и умерли ее родители. Старая княгиня повсюду славилась своей чопорностью и строгостью. Она пыталась как можно глубже подавить «бунтарские наклонности», доставшиеся внучке от ее непутевого отца.
С самого первого дня пребывания Леры в поместье, напоминавшем больше крепость, ей запрещалось общаться со слугами и с мальчишками. Старая княгиня очень боялась, что они ей привьют поведение не достойное девушке ее положения. В старом поместье, находившемся в самой чаще Блудского леса, не было никого кроме слуг и их детей, которые также являлись недостойными для общения с внучкой княгини.
Таким образом, Лере приходилось вечерами заниматься никому не нужным и абсолютно нудным вышиванием, но так было только в недолгие минуты «отдыха», а в остальное время она проводила со специально нанятыми учителями. Те были не многословны и говорили только о своем предмете и ужасно боялись гнева княгини Старожитской.
Но девочка росла, и вместе с ней росли «бунтарские наклонности, доставшиеся от отца».
Она общалась с «прислужьими детьми» как называла их княгиня, тайком научилась ездить на лошадях, чему поспособствовал сын конюха, а по совместительству ее лучший друг Рома. Он воспитал и вскормил для нее лошадь, которую Лера назвала Метелью, научил обращаться с собаками, которых так обожала княгиня и которых поначалу так не любили ее внучку.
Они часто бились с ним на палках, тем самым импровизируя настоящую битву, собирали летом ягоды, а зимою игрались в снежки.
Старое поместье окружал древний лес, что делало поместье практически изолированным от окружающей действительности. За все время, которое она прожила тут, в поместье не было ни одного гостя, не считая учителей. Слуги также редко покидали его. Это случалось лишь в тех случаях, когда необходимо было закупить семена или продать мясо и меха животных, убитых на охоте.
Самым любимым местом в доме у Леры была библиотека, точнее тайная ее часть, которую она обнаружила года два назад. Там хранились книги, которые княгиня считала не подходящими для хорошо воспитанной девушки. Это были рассказы про смелых воинов, прекрасных дев и мудрых драконов. Книг в тайнике было много, хотя девушка подозревала, что здесь только часть, а остальные, более опасные, спрятаны или вообще сожжены.

И вот теперь она собирается на очередную конную прогулку с Ромой.
Очередной порыв ветра распахнул настежь окно и окутал всю комнату утренней прохладой. Лера, уже одетая в высокие тонкие сапоги на завязках, старые ласины и красную длинную тунику без рукавов, то немногое что удалось сохранить в память о матери, направилась к раскрытому окну. Она ловко забралась на подоконник и выбралась наружу. К счастью, комната находилась на первом этаже, и не надо было занимать голову мыслями о спуске. Она быстро пересекла двор и уже через три минуты оказалась около конюшни, где ее ждал Рома с оседланными лошадями.
– Ну как, нормально добралась? – он подвел белоснежную лошадку к Лере, а сам забрался на светло-коричневого скакуна.
– Да, я как всегда была осторожна! – она улыбнулась и ловко забралась на свою Метель. Они не спеша выехали за ворота поместья и только тогда сняли с копыт намотанные тряпки, приглушающие цокот по дворовой плитке.
– Ну что, до нашего валуна? – бодро спросил Рома, немного придерживая своего Бурого за уздцы.
– Наперегонки! – Лера легонько ударила пятками в белоснежные бока лошади и та, до этого пританцовывающая от нетерпения, галопом помчалась вперед.
Бурой, несмотря на то, что Метель вырвалась вперед, довольно быстро догнал ее и теперь они мчались на одном уровне. Они отлично смотрелись вместе. Идеально белая кобыла и кремовый жеребец, пепельноволосая стройная девушка и с таким же оттенком волос парень, с оттенком волос так характерным для всех лесных эльфов.
Они быстро достигли леса и теперь мчались по хорошо знакомой тропинке. Ветки деревьев то и дело цеплялись за одежду и путались в волосах, но молодые люди этого не замечали. Они беззаботно летели вперед и вперед.
Перед ними появлялись и тут же оставались позади многочисленные дубы, ели, осины, остался позади и молодой березняк, и вековой дуб.
Лера любила лес. Она полной грудью вдыхала свежий воздух. Чувствовала, как прохладный ветерок нежно обдувает ее со всех сторон и треплет волосы. Ей нравилось это ощущения свободы, независимости, полета создаваемые быстрой ездой.
К концу скачки Рома ее все-таки обогнал и остановился около валуна первый, но Леру это нисколько не озадачило, а наоборот развеселило.
Она спрыгнула с лошади и, пытаясь одновременно отдышаться и неистово смеясь, облокотилась о большой камень, потом, обессиленная, села на мягкий мох.

Этот камень они с Ромой обнаружили еще во время первой прогулки, когда Лера, еще неуверенная малышка, первый раз отважилась пойти наперекор бабушке. Тот первый раз Лера запомнила на всю оставшуюся жизнь. Она все время вспоминала то переполняющее ее чувство восторга, свободы и независимости. Тогда ее жизнь в очередной раз изменилась, и она стала действительно ЖИТЬ, а не существовать по правилам княгини.
С того момента они почти каждый раз приезжали к этому валуну. Здесь, на этой поляне они с Ромой проводили уйму времени, а однажды, когда княгиня уехала на три дня, даже устроили настоящий пикник с ночевкой под звездами. Тогда, два года назад, эту идею предложил Рома, но он и не рассчитывал, что пикник затянется так долго. Вечером того же дня они разожгли костер, жарили мясо, хлеб. Лере тогда казалось, что на этом свете есть только это: жаркий костер, запах жареного мяса, мелодия ночного леса, шелест травы, этот большой, таинственный камень, скрывающий за собой загадки природы и тайна прошлого, даже надоедливые комары вызывали в ней какую-то симпатию и ностальгию, и, конечно же, сказки Ромы.
Да, в ту ночь он ей рассказывал сказки. Они всю ночь не спали. Лера очень внимательно его слушала, он рассказал про смелых воинов, которые борются с чудищами и спасают принцесс, про загадочный, живой лес, про царевну, которая никогда не смеется, про певчую птицу... А Лера никак не могла поверить, что принцесса, у которой отец король, а мать королева может не смеяться и быть грустной. Принцесса же вольна делать все что пожелает!!! Не то, что она, Лера…
Когда же запас сказок исчерпал себя, они просто лежали на расстеленных покрывалах и молчали, каждый думал о чем-то своем…

Немного отдохнув и отдышавшись, Лера поднялась на ноги, она обошла валун по кругу и нежно погладила древние письмена.
– Ром?
– Что?
– Знаешь, меня всегда привлекали эти надписи, – парень подошел ближе и тоже стал рассматривать написанное на неизвестном им языке, – иногда, мне так хочется узнать, что они обозначают, кем сделаны, для чего…
– Не волнуйся, ты все узнаешь! Я в это верю! Вот пройдет три года до твоего двадцатилетия, и ты будешь свободна, сможешь идти на все четыре стороны!
– Неужели? – девушка с недоверием смотрела на Рому.
– Ты что не знала этого? Я думал, тебя читать научили для того чтобы уму-разуму набираться, а ты видимо только романы про любовЪ и почитываешь! – он издевательски улыбнулся, но в этой улыбке не было ничего плохого.
– Не издевайся! Ты же знаешь, что вся литература подобного рода далеко и надежно спрятана княгиней! ВСЯ литература, включая, кстати, упомянутые тобой любовные романы! А что ты имел в виду, когда говорил про свободу?
– Ничего особенного, просто каждый эльф, достигший двадцатилетнего возраста, волен идти куда хочет и некто не сможет его удержать!
– И ты говоришь, что это «ничего особенного»!!! Да это замечательно!!! Наконец я смогу вырваться отсюда!
– Лер, а ты уверенна, что тебе это действительно надо?
– А ты думаешь, что мне нравится жить «на привязи» у княгини? – Лера начинала закипать и с каждой минутой чувствовала, как зарождается у нее внутри обида на Рому, на судьбу.
– Просто ты не подготовлена…
– К чему не подготовлена?
– К жизни вне этого леса! Ты даже в лесу жить не подготовлена, – он с тревогой смотрел на нее, а она все продолжала возражать ему, то и дело повышая голос.
– Так подготовь меня! Я же не виновата, что меня силой изолировали!
– Послушай! Может не стоит горячиться! Там, за пределами леса у тебя ничего нет…
– Сейчас нет, потом будет!
– Лера, послушай меня спокойно, – она упрямо уставилась на него и ждала, чего же он скажет, – княгиня не молода, она не будет жить вечно, поверь уж мне. Да и наследников у нее кроме тебя нет. Когда же она уйдет от нас в другой мир, ты станешь здесь хозяйкой, все станет твоим…
– Постой, – не выдержала Лера, начиная по-настоящему злиться, – ты хочешь сказать, что мне нужно будет смериться и молить пресвятых отцов, чтобы они поскорее забрали к себе мою бабку!!?? Или может быть мне лучше подсыпать ей яду для ускорения процесса???
– Лера, ты не так поняла меня! Я хотел сказать, что на все воля богов, что если тебе послали такое испытание, ты должна преодолеть его мужественно.
Настало молчание, Лера смотрела себе под ноги, теребила носком сапог прошлогодние листья, а на глазах наворачивались слезы, которые она с трудом могла сдерживать.
– Извини, я действительно не так тебя поняла, – она посмотрела в его зеленые глаза. – Рома, но что мне мешает уйти, а потом вернуться?
– Ни что, а кто! Неужели ты думаешь, что княгиня оставит тебе хоть грош, если ты сбежишь от нее? Она скорее подожжет здесь все в урочный час!
– Наверное не оставит… – Лера тяжело вздохнула и они опять замолчали.
На поляне, где стоял валун, росли цветы. Их аромат окутывал все вокруг, легкий ветерок теребил и так уже растрепанные волосы.
Рома легким движением руки достал из спутавшихся волос Леры надломанную веточку.
– Если бы тебя сейчас увидела княгиня, ее бы инфаркт схватил!
– Это точно! – весело рассмеялась девушка. – Хотя в этом есть свои плюсы… Не надо было бы двадцатилетия ждать!
Они опять дружно рассмеялись.
– Рома?
– Что?
– Так ты мне пообещал, что посодействуешь в моем приспособлении к другому миру? Или нет?
– Пообещал! – он настороженно посмотрел на нее, гадая, что она еще выкинет.
Она молча смотрела на чистое небо, чуть тронутое серебристыми облаками, потом вздохнула.
– Я читала про любовь…
Хотя это и не был вопрос, но она в ожидании ответа посмотрела на Рому.
К щекам юноши прилила кровь, а взгляд устремился куда-то вдаль. Потом он еле слышно прочистил горло:
– Так что ты хочешь узнать про нее?
– Не думай, что я совсем невежда в этом вопросе! – Лера наконец-то раскусила, от чего он так смутился. – Я просто хочу узнать: правда, что существует две половинки, противоположности, которые ищут друг друга и предназначены только друг другу, а настоящую любовь можно увидеть только в глазах своей истинной половинки?
Рома молчал, он долго подбирал правильные слова, думал, как правильнее выразить мысль, а потом просто произнес:
– Об этом много говорят, но точно ты узнаешь только тогда, когда влюбишься…
– А ты был влюблен?
– Нет! – ответ был дан как-то поспешно.
Они замолчали, каждый думал о чем-то своем.
Первым тишину нарушил Рома:
– Поехали уже домой, а то не успеем, и княгиня проснется раньше того, как мы прибудем.
Лера посмотрела на солнце, которое уже вовсю сияло над горизонтом, и решила, что Рома прав.
– Поехали!

Теперь они ехали не спеша, полностью наслаждаясь прогулкой.
Все тот же ветерок теребил непослушные растрепанные волосы, все тот же лес они проезжали мимо и все так же он оставался позади, только с той разницей, что на этот раз этот процесс происходил гораздо медленнее. Лошади бодро шагали по хорошо изученной тропке, а кругом заливались птицы и жужжали насекомые.
Ярко-желтая бабочка села на Лерину руку и та не стала ее прогонять. Периодически махая крышками, она что-то выискивала на светлой коже, чуть тронутой загаром.

Лера даже не заметила, как упала. Просто в глаза вдруг попал яркий солнечный луч, потом все вокруг помутнело, а через мгновение погрузилось во тьму.
Когда она очнулась, ее ярко-зеленые глаза встретились со светло-зелеными глазами друга. Вторые были очень обеспокоенными и настороженными.
С помощью Ромы она кое-как поднялась на ноги, но тут же ойкнула, и если бы не он, то точно повалилась бы снова на землю.
– Что случилось? – парень крепко держал ее обеими руками.
– Нога!
– Сильно болит? – его взгляд становился все более обеспокоенным, если это вообще было возможно.
– Не знаю, я просто не ожидала…
– Садись, – он помог ей сесть. – Где болит?
Она указала на лодыжку и он стал аккуратно ее ощупывать.
– Все нормально, перелома нет, просто сильный ушиб, в крайнем случае растяжение. Идти сможешь? Точнее ехать верхом?
– Думаю, что смогу…
Она еще раз поднялась и попыталась наступить, но опять почувствовала сильную боль.
– Да, смогу, – только звучало это не слишком убедительно.
– Нет, не сможешь!
– Но мы должны ехать в поместье! Мы и так уже отсутствуем больше положенного, княгиня вот-вот проснется, а нам еще около часа езды обратно!
– Если мы сейчас поедем, то ты только себя измучаешь, а дамского седла у нас нет!
– Так что ты предлагаешь нам остаться здесь? Даже если мы здесь два часа просидим, то ногу это не вылечит!
– А мы здесь и не будем сидеть…
– Ром, я не понимаю, куда ты клонишь?
– Все очень просто! Вместо того, что бы мучатся и ехать верхом до поместья, притом даю девяносто процентов из ста, что к моменту нашего прибытия княгиня не будет уже спать, лучше съездить к знахарке, которая живет совсем рядом. Она вылечит твою ногу, и мы спокойно вернемся домой, возможно, если поторопимся на обратном пути, то прибудем еще раньше, чем, если бы поехали прямо сейчас в поместье, – сказанное звучало довольно убедительно.
– Знахарка? А я и не знала, что здесь есть знахарка!
– Да она здесь есть, просто очень старая и немного не в себе. Ну что, поехали?
Лера утвердительно махнула головой и Рома помог ей взобраться на Метель. Они ехали не спеша и она практически не чувствовала боли, однако была уверенна, если поедут быстрее, из-за тряски нога разболится снова.
Теперь они продвигались не по знакомой тропке, а углублялись в лес.
Рома оказался прав, не прошло и десяти минут, как они уже были на месте.
Дом знахарки оказался маленьким, низеньким деревянным строением, больше походившим на сарай. Он выглядел очень ветхим, вот-вот развалиться.
Рома спешился и помог спуститься вниз Лере, потом вежливо постучал в старую прогнившую дверь. Никто не ответил. Он постучал более настойчивее, но опять ответа не последовало. Он уже хотел сообщить Лере, что ничего у них не получится, как дверь со скрипом распахнулась.
– Кого там лешие принесли! Чего надо? – низенькая сгорбленная старушка, чем-то напоминающая бабу ягу, про которую Рома рассказывал ей сказки, во все глаза смотрела на них. – А, это ты Рома! Да еще и Леру с собой привел! Ну заходите, заходите раз пришли!
– А вы меня знаете? – удивилась девушка, проходя внутрь домика.
– Конечно знаю! Каждая знахарка знает ребенка, которому помогла родиться на свет.
– В смысле?
– Родилась ты здесь, а я роды у мамки твоей принимала.
Лера была удивлена. Она всегда думала, что родилась там, на родине отца в Вильлионе – удивительном маленьком городке с красивым названием. А на самом деле местом его рождения оказалось вот это поместье Сторожитских, которое стало ее тюрьмой и которое она тайно ненавидела.
– Ну что, садись, – старушка указала на покрытую какой-то старой тканью скамейку, – и показывай свою ногу, – меж тем старушка села напротив.
Лера с недоумением присела и положила ногу на колени знахарке, как та и попросила. Откуда старушка узнала про ушиб?
Бабка критически осмотрела ее, потом, ни слова не говоря, помазала какой-то резко пахнущей смесью, при этом что-то усердно шепча.
– Все, готово, – знахарка поднялась со своего табурета и спрятала все скляночки, из которых брала ингредиенты для смеси.
– В смысле нога обезболена? – очередной раз удивилась Лера, почувствовав, что нога уже не болит.
– Нет, вылечена. Ну что, – обратилась она к Роме, – езжайте уже, а то княгиня будет сильно гневаться.
– Большое тебе спасибо, – сказал Рома и потянул Леру к выходу.
– Спасибо… – только и успела сказать девушка, которую силком вытянули во двор.
– Не за что, надеюсь, больше вам не понадоблюсь!
Готовые слететься с языка вопросы, Лера так и не успела задать.
– Чего ты меня так быстро выпроводил оттуда!!! Я так много чего хотела спросить!!!
Они уже выехали на знакомую тропинку и направлялись в сторону поместья.
– Знахарка права, если мы не поторопимся, то не успеем вовремя.
– Рома! Ты понимаешь или нет, что она знает про меня даже больше меня самой!
– Ничего удивительного, слухи быстро распространяются даже в такие отдаленные места как этот домик.
– Но как она могла узнать, что у меня с ногой что-то?
– Она знахарка, а ты прихрамывала сильно, да и увидеть могла, как ты упала… И вообще, что ты на меня налетела! Хочешь поговорить со знахаркой, так можешь потом приехать к ней в любое время, а сейчас мы очень спешим!
– Извини, я не хотела тебя обидеть. Ты, конечно, поступил правильно, – девушка на время замолчала. – Просто понимаешь, она знала мою маму, а скорее всего и отца…
– Лер, не переживай так! Кстати, мы уже приехали.
И действительно, сквозь кроны деревьев виднелись первые постройки поместья. И не прошло и трех минут как оказались около конюшни. К этому моменту они уже спешились, обмотали копыта лошадей и осторожно, стараясь издавать как можно меньше шума, направились к чуть приоткрытым воротам, за которыми располагался стойло. Они уже хотели завести лошадей, но услышали голоса, и резко попятились назад. Говорившие находились в конюшне, старой, но прочной постройке. Лера прислушалась и сразу же узнала голос графини:
– Савелий, ты не видел сегодня Валерию?
– Нет-с, не видел, княгиня. Но могу предположить, спит-с, – послышался немного грубоватый голос отца Ромы.
– Безобразие!! Уже девять часов утра, а она еще спит!! Нет, надо наконец-то взять ее воспитание в свои руки, а то вообще от рук отбилась!!!
– Мне крышка! – Лера невольно оперлась о деревянную стену. – Я точно не успею вернуться к себе.
– Все будет нормально! Доверься мне, – Рома подошел к корыту с водой для мытья лошадей и вылил целых четыре ведра на Метель и Бурого. – Давай беги в дом, а я княгиню отвлеку. Только быстро давай!
– Ром, спасибо, – она благодарно ему улыбнулась и понеслась в сторону хозяйского здания.

Лера быстро вбежала к себе, потом расторопно скинула с себя всю одежду, кое-как затолкала ее в первый попавшийся ящик и семеня босыми ногами по мягкому толстому ковру забежала в ванное помещение. И как раз вовремя. Она даже не успела забраться под теплую струю воды, как услышала стук закрывающейся двери, потом шаги и наконец голос графини:
– Валерия, вы в ванной?
– Да.
– Отлично! Когда выйдете – приведите себя в порядок должным образом. У нас гости, – и послышался стук опять закрывающейся двери, только на этот раз из нее вышли, а не вошли.
Лера с облегчение вздохнула и погрузилась в теплую воду уже наполнившую большое корыто для мытья.
Она закрыла глаза, наслаждаясь тем, что мышцы, уставшие за время скачки, наконец могут расслабиться должным образом.
Она наблюдала за водой, которая стекала в корыто из небольшого отверстия на стене.
Вообще было три вещи, на которые она могла смотреть вечно – огонь, вода и калышащийся под дуновением ветра лес. Ее всегда удивляло как под воздействием магии действует система водоснабжения во всем доме.
Лера прекрасно знала, что во всем мире используется магия, но так же знала, что при княгине о ней упоминать не стоит. Если бы не природная любовь княгини Старожитской к воде и к порядку во всем и везде, то у них бы не было и этого единственного продукта магии – легкодоступной воды, которая поднималась с огромных глубин и постоянно подогревалась слугами.
Девушка не спеша вымыла волосы, потом намылилась душистым мылом, привезенным слугами из внешнего мира и смыла все теплой водой.
Вдоволь накупавшись и на плескавшись, она наконец вышла из ванной, предварительно укутавшись в легкий ситцевый халат желтого цвета. Потом взяла гребень и стала расчесывать спутавшиеся после мытья волосы, но в глазах ее по-прежнему была задумчивость.
Она все время думала про родителей. Старая знахарка невольно навеяла воспоминания.
Оказывается, Лера родилась в этом поместье. Да и не только она, ведь мать также провела здесь детство, возможно, та же знахарка помогла родиться и ей, ее маме. Интересно, каким образом мама сбежала от княгини? Но она все-таки смогла это сделать, за что, видимо и была проклята Старожитской.
Однако, если Лера хоть что-то и знала про родословную своей матери, то про отца не знала ровным счетом ничего. Она лишь однажды задала княгине этот вопрос, но так ничего и не добилась, кроме того, что он был боевым эльфом и имел «колоссальные бандитские замашки». Конечно же, в то, что ее отец на самом деле был бандит, Лера не верила. Твердо знала, княгиня преувеличивает, ведь не могла же ее мама влюбиться в бандита!
Ах да, предполагаемой родиной ее отца бала Вильлиона.
На этом все познания исчерпывались.
Лера взяла расческу и подошла к зеркалу. Оттуда на нее смотрела обычная девушка. У нее были чересчур светлые пепельные волосы, правильная линия губ, довольно острые черты лица, большие миндалевой формы глаза – черты так характерные для лесных эльфов, однако курносый нос и ярко-зеленые глаза выдавали в ней дочь своего отца – боевого эльфа. Может быть именно из-за этого небольшого сходства с отцом княгиня зачастую презрительно смотрела на внучку?
Тяжело вздохнув, Лера заложила длинные волосы за острые ушки и пошла в гардеробную.