Гран же, напротив, был весь - любопытство и нетерпение.
- Вы позволите, мсье комиссар?
- Валяйте! - вяло махнул тот рукой.
Гран достал из кармана пиджака блокнот, в котором хранил чертежи каминов.
- Вопрос первый: Как Андрэ оказался в дымоходе?
Рональд недоуменно пожал плечами и Мастер обратил свой взгляд на хозяйку имения.
- Что вы на меня так смотрите? - проворчала мадам Дафнэ. - Уж не думаете ли,что это я запихала его туда?
- То есть вы тоже не знаете ответа на мой вопрос?
- Почему же? Знаю.
Старуха поудобней уселась в своём кресле и некоторое время молчала.
- Он начал жить с моей девочкой, когда той не было и двенадцати. Мой покойный муж Кристофер пытался с ним поговорить, и разговор этот закончился дракой. Андрэ был молод и силён, к тому же занимался в аркашонской спортивной гимназии французским боксом. В общем, он здорово навалял Кристоферу.Муж приехал домой, слёг и через неделю скончался. А ещё через три дня пропал Андрэ. Николь просто сошла с ума, искала его по всей провинции, даже в Париж рвалась. Друг нашей семьи, мсье Парвуаз почти насильно привёз её сюда.
- Стоп, - вмешался Жуан, - я помню дело о пропаже Андрэ Сабота. Но это было... э-э, тридцать три года назад. А потом он вывалился из рыцрских лат на юбилее начальника полиции Оксюморна.
- Живой? - спросил Гран.
- Помилуйте, мсье.! Кто же по доброй воле в майскую жару оденет на себя железные латы? Так вот, а через три дня, он пропадает из морга.
- Ну, - усмехнулась мадам Дафнэ, - это говорит о том, как работает наша славная полиция. Ведь вновь нашли его только вчера. Да и кто? Печник!
- Прошу меня простить мадам, - вмешался Гран. - Я не печник, я - мастер каминных дел.
- Да какая разница?
Гран гордо поднял голову и демонстративно отвернулся от старухи.
- Уважаемый мсье Гран, - обратился к нему Рональд, - не обижайтесь на матушку, она тоже переживает не лучшие времена.
Мастер ехидно улыбнулся:
- Ах, как вы меня растрогали, да по вашей матушке инквизиция плачет, к тому же она заносчива и груба.
Рональд тяжело взохнул:
- Если вы покините нас, то никто вас не осудит, но комиссар тогда притащит из Парижа целую группу олухов, которые будут шнырять повсюду, а там где тайну знают трое будут знать и все. Я даже боюсь себе представить, что сюда заявится дюжина голодных до сенсаций репортеров, - он оглянулся, и еле слышным шопотом добавил, - прошу вас, тем более уже начался сезон дождей и работы у вас нет, а я щедро отблагодарю вас.
Видно было, что Гран колебался, деньги его интересовали в последнюю очередь, ему хотелось проникнуться в тайну, раствориться в легенде....
Немного помявшись для приличия он ответил:
- Ну хорошо, только одно условие.
- Я весь во внимании, - оживился Роберт.
- Вы любезно предложите, а если надо, уговорите Жуана остаться тут до окончания расследования, за исключением тех дней когда ему будет необходимо выезжать в город для сбора информации.
Рональд поглядел на комиссара, который нервно теребил подлокотник кресла, и протянув руку мастеру, ответил:
- Будь по-вашему.
В это время часы на новой каминной полке пробили одиннадцать вечера. Мадам Дафнэ поднялась со своего кресла.
- Мне пора спать. Рональд, проводи меня. А вам, господа, отведут спальни в восточном крыле.
- Но позвольте! - встал и Гран. - У меня имеются ещё вопросы.
- Зададите их завтра. А сейчас я устала. Спокойной ночи.
Рональд сделал им знак, что скоро вернётся.
- Ничего не понимаю, - пожал полными плечами Жуан. - А вы?
- Чтобы что-то понять, мне нужно больше информации.
- О! - вскочил комиссар с кресла. - А мне нужно предупредить Колетту, что я сегодня не вернусь. Иначе она не уснёт этой ночью. Где в этом чёртовом доме телефон?
- Телефон в третьей комнате отсюда направо, - бросил через плечо Рональд, покидая гостиную.
Комиссар шел по полутемному коридору, и его не покидало ощущение, что за ним следят. В комнате, мрачно задрапированной фиолетовым бархатом, он сразу увидел телефон. Аппарат стоял на тумбочке, покрытой той же фиолетовой тканью в дальнем углу комнаты. Комиссар взял трубки и охнул. Корпус телефона был выполнен из слоновой кости, покрыт красивейшей инкрустацией.
Комиссар позвонил жене и, закончив разговор, заторопился было покинуть зловещую комнату. Но тут в дверь впорхнула Жоржетта, бледная и испуганная.
- Месье комиссар, будьте осторожны! Никому не верьте в этом доме, - прошептала она дрожащим голоском. - Осторожнее с Рональдом, а особенно с мадам Дафнэ. Никому про меня не говорите!
И она исчезла так же стремительно, как и появилась.
Комиссар покачал головой и поторопился вернуться в гостиную. Он уже взялся за ручку двери, как услышал слабый вскрик, небольшой шум и все затихло. Комиссар прислушался, но вокруг царила тишина. Мысль о том, что надо бы сходить и посмотреть что произошло, неприятно терзала его. Надо идти, надо, а то слишком много странного происходит в этом доме. Как бы чего не случилось еще. Но идти одному не хотелось. Комиссар вошел в гостиную.
- Месье, - обратился он к Грану, - у меня есть предложение прогуляться по коридору.
Гран удивленно посмотрел на комиссара.
- Да, но Рональд обещал вернуться и что-то нам рассказать.
- Боюсь, Гран, как бы нам не заполучить ещё один труп.
И Жуан рассказал Мастеру о крике.
Оба поспешили в коридор.
- Кажется, кричали вон там, - комиссар ткнул пальцем в западное крыло коридора.
В том конце была всего одна дверь. И она начала медленно открываться, едва сыщики приблизились. В последний момент Гран успел затолкать толстяка-комиссара в глубокую нишу и спрятаться сам.
Из комнаты вышел маленький щуплый азиат, воровато огляделся и неслышно ступая двинулся к лестнице.
- Я его знаю, - шепнул Гран в заросшее волосами ухо. - Это китаец Ченг, местный повар.
Они вошли в комнату. Единственное, от пола до потолка французское окно было занавешено тяжёлой коричневой портьерой. Напротив входа великолепный камин, на полке которого горела одинокая свеча.
- Оляля! - восхищённо воскликнул Гран. - Узнаю работу мастера Вайсбуха из Галиции. Сей гений творил по всей Европе перед первой мировой. Посмотрите, какая работа! Настоящий мрамор!
Но полицейского не интересовал камин. Его взор был устремлён вниз.
- Сдаётся мне, наш маленький желтокожий повар обронил здесь свой ботинок.
Он с торжествующим видом поднял башмак, как минимум сорок третьего размера.
Гран с трудом оторвал взор от созерцания произведения искусства.
- Ах этот! Боюсь, нашему маленькому другу он слишком велик. А вот ещё один!
Из дымохода торчал точно такой же ботинок. Жуан потянул его и на решётку с грохотом рухнуло тело. Несмотря на перемазанное сажей лицо они узнали Рональда. Его горло было перерезано от уха до уха.
- Тьфу ты, - сплюнул Гран, - да что же это такое, у них других мест нету в замке что ли, отчего уродовать такую роскошь трупами?
Жуан был в ступоре. Ещё совсем свежая кровь стекала с изуродованного лица хозяина дома. В глазах помутнело, к горлу подкатил тошнотворный ком. В самые ближайщие секунды отважный комиссар знакомился с китайской вазой, которой по меньшей мере лет двести.
- Ну вы даете, представляю гнев мадам Дафнэ, ежели она застала бы вас за этим неприглядным делом.
Комиссар лишь дивился мужеству мастера.
- Вам бы к нам в жандормерию идти работать, - он вытер рукавом лицо.
- Да суетно у вас там, - Гран оттащил тело подальше от камина заботясь о том, чтобы кровь не попала на чудный мрамор.
В трубе завыл ветер, бледный комиссар облокотился о подоконник и случайно сорвал портьеру.
- Ну что же за напасть такая, вы дорогой мой, грозитесь разнести тут все в щепки.. - мастер печных дел вдруг замер на месте.
- Что? - Жуан боялся повернуть голову назад.
За портьерой, прислонившись к откосу окна, стоял Андрэ - покойник с многолетним стажем. Его серое лицо было оскалено в зловещей ухмылке, в правой руке огромный кухонный нож, с лезвия которого стекали капли крови.
- Берегитесь! - крикнул Гран.
Толстяк-полицейский не придумал ничего лучше, как всей своей 130-килограммовой тушей рухнуть на пол. И вовремя. Кухонный нож со свистом описал дугу, как раз в том месте, где секунду назад находилась шея Жуана. А Андрэ узрев лежавшего на полу комиссара уже занёс руку для следующего удара.
Гран схватил вазу, украшавшую, может быть спальню самой Цы Си, и швырнул монстру в голову. Раритет с содержимым комиссарова желудка угодив в лоб разлетелся на мелкие осколки. От удара Андрэ отбросило назад и он, выбив стекло вывалился со второго этажа.
Когда Гран подскочил к окну, на гравийной дорожке никого не было.
- Вот чёрт! - выругался он. - И вазу разбили, и труп опять упустили!
Мадам Дафнэ не спала. Она стояла у окна и отодвинув тяжелую портьеру смотрела на залитый лунным светом двор. Мадам увидела, как труп Андре вывалился из окна западного крыла, и поморщилась.
- Неудачник, - прошипела она. - Даже трупом остался такой же никчемный, как и при жизни.
Старуха зажгла свечу и подошла к старинному секретеру. Достав из потайного ящичка толстый фолиант, мадам углубилась в чтение. Раздался стук в дверь.
- Это я, Рональд, - послышался шепот.
Мадам Дафнэ открыла дверь, в комнату быстро проскользнул ее сын.
- Как все прошло?
- Отлично, мама, - улыбнулся Рональд. - Они отвлеклись на Андрэ, а я незаметно ускользнул.
- Отлично! - фыркнула старуха. - Комиссар и печник остались живы, а это совсем не отлично.
- Ты же знаешь, - нахмурился мужчина, - что я против этой твоей идеи. Ну попугать их, заморочить голову, чтобы в комиссариате на них смотрели как на идиотов - это да. Но убивать...
Мадам передернула плечами.
- Одним трупом больше, одним меньше.
Рональд вздохнул.
- Давай без трупов, мам.
Старуха ничего не ответила.
- Иначе мне придется им все рассказать.
- Как ты можешь!!! - взорвалась мадам.
- Могу.
Глядя в серьезное лицо сына, старуха поняла , что он не шутит. Пришлось ей пообещать, что убийств больше не будет.
Рональд удовлетворенно кивнул.
- Тогда я с чистой совестью иду в убежище.
Он открыл шкаф и скрылся в его недрах.

- Гран, давайте вы, - предложил комиссар. - Всё таки на несколько киллограммов полегче.
- На несколько десятков вы хотели сказать? - съязвил мастер, однако поднимаясь в тесноте склепа.
В щель даже не пролазил палец. Жуан дёргал его за штанину.
- Держите, Гран!
- Что это?
В темноте склепа мастер не разобрал, что за предмет суёт ему полицейский.
- Ваша трубка, - вздохнул тот. - ВЫ обронили. Кажется, у неё мундштук окантован медью. Может быть получится расширить эту чёртову щель?
Граном овладела истерика. Не думал он, что будет так хохотать перед угрозой смерти.
- Расширить щель, ха-ха-ха! Уж скорее, комиссар, вы похудеете до нужных вам размеров.
Он в изнеможнии опустился на каменный пол.
- Как говорят русские, приехали!
- А вы, что, общались с русскими?
- Конечно! С Анной Карениной, графом Вронским.
- Боюсь здесь они нам не помогут, - вздохнул Жуан, чувствуя, как не получавший уже полчаса пищи желудок начинает сводить от голода.
В этот момент стена с грохотом отъехала в сторону, в глаза ударил свет лампы.
- Мадам Дафнэ! - ахнули оба.
- Бросим розыгрыши, - отмахнулась старуха. - Анна Владимировна Карнович, бывшая фрейлина Её Императорского Величества.
- Гран, давайте вы, - предложил комиссар. - Всё таки на несколько киллограммов полегче.
- На несколько десятков вы хотели сказать? - съязвил мастер, однако поднимаясь в тесноте склепа.
В щель даже не пролазил палец. Жуан дёргал его за штанину.
- Держите, Гран!
- Что это?
В темноте склепа мастер не разобрал, что за предмет суёт ему полицейский.
- Ваша трубка, - вздохнул тот. - ВЫ обронили. Кажется, у неё мундштук окантован медью. Может быть получится расширить эту чёртову щель?
Граном овладела истерика. Не думал он, что будет так хохотать перед угрозой смерти.
- Расширить щель, ха-ха-ха! Уж скорее, комиссар, вы похудеете до нужных вам размеров.
Он в изнеможнии опустился на каменный пол.
- Как говорят русские, приехали!
- А вы, что, общались с русскими?
- Конечно! С Анной Карениной, графом Вронским.
- Боюсь здесь они нам не помогут, - вздохнул Жуан, чувствуя, как не получавший уже полчаса пищи желудок начинает сводить от голода.
В этот момент стена с грохотом отъехала в сторону, в глаза ударил свет лампы.
- Мадам Дафнэ! - ахнули оба.
- Бросим розыгрыши, - отмахнулась старуха. - Анна Владимировна Карнович, бывшая фрейлина Её Императорского Величества.
И приведите себя в порядок! поглядите на кого вы похожи.
Жуан стряхнул пятернёй пыль, осевшую на рубашке, ощупал полы пиджака.
- Бедная Элен... - прошептал он.
- Сударь! вы заставляете меня нервничать. Я - Анна Владимировна Ка...
- Мадам Карнович, тысяча извинений. Костюм перешёл ко мне, - он на секунду замялся - …по наследству, мадам; это выходная «тройка» первого мужа моей супруги. Я превратил его в лохмотья! Память о своём муже... Она не переживёт!
- Фи-и-и-и-и! - мои егеря выглядели намного опрятней после охоты на кабанов. Освежевать секача - это вам не час-другой провести: в мужской беседе - «тэт а тэт». О-о-о-! я бы многое отдала, чтобы хоть краем уха...
В гостиную вошёл Ченг, со свёртком в руках:
- Давая-раздевая, и новый одевая, - он бросил на канапе, два белых балахона.
«…ни тел, ни даже костей …есть один способ разгадать эту тайну…» - в сознании Жуана, эхом отдавалось зловещее напутствие маньяка… дикий блеск расширенных зрачков. Морфинист!
- Чиним-лудим, - затянул глубоким контральто Ченг и расстелив исполосованный в клочья пиджак, притащил пылесос.
Жуан содрогнулся. Перед глазами поплыли ярко-красные круги, бордовые, синие… убеждения закоренелого атеиста дали изрядную течь:
- Чистилище! – хрипло шепнули обескровленные губы. Жуан ухватился за подтяжки, одеревенелыми пальцами. Гран покорно примерял изжёванный балахон:
- Третий! ...Третий взрослый у меня. Баня, а размеры под дистрофиков, - он накинул капюшон. Парная работает? Мыло, почтеннейший, - смерив Чена уничтожающим взглядом, - только, земляничное-экстра! - первый сорт, не предлагать... Педикюрный кабинет ещё открыт?
Да пошевеливайся, ты!
Клястофобия - приказала долго жить...

--------------------------------------------------------------------------------
Мадам Карнович, она же Дафнэ критически оглядела пленников. На Жуане балахон трещал по швам, гнилое сукно не выдерживало размеров Гаргантюа. Зато печник отличался самым зловещим видом.. Нервное лицо, плотно сжатые губы, горящие из-под капюшона глаза.
- Мадам, к чему этот маскарад?
- Скоро узнаете, - ответила старуха и приложила музыкальный палец к тонким губам.
- Любезный! - прошептал комиссар в сторону китайца. - А там супчика не осталось?
- Молодая обезьяна обиесняет уцёному музу симысл бозественной гармонии.
- Что вы там лопочете?
- Приёма такая в кунфу. Холосо помогает от голода.
Ченг очень убедительно изобразил обезьяну. Лишь только полицейский захотел расплыться в вежливой улыбке, как пятка повара вроде бы слегка коснулась его необьятного живота. Метаморфоза произошла в организме Жуана, и на место клястофобии пришла анорексия.
Из-за стены донеслись божественные звуки "Болеро" Равеля. Неожиданно Гран взмахнул руками и медленно, в ритме болеро, пошел по кругу. Все замерли. Гран танцевал. И как танцевал.
- Я даже не подозревал о его таланте, - прошептал совершенно очумевший Жуан.
Неожиданно Гран начал крутить фуэте.
- Раз, два, три, - начали хором считать Рональд, мадам Дафнэ, Ченг и Жуан.
После 32 фуэте, бравурным аккордом завершилось "Болеро". Гран застыл в красивой позе.
- Браво! Бис! - все неистово зааплодировали. Каминных дел мастер отвесил изящнейший поклон и легким, невероятно быстрым прыжком выскочил из склепа.
Обалдевшие зрители услышали топот бысто убегающего Грана.
- Черт побери! - выругалась мадам Карнович-Дафнэ и добавила грязное площадное ругательство.
Бросил меня! - возмутился Жуан. - Я хоть и не граф Вронский, и не эта, как её... О святые угодники, у этих русских фамилии, сам чёрт не разберётся!
Бывшая фрейлина и повар повернулись к нему.
- Придётся вам отдуваться за двоих, комиссар! - зловеще прошипела старуха.
А Ченг нехорошо улыбаясь достал из-за брючного ремня большой нож.
- Святой Франциск и чаша Грааля!
Жуан поднял потное от страха лицо к каменному своду. О Боже, его услышали! В потолке он увидел отверстие, откуда вниз спускалась верёвочная лестница. И в это время погас свет.
Запрягайтэ хлопци конэй! - послышался хриплый басок и чей-то сапог угодил Жуану в солнечное сплетение.
- Мэрдэ!! - Жуан вскрикнул и переломился в поясе. - Гра-аа-а-н, наших бьют!
Слабый накал прожекторов становился всё сильнее, всё ярче. С каменного свода осторожно спускался мужик в бараньем зипуне. Красные шаровары топорщились над "кирзяками", изрядно смазанных дёгтем; на лбу, воинственно топорщился оседлец.
- В полон його!! трясця його в печінку!
К лестнице подскочил Ченг, пытаясь ухватится за расшитые бисером ножны. .
- Що цэ за хлопэць!? зараз його по кумполу.. – в голосе послышалось явное разочарование: - Хлипкий паскуда, а крутыться, як вьюн. Ни-и, - крикнул он подняв голову к своду над головой, - пробачай Тарас, цэ нэ турок!
Жуан замахал руками, пытаясь привлечь внимание. Он спешил: "бон тон" - принуждал (ровно в шесть) к ритуальному чаепитию: "с блюдечка", рафинад вприкуску.
- Мусье!.. - потные щёки перфекта провисли как у голодного бульдога, - жэ нэ манж па сис жур. Гибен зи мир битте...
- Тара-а-ас, трясця тоби…! - "красные шаровары" полезли наверх. - Цэ "Гусарська баллада", а нас у в "Басурьманском гамбите" шукають...
Комиссар подпрыгнул и, о чудо, ему удалось ухватиться за кирзовые сапоги!
- Гэй, хлопчик, а ну пусти! - донеслось сверху. - Дюже тяжёлый! Ты шо, сала поив?
Жуан держался крепко. Внизу прыгал повар, тщетно пытаясь достать полицейского ножом. Мадам Карнович что-то злобно шипела на своём варварском языке. Но стопятидесятикилограммовое тело комиссара неуклонно поднималось вверх, влекомое невидимым престидижитатором.
Свистопляска видений споткнулась, замерла... Жуан вскочил, в ужасе озираясь по сторонам.
Каменный мешок хранил молчание, прерываемое храпом печника. Гран подложил ладошки под голову и перекрыл колени фалдой пиджака перфекта.
Сон!?..
Комиссар мог поклясться, что всё это происходит с ним наяву... странно: ни болеро, ни банных халатов.
Но... На расстоянии вытянутой руки, качалась верёвочная лестница, уходя в темноту, наверх, под каменное перекрытие склепа.
- Непростым кофе угощал нас Рональд, - подумал Жуан.
Болела голова, во рту был странный привкус. Комиссар поднял голову и попытался рассмотреть, куда уходила веревочная лестница. Но темнота хранила тайну. Жуан принялся будить Грана. Тот долго не хотел просыпаться. Наконец его удалось растолкать и привести в чувство.
- Вот наше спасение, - сказал комиссар, показывая на лестницу. - Полезайте, мастер, а я за вами.
С мастера слетели последние остатки сна. Он схватился за веревки и быстро исчез в темноте.
- Комиссар! - донесся до Жуана его голос. - Тут какой-то лаз в стене. Широкий. Давайте догоняйте меня!
Толстяк горестно вздохнул и, пыхтя и ворча, начал медленно подниматься вверх. Но не успел он подняться и на пять "ступенек", как хлипкая лесенка не выдержала и оборвалась. Жуан оказался на полу под ворохом уже бесполезных веревок.
- Комиссар, да где же вы? - гулко прозвучал голос сверху.
Жуан потер свою пятую точку, и прохныкал как ребенок:
- Эта лестница приняла только вас, на меня ее сил уже не хватило.
Гран тихо выругался.
- Сейчас что-нибудь придумаю, тут куча барахла валяется, - раздался грохот, потом резкое "ой", опять короткое высказывание в сторону мамы того кто разбросал железяки под ногами... Спустя пару минут пыхтя как шахтер, Гран скинул бедолаге толстый канат.
Комиссар уставился на извивающуюся веревку:
- Вы серьезно предлагаете мне карабкаться наверх?
- А что вы хотите чтобы я спустился и подтолкнул вас? - теряя всяческое терпение возмутился мастер.
Тяжело вздохнув и плюнув на ладони, Жуан пыхтя начал взбираться наверх.
На середине каната силы оставили комиссара и он медленно пополз вниз...
Но Гран не зря в юности занимался скалолазанием. Кряхтя и проклиная про себя толстяка-полицейского он вцепился в канат мускулистыми руками и вытянул Жуана наверх. Оба в изнеможении улеглись на каменный пол.
- Гран... дружище, вы спасли мне жизнь. С меня бутылка кальвадоса.
- И хорошая порция испанских устриц, - добавил мастер.
- Согласен.
Гран поднялся и осмотрелся. Лаз уходил во тьму.
- Вставайте, комиссар. Нам надо идти.
Держась руками за стену они двинулись вглубь, но через каких-нибудь двадцать метров упёрлись в стену.
- Тупик!
В голосе полицейского прозвучал надрыв.
- Спокойно! Здесь ответвление.
Лаз уходил вправо. И там, во тьме светились жутким зелёным светом два зверских глаза. И тут же раздался протяжный душераздирающий вой.
- Это наверняка Андрэ, - пятясь назад прошептал Гран. - Медленно отходим, я когда искал вам веревку наткнулся на кучу железяк.
- Закидаем эту тварь чем под руку попадется, - воинственно ответил комиссар.

Петушинное песнопение разносилось по округе. Прозрачный туман дымкой стелился над травой задевая макушки просыпающихся цветов.
Комиссар лёжа на спине вдохнул полной грудью утренний воздух.
- Дружище, вам не кажется что мы выбрались из проклятущего замка? - он кокетливо перевернулся на бок и радостно уставился на мастера.

--------------------------------------------------------------------------------
Перепачканный мастер огляделся вокруг:
- Тише, петухи - это еще не повод для радости. Враги не дремлют или не дремлят. Не забывайте мой дорогой комиссар, что Графиня может послать за нами в погоню своего бешенного Андрэ, - Гран прищурился, и как-то по-девичьи чихнул.
- Будьте здоровы, - прошелестел где-то рядом незнакомый голос.
- Ааааааааааа, - в голос закричал Жуан и схватил валявшуюся у ног корягу.
Охотничий домик странного старичка стоял на опушке леса, в окружении старых дубов.
- Послушайте, Гран, а старичок много знает, - шепнул Жуан на ухо мастеру, когда они подошли к дому.
- К тому же он - русский!
- С чего вы взяли? Произношение у него самое что ни на есть парижское.
- Только русский в такой ситуации предложит не вина, а чаю.
Комиссар с уважением посмотрел на Грана.
Незнакомец повернулся к измученным мужчинам.
- Я Эван, прошу, - дверь со скрипом отворилась на пороге улыбаясь, стояла... Жоржетта.
- Бежим, - буксуя на месте комиссар схватил мастера за запястье и изо всех сил потянул в чащу леса.
- Стойте! - запричитала служанка. - Папа, ну надо было их хоть как-то подготовить, они столько пережили за эту ночь.
Гран уперся пятками в землю пытаясь притормозить рывок Жуана.
- Да мы так быстро пришли, что... - пытался оправдаться отец Жоржетты крутясь около перепуганного комиссара.
- Месье Жуан, если вы войдете в дом, то я клянусь, вы обо всем узнаете, - пыталась она образумить блюстителя порядка.
- Ага, а потом луковый суп, трюфеля и опять в склеп? Ну уж нет, ищите дураков!
В стороне старого замка раздался пронзительный вой, где-то неподалеку хрустнула ветка. Вся прыть комиссара быстро улетучилась, и не смотря на восходящее солнце, ужас прокрался во все уголки тела больно кольнув в районе пяток. Махнув рукой Жуан уже тащил своего друга в деревянную избушку старика и его дочери.
Жуан и Гран пили чай с мятой, Жоржетта, поджав ноги, сидела на старенькой кровати, а старичок устроился на лавке у окна.
- Как вы оказались в замке мадам Дафнэ? - спросил старик.
- Началось с того, что меня попросили сделать там камин, - начал мастер.
- И вы согласились? - перебил его Эван.
- Ну да, а что тут такого? - удивился месье Гран. - Я частенько делаю камины в богатых домах.
- Неужели вас не насторожило имя мадам?
- Нет. Ну, подумаешь, что "Дафнэ" означает волчья ягода... Ведь есть фамилии и похлеще!
- Я не об этом, - махнул рукой Эван. - Неужели вы никогда не читали историю этого рода?
Гран вздохнул:
- Очень люблю читать, но, увы, эту историю никогда не встречал в твердом переплете.
- А я, - встрял Жуан, - больше криминалистикой увлекался, иногда, детективами.
- Папа! - Жоржетта с укором посмотрела на отца. - Ну как господа могут об этом знать, ежели самих книг вышло сто, и все экземпляры разошлись по своим?
- Кхе, кхе... Как это я не подумал об этом? Хотя, в нашей округе все знают эту историю, - взмахнул он руками.
Гран заерзал на месте:
- Уважаемые папа с дочкой, уважьте нас несчастных... ну расскажите уже в чем скрыто проклятие этого чертого рода, и, что нам теперь со всем этим делать? - мастер недобро посмотрел на старика.
Девушка слегка покраснела. Ее отец бросил взгляд на стену. Там расположилась картина некой особы в весьма откровенном виде. Закашлялся. Щеки Жоржетты приобрели пунцовый цвет.
- Может еще чая? - спросила она.
Жуан нахмурился. Гран кашлянул. Старик вздохнул и начал рассказывать.
- Род Дафнэ был проклят с той поры, как Антуан Дафнэ познал все тайны своего деда англичанина Лизенби, а также приумножил свои знания изучением чернокнижия. Ему всегда во всем везло: все виноградники выбивало градом, а его - нет, все стада дохли от каких-то болезней, а его нет, его крестьяне не болели, не восставали и работали как проклятые. Его побаивались, недолюбливали, хотя плохого он никому открыто не делал, но подозравали, что падеж скота, град и прочее - его рук дело. Но все шло более-менее своим чередом, пока в соседнем замке у маркиза де Брюне не появилась молодая жена Нинсента.
Старик кивнул на портрет.
- Друг Жоржетты Клод - художник, по старым гравюрам нарисовал этот портрет. А потом сошел с ума и сейчас коротает дни в больнице для умалишенных.
- Что же вы не спрячете этот портрет? - удивился Гран.
- Мадам Дафнэ как-то увидела этот портрет и пообещала платить каждый месяц круглые суммы, чтобы он висел именно тут, - смущаясь ответила Жоржетта.
-Странно, - пробормотал комиссар, а месье Гран подошел к портрету и стал его пристально разглядывать.
-------
Мадам Дафнэ сидела в кресле, прикрыв глаза. Рональд молча лежал на кушетке, он знал, что нельзя мешать матери, когда она творит заклинания, например как сейчас, заклинание "Глаза Нинсенты". Мадам улыбнулась.
- Я нашла их, - сказала она.

За окном моросил противный мелкий дождь. Комиссар Жуан и месье Гран сидели в креслах, смотрели на мокрые серые улицы Парижа, пили паршивый кофе из пластиковых стаканчиков, а перед глазами у них стояли песчаное побережье, тропический лес, голубая лагуна...

КОНЕЦ.

Фух! Всё!