- ДЖингл-белл, Джингл-белл, ла-ла-ла-ла-ла... Да хватит уже радоваться такой ерунде! Кыш, прочь! Прочь из моей головы! - бурчала женщина, поскальзываясь на снегу. Неуклюжая и злая, она расталкивала прохожих, чтобы глянуть, какой автобус прибыл на остановку.

На остановках в это время и вправду было не протолкнуться. Рождество, праздник, веселье, подарки, волокита и суета. Игривые снежинки догоняли прохожих, автомобили, ложились на крыши домов. Но женщина лишь съежилась от холода. Правда, светило солнце, но на улице было холодно. Лучи не грели землю, а лишь отражались от белого снега, слепя людей.

Тут зазвонил мобильник.

- Да!.. - раздраженно буркнула она.
- Ирен, дорогая! Как твои дела? - ответила женщина на том конце провода.
- Ужасно, ужасно! Все ужасно.
Ирен явно проклинала всё на свете, но только ради чего? И почему...
- Да брось ты, дорогая. Вон, снежок на дворе, солнышко, рождество не за горами. Радоваться надо каждому моменту, а ты всё бурчишь.
- Потому что в отличие от меня у тебя все хорошо. И муж есть, и сын! А я что? Так, карга старая. - продолжала бухтеть Ирен так, что её красное от холода лицо было похоже на хмурый помидор.
- Нет, это не из-за твоей внешности, дорогая, не из-за возраста. Мир любить надо! Мир, он такой, вокруг тебя, понимаешь? А ты и себя не любишь. Вот сколько я тебя приглашала отметить праздник, день рождения сына. Ты ведь даже не знаешь, как его зовут.
- Что за глупости! Я знаю... М-майк?..
Тут Ирен почувствовала что-то дрожащее у её ног. Она глянула вниз. К её сапогам прижался маленький серый комочек с острой мордочкой и обвисшими ушками. Щенок преданно глядел в глаза ворчливой женщины, подёргивая хвостиком, готовый встрепенуться, если бы Ирен отреагировала. Но вместо этого она спихнула собачонку в сторону и отошла за ограждение.
- Дорогая! - всё не унималась подруга снова и снова так называть Ирен, - тебе сбросить бы эту маску отторжения мира, и все будет. Но не забывай. Сейчас канун рождества. Смотри уж, как бы Рождественский Дух не наказал тебя.
Щенок пролез под ограждением и затявкал на женщину.
Ирен скорчила лицо, словно съела лимон и продолжила:
- Я тебе не ворчливый скряга из той самой сказки, которому жалко и центом поделиться.
- А какая разница? Он - такой же, как и ты. Этот скряга совершенно так же не любил никого и ничего.
- Да ну тебя, "родная"!.. Давай потом поболтаем. Мой автобус подходит. - рявкнула Ирен и захлопнула крышку своей "раскладушки", мобильного телефона.
"Покарает Дух Рождества, ага, очень смешно... Ха-ха три раза. Чудес, волшебства и прочей ерунды не существует. Тридцать пять лет уже как не существует!"
Она думала, что вновь проведет очередное рождество в компании бумаг и кофе без сахара, Свет монитора вместо гирлянд и гордое одиночество.
"любить мир вокруг себя? Да как же можно любить вот этого парня в наушниках?! Или вот эту старуху? Или..." - Ирен заметила тот самый комок шерсти, бегущий и тявкающий, который встретил её на остановке. Щенок бежал по тротуару, спотыкаясь, прыгая и лая в сторону автобуса.
- С ума сошел что ли? - она отвернулась от окна и пересела на другое место.

"Любить мир вокруг себя?.."

Еще пара остановок, ворчание под нос, и ненависть к окружающим и Ирен стояла напротив двери своего подъезда. Щенок нигде не появлялся. В её двери торчала маленькая открытка с надписью. Ирен открыла дверь, игнорируя рождественскую записку, и ввалилась в коридор.
- О-ох, какой тяжкий труд, как я устала… Сколько приключений на мою бедную голову! Я же бухгалтер, мне требуется отдых… И дома пусто. Был бы у меня муж, он бы и покушать сварил, и мы бы сейчас кофе пили бы, болтали… Э-эх…

День тянулся к вечеру. Ирен сидела у телевизора, пила чай, и думала о том, как ей плохо живется. Вспомнив совет подруги «думать о плохом – означает тихий час для головы», она прилегла на диван, оставив телевизор включенным. Минута за минутой и сон окутал Ирен.

«Фиолетовый туннель, звезды на полу, множество дверей вдоль туннеля. Что же это за место такое? – спрашивала себя Ирен, ступая по тёплому приятному полу босыми ногами. Странное чувство грело душу, было хорошо и приятно, легко. «Что за дивный сон?»

Ирен не хотела смотреть за двери, она шла вперед. К манящему огоньку в конце туннеля. И чем ближе она подходила, тем становилось холоднее и неприятнее. Еще шаг и появились снежинки. Еще один – туннель расширился, трансформируясь во что-то очень знакомое. Она очутилась на улице.
- Хорошо тебе, свежо, старая ворчунья? – игриво спросил незнакомый голос позади Ирен.
- Что? Кто? – начала оглядываться женщина.
Внезапно забушевал ветер со снегом, мрак окутал пространство. Все беспорядочно закрутилось, пугая Ирен и унося ее неизвестно куда.
- Ворчунья! Стало быть, жалеть себя проще всего? – громогласно возразило что-то. – Ничто не дается человеку просто так.
- Что ты такое? – испуганно спросила Ирен, оглядываясь.
Внезапно пустота завертелась и приняла абстрактное пространство, закрутилась в одной точке, из которой взрывом вылетело существо с огромными неведомыми крыльями, птичьей головой с десятью глазами, телом, похожим на медузу, и тысячью хвостами.
- Я – тот, в кого ты веришь, но отрицаешь свою веру. Я тот, кого ты очень боишься. Я правда не могу понять, почему.
- Ты смерть? – с опаской поинтересовалась Ирен.
Абстрактное нечто засмеялось и приняло облик белого оленёнка с маленькими рожками.
- Я – Дух Рождества! А теперь давай по порядку.
Ирен ухмыльнулась.
«Забавный сон» - подумала она, и внезапно её мысли пронеслись по пространству, словно ветер, слышные и ей и духу.
- Сон? Дух лукаво посмотрел на неё, взял разгон и «врезавшись» в женщину, унёс её далеко в небо, затем камнем полетел в сторону города.
- Итак! Пункт первый. Для начала скажу тебе, что я не один такой, как принято у вас, людей. Нас много, и для каждого человека есть свой «рождественский дух». Так вот… Я тебе ничего говорить не буду, а просто поступлю так, как поступила со мной ты. Ха… Полюби себя… И ты будешь спасена.
И резким хлопком все прекратилось. Головокружительные «пейзажи», неясные звуки и пугающие образы. Ирен очутилась на улице.

«Брр… Как холодно… Что произошло?» - спросила себя Ирен. Она подняла взгляд к небу. Шёл снег. Прохожие торопились по своим делам, где-то звучала мелодия «Jingle Bells», светило солнце. Но что-то во всем этом было не так. Все было таким странным, загадочным, в какой-то мере… Большим.
Вдруг Ирен услышала звук входящего звонка. Такой знакомый.
«Так это же мне звонят!» - она ринулась в сторону звука и внезапно увидела… себя. Себя, злую и помятую собственной ненавистью к самой себе и миру, что-то бурчащей в трубку. Ирен подбежала к самой себе и хотела было сказать, что хватит ненавидеть, но вместо слов вырвалось лишь звонкое «тяф!»… Удивившись самой себе, она помотала головой. Оглянувшись в сторону супермаркета с отражающимися стеклами, она увидела себя… Ирен смотрела на себя маленькими щенячьими глазками. Серая шерсть встала дыбом от холода, ушки повисли. Она вновь ринулась к самой себе, пытаясь «докричаться» до Ирен, которая бухтела в трубку мобильного телефона.
Но Ирен-ворчунья лишь отпихнула сапогом маленький комок шерсти и зашла за ограждение.
- Нет! Так не бывает! Эй, ты, Я! То есть, я-ты! Хватит меня игнорировать! – кричала по-собачьи Ирен.
Внезапно Ирен-ворчунья двинулась к автобусу и уехала.
- Нет… Я не хочу быть щенком… Не хочу! Ирен! Я! Услышь же меня! Дурында, ведь если ты меня не услышишь, ты пропадешь!
Ирен-щенок ринулась в сторону уезжающего автобуса, тявкая и спотыкаясь. «Какая же я дурная! Какая же дурная! Нет, хватит… Я не права… Не права! Я хочу любить мир! Хочу!»
Щенок бежал, изо всех сил бежал, но в конце концов ей не удалось догнать автобус.
Ирен села посреди тротуара. Хотелось заплакать, вернуть тот день, когда все можно было исправить и зажить хорошо. Если и не хорошо, то счастливо.
Она побрела в сторону своего дома, склонив голову к земле.
«Как ужасно, когда человек ненавидит самого себя… Это так ужасно…»
Ирен шла и думала о том, что обречена на вечные скитания по улицам города. Яркими картинками вспыхивали воспоминания, когда она грубила друзьям, отказывалась от встреч и приглашений, как смотрела на себя в зеркало и говорила самой себе «ты уродина!». Все эти ужасы, которые она сама создала, тянулись за ней, преследуя.
Сумерки окутали улицы. Стало еще холоднее, снег не прекращал идти. Ирен добрела до своего дома, прижалась к двери, свернувшись клубком.
«Какая же я дура…»
- Отвергая себя и окружающий мир, ты погибнешь… - шепнул Рождественский дух.
Сердце Ирен-щенка стучало все медленнее, прекращая стук с каждым разом.
«Это… конец»

- Нет! Нет, нет! – завопила женщина, пробудившись после кошмара. – Нет, нельзя этого допустить!
Она ринулась к двери, дрожащими руками схватив ключи, роняя их, открыла, и выскочила в подъезд, в халате и тапках спустившись вниз. У входа стоял мужчина, который удивленно посмотрел на испуганную женщину.
- Простите?.. Вы за этим чудом? – улыбнулся мужчина и протянул нечто, что заставило Ирен заплакать.
- Да… Это… Моё… - Она подавила слезы, прижимая щенка к груди. Вот он шанс, вот он, подарок судьбы. Нельзя упускать его, нельзя ненавидеть себя…

Затем Ирен улыбнулась и спросила:
«Не хотите чаю?»