| shellenberg | Дата: Понедельник, 25.07.2011, 12:35 | Сообщение # 1 |
 Посвященный
Группа: Проверенные
Сообщений: 107
Статус: Не в сети
| -Садись, Тимофеев! «Два»!- произнесла с разочарованием учительница – преподаватель по математике и классный руководитель, поправляя на переносице большие роговые очки.- Очень жаль, конечно, но я не смогу тебе сегодня поставить другую оценку. Иди на место.
Женька шмыгнул носом, положил кусочек влажного мела на полочку у школьной доски и, понуро сгорбив плечи, поплелся к своей парте. Его кучерявая шевелюра на затылке была испачкана белыми меловыми разводами.
-Женя! Постой!- окликнула его Тамара Алексеевна, улыбаясь увиденному и протягивая ему дневник.- Вот захвати. Я там внизу написала родителям свои замечания. Пусть прочтут.
Учительница слегка приподнялась со стула, дотягиваясь до Тимофеева левой рукой. Тот с неохотой обернулся и, не глядя на нее, протянул руку за дневником, но не рассчитал, и дневник выпал из рук Тамары Алексеевны на пол. Класс как-то недружно захихикал.
-Прекратить смех,- нарочито строго произнесла учительница, усаживаясь на стул, - Подними дневник,- обратилась она к Жене.
Раздался школьный звонок.
-Так, четвертый «А»!- Тамара Алексеевна постучала ладонью по столу,- Всем до свидания! В понедельник контрольная работа!
Она встала, собрала тетради и классный журнал со стола и вышла из класса.
Класс сразу оживился. Мальчишки шумно заговорили о походе в кино на выходные, перекидываясь деланно серьезными фразами и щелкая замками портфелей. Девчонки щебетали, сразу разделившись на две группы, о своих насущных делах.
Женька сидел на первой парте и безучастно смотрел в окно, скрестив руки на груди и тяжело вздыхая. Перед его взором с высоты второго этажа простирался широкий школьный двор в пробивающейся кое-где зеленой травке, огражденный по периметру, словно сказочными исполинами, огромными старыми тополями. Ветер нехотя шевелил молоденькую листву на деревьях, словно и у него тоже наступали выходные.
«-Ну, вот. Сейчас приду домой, отец приедет с работы и сразу спросит, что получил?- думал Женя,- потом скажет, давай сюда дневник и тогда – конец! Налупасит, как пить дать. Так что про кино можно забыть. Эх, и надо же мне было эту «пару» в пятницу получить!»
-Эй, Женька! А ты что будешь делать в субботу?- спросил Толик, усаживаясь рядом с ним за парту, небрежно бросив свой портфель на пол рядом с собой.
Вздрогнув от неожиданности, Женя повернулся и посмотрел на Толика. Тот сидел и глядел на него своими хитрыми глазками с узбекским прищуром, постоянно проводя ладонью по своим непослушным волосам.
-Чего, чего? Да ничего,- проворчал Женя,- сейчас дома такое начнется, что и про кино сразу забудешь.
-Да ладно,- недоверчиво откликнулся Толик,- Подумаешь двойка. У меня их на этой неделе целых три штуки и что?
-Мне и одной хватит, чтобы получить по первое число,- грустно ответил Женя, наклоняясь за своим портфелем.- А тем более в кино пойти. Отец такой «фильм с немцами» мне покажет, что сразу все серии получится посмотреть.
-Да-а, - протянул Толик,- значит на «Фантомаса» ты не пойдешь. Жалко. Не-е, ну на комиссара Жюфа стоило бы пойти. Он такой, такой…
-Бестолковый,- одернул его Женька, заталкивая дневник в портфель.
-Сам ты бестолковый! Я хотел сказать, что смешной,- обиделся за комиссара Толик,- он Фантомасу еще покажет, вот увидишь.
-Мне сейчас тоже покажут,- Женька подхватил портфель под мышку и, толкнув Толика в плечо, трагически произнес,- Пошли домой, что ли.
Толик подхватил портфель и вышел из класса вслед за Женей. Спустившись по лестнице, они вышли на школьное крыльцо. Солнце уже стало опускаться за тополя. Ярко-красное пятно прощально обрамляло верхушки исполинов, растекаясь между ветвями маленькими осколками. Тимофеев прищурился, глядя на огромное светило.
«-Что же делать? Надо же что-то делать! Может матери сначала сказать? А, нет. Толку мало» напряженно думал Женя. Мысли в его голове лихорадочно сменяли друг друга, но, ни одна не приносила облегчения. Толик стоял рядом с ним и тоже смотрел на солнце. Женя покосился на него и с горечью подумал: «Везет же некоторым. Три двойки за неделю, а ему все нипочем. Счастливчик». Толик словно услышал его мысли и глянул на товарища.
-Везет тебе с родаками,- грустно произнес Женя,- даже с двойками в кино пускают.
Толик хитро улыбнулся: А у меня свой секрет есть!
-Какой такой секрет?- недоуменно спросил Женя,- двойка она двойкой и останется, пока не исправишь.
-Ну да, ну да,- Толик с хитрецой покосился на друга,- есть секрет, и все тут. Могу, конечно, поделиться, если пообещаешь не разболтать никому.
Женька заинтригованно посмотрел на него и кивнул головой в знак согласия. Толик призывно махнул ему рукой и пошел к скамейке. Усевшись на нее, он открыл портфель, достал из него два дневника и протянул их Жене. Тимофеев присел рядом, удивленно взял их в руки и посмотрел на Толика.
-Так ты…- только и смог произнести Женя, почесывая затылок.
-Да,- таинственно произнес Толик, оглядываясь вокруг,- если хорошие оценки, то подаю один, если плохие, тогда второй. И так целый год.
Толик провел ладонью по шевелюре. Забрал дневники у Жени и снова затолкал их в свой портфель.
-Ну, а если найдут? Тогда что?- пессимистично спросил Тимофеев, откидываясь на спинку скамейки.
-Не найдут,- уверенно сказал Толик, поднимаясь со скамейки,- Смотри не проболтайся! Понял?
-Понял я, понял,- ответил ему Женя, вставая,- Ладно, а где же я теперь второй дневник куплю? Да и переписывать его за целый год,- это же просто кошмар!
-Да-а,- загадочно протянул Толик,- остается только одно.
-Что?- спросил его Женя.
-Вырвать лист с «двойкой», и переписать его,- ответил ему Толик.
-Так видно же будет,- отпрянул Женя.
-Ничего не видно,- уверенно сказал Толик,- дневник же посередине скрепками поджат. Надо найти противоположный лист и тоже его выдернуть, а потом уже переписать. Получится, что переписываешь только половину недели. Понял?- друг покровительственно похлопал Женю по плечу. - Учись! Пока я жив, старик! Пошли скорее, наши уже все разошлись.
Матери еще не было дома. Женька прошел на кухню, отрезал кусок хлеба, густо смазал его сливовым вареньем и пошел в свою комнату. Усевшись на кровать, он откусил огромный кусок и со смаком принялся его пережевывать. Мысль о том, что вот так просто можно решить свою проблему, не покидала его. Он посмотрел на портфель. Он зловеще чернел в углу комнаты, поблескивая никелированными замками, предвещая беду. Засунув последний кусочек хлеба в рот, Женя облизал пальцы и, причмокнув от привкуса, что остался во рту, встал с кровати и подошел тихонько к портфелю, словно боялся его спугнуть.
Через минуту Женя сидел за столом и переписывал ту страницу, на которой была выставлена двойка и красными чернилами написано замечание классного руководителя. Измятый лист дневника одиноко лежал на столе, словно его оторвали от дружной семьи, и судьба его теперь целиком в руках того, кто его вырвал. Женя почесал затылок и посмотрел на лежащий обрывок. Что-то екнуло у него в сердце и резко засосало под ложечкой. Он сглотнул, во рту пересохло. Представил себе картину, как отец находит вырванный листок и вытягивает со зловещим звуком бряцающей пряжки свой брючный ремень.
«Надо его спрятать! Или нет, лучше порвать!»: одна мысль сменяла другую, но пока никакая его не успокоила. Наконец он решился. Встал, скомкал листок и засунул его в карман брюк. Выйдя из дома на улицу, он уверенно направился к школе, благо, что до нее было всего минут пять ходьбы. Подойдя к школьному двору, Женя приостановился, оглянулся и, убедившись, что никого поблизости из знакомых нет, направился к мусорным бакам, которые одиноко стояли возле школьного двора. Вытащив листок из кармана, он зачем-то разгладил его и, еще раз воровато оглянувшись, бросил его в приоткрытую щель. Не оглядываясь, Женя побежал домой.
-Женя! Как успехи в школе?- спросил отец, поднимаясь из-за стола и убирая тарелки в раковину.
-А-а, никак,- ответил ему сын.
-Что, вообще никак?- удивленно переспросил отец.
-Ну, да,- голос Жени стал немного дребезжать от напряжения.
-Ладно, сегодня поможешь мне в гараже, а завтра сможешь и в кино сходить,- сказал старший Тимофеев, изучающее глядя на сына, - если конечно, все в порядке.
-Все нормально, па,- Женька не смотрел в глаза отцу и старался, чтобы голос его звучал как можно увереннее. Но чувствовал, как по его спине начинают стекать струйки липкого пота.
-Хорошо, пошли,- папа обнял сына за плечи и повел к выходу из дома. Младший Тимофеев осторожно высвободился из объятий отца и побежал вперед.
Женя опоздал к началу сеанса. Он пробирался к своему месту уже в темноте.
Из кинозала мальчишки вывалились, на ходу обсуждая злого гения Фантомаса и смешного комиссара.
-Нет, ну ты видал, как у него третья рука заела,- Толик захлебывался от смеха, держась правой рукой за бок, а левой повиснув на Жене.
-А как он кричал, Фантомас, ты арестован, мы еще увидимся, Фантомас?- громко смеялся Женя.
-А эти помощники его? Вот чудаки!- хохотал Толик.
В обсуждениях о своих впечатлениях дорога домой заняла у них немного времени. Когда мальчишки свернули на свою улицу, Толик внезапно спросил Женю.
-А тебя чего отпустили? Двойку показывал?
-Нет,- ответил ему Женя, осекшись от неожиданного вопроса,- я вырвал лист из дневника.
-Ну и правильно,- сказал Толик, проводя рукой по волосам,- завтра напишешь контрольную, училка успокоится и забудет о том, что написала тебе.
Вечером в воскресенье Женя, сидя на кровати в своей комнате, готовился к математике. На письменном столе были разбросаны тетради и учебники. Дневник одиноко лежал на самом углу.
-Женя!- отец заглянул в комнату,- ты чего делаешь?
-Уроки учу,- сказал отвлеченно сын, отрываясь от учебника.
-А-а, - протянул старший Тимофеев, окончательно открывая дверь и заходя в комнату, - это хорошо. Ну-ка, посмотрим, что там у тебя творится, пока мать на работе.
У Женьки все похолодело внутри и по спине снова потекли струйки липкого и противного пота. Отец подошел к столу, взял в руки дневник и начал его листать. Наконец он добрался до переписанного листа и остановился, разглядывая то, что там было написано.
-Женя! А что это такое?- спросил он сына, поворачиваясь к нему с дневником и удерживая ладонью раскрытые страницы.
-Что?- тихо спросил Женя.
-Да, вот это?- уже строже спросил отец, указывая пальцем на нижнюю часть переписанной страницы.- Что это за следы? И где лист, на котором это было написано?
Женя тихо опустился с кровати и подошел к отцу. Старший Тимофеев строго и вопросительно смотрел на сына. Тот посмотрел туда, куда указывал палец отца. Внизу листа четко проглядывали добросовестно выдавленные следы от замечания, сделанного классным руководителем.
-Ну, и что это такое?- резкий тон отца заставил Женю вздрогнуть. Он жалобно посмотрел на него снизу вверх глазами уже полными слез.
-Я…,я…,- промямлил сын.
-Тут четко видно, что меня просят зайти в школу,- голос отца уже не казался просто строгим,- это был рык обозленного льва.- И что ты мне на это скажешь? Где вырванный лист?
-Я его выбросил,- тихо произнес Женя, опуская голову.
-Куда?- сразу переспросил его отец.
-В мусорный бак возле школы,- голос сына становился тише и тише.
-Та-ак,- протянул старший Тимофеев,- значит, ты мне солгал, воспользовался моей добротой, пошел в кино, думая о том, что я ничего не узнаю?
-Я хотел рассказать,- промямлил Женька.
-Хотел он,- рявкнул отец, привычным жестом дотрагиваясь до ремня на брюках. Женька зажмурился и сжался от страха. Вдруг он почувствовал, как сильная рука старшего Тимофеева дернула его за воротник и подтянула мальчишку к себе.
-Вот, что я тебе скажу,- грозно прошептал ему отец,- сейчас ты бежишь к этому мусорному баку и находишь вырванный лист дневника. Если находишь его, то получишь снисхождение, если же нет, тогда я тебе покажу такого Фантомаса, что сам станешь призраком. Понял?
Женька приоткрыл глаза и закивал головой. Отец отпустил ворот его рубахи.
-У тебя полчаса. Понял?- спросил старший Тимофеев.- А теперь беги!
Женька во весь дух ринулся из дома. Пулей пролетел расстояние от дома до школы. Подбежав к мусорным бакам, он ухватился за первый попавшийся и перевел дух. Отдышавшись, он стал лихорадочно вспоминать, какой же из них проглотил листок его дневника. В голове постоянно звучала фраза отца: « У тебя полчаса!»
На лице у Женьки появились слезы. Он не помнил, куда выбросил листок. Постояв минуту, он рванул крышку первого попавшегося бака, и заглянул внутрь. На него обрушился оглушительный смрад нечистот и отходов, собранных за выходные дни. Не останавливаясь и зажав нос пальцами левой руки, Женька стал перебирать мусор в поисках заветного спасения.
Через полчаса он стоял перед отцом с испачканными руками и лицом. Шмыгая носом от страха, он протянул старшему Тимофееву плохо разглаженный листок дневника. Чернила уже потекли, но двойку и замечание классного преподавателя еще можно было разобрать. Отец взял двумя пальцами протянутый листок и поднес его к своему носу. Поморщившись от непреодолимого смрада, что доносился и от Женьки, и от клочка бумаги, он произнес:
-Ты что же, все баки в округе облазил?
Женька бестолково кивнул головой. От пережитого у него кружилась голова.
-Что ж. Договор есть договор,- спокойно сказал ему отец,- в следующий раз будешь знать, врать или правду мне говорить. А сейчас марш в душ. Мать скоро придет с работы. А это,- он помахал листком перед Женькиным носом,- я выброшу, чтобы не воняло.
С этими словами Тимофеев старший повернулся и вышел из комнаты. Женька так и остался стоять, размазывая по грязным щекам, предательски стекающие, из красных глаз обжигающие слезы.
|
| |
| |
