Дети солнца. Рита сидела на подоконнике. Сквозь грязное стекло она смотрела на улицу, провожая не по- детски усталым взглядом прохожих, торопливо идущих по своим делам. Одни с полными сумками ковыляли до своих подъездов, другие волочили пышные ёлки. На многих лицах была печать предвкушения праздника.
Взгляд Риты перекочевал на детскую площадку. Она была полона детворы. Дети играли в снежки, с заливистым смехом бегая друг за другом. Всё вокруг дышало весельем.
На дворе был конец декабря, и новый год готовился начать свой путь. Он уже стоял за спиной у нынешнего, устало заканчивающего своё шествие и готового уступить своё место полному сил собрату.
Рита очень устала. Учёба в третьем классе давалась ей гораздо труднее, чем в предыдущем. Во многом из- за её родителей, которые даже не удосужились купить ей учебники, не говоря уже об остальном.
Но сейчас ей не хотелось об этом думать. Настала та пора, когда все её мечты оживали с новой силой вместе с грядущим годом.
Всё чаще и чаще перед её мысленным взором возникало одно видение. Она видела, как солнечные лучи, пронизывая тело, озаряли собой то, что было скрыто в нём.
Эти видения начинались с тем, что Рита называла солнечным дождём. Свет, струившийся с неба, становился на столько ясным, что казалось, будто всё вокруг находится во власти неведомой стихии. Стихии, открывшей Рите нечто запретное, недоступное другим.
Эти видения за частую были очень ужасными. Люди вокруг превращались в нечто: одни порастали мхом, другие разлагались прямо на глазах, на третьих появлялись глубокие раны. Люди кричали и корчились от боли.
Но среди вопящей толпы были и другие, те, которых Рита называла детьми солнца. Они испускали такой яркий свет, что ей приходилось зажмуриваться. Эти люди были по истине прекрасны. « Вот бы все так сияли»- мечтала она.
В глаза Рите ударил яркий свет. С небес на землю рванули миллионы золотых лучей, озаряя всё вокруг. «Начался солнечный дождь» - подумала Рита и улыбнулась, любуясь красотой солнечной феерии. Она не спешила переводить свой взгляд на людей, стремясь как можно дольше насладиться видом «солнечного дождя».
Из сладостного забытья её вырвал грубый голос отца:
- Чё это ты тут расселась.
Рита обернулась. Перед ней стоял, обезображенный гниением, человек. Пронизанный волшебными лучами, он был похож на труп, что мёртв уже несколько месяцев. Кожа на лице и руках в некоторых местах разошлась, обнажая островки гниющей плоти.
Пошатываясь, отец шагнул в сторону, зацепил ногой пустую бутылку. Та со звоном покатилась под кровать и, ударившись об несколько таких же, замерла там.
- Ты не благодарная маленькая…
Отец запнулся, не в состоянии даже выругаться. Его брань была словно задушена в гортани. Наконец он, икнув и махнув рукой, процедил:
– Пошли. Мамку поможешь уложить, а то она не может…
Едва договорив, он с грохотом упал на голый дощатый пол. Пробормотав ещё что-то не внятное, он засопел.
Рита смотрела на пьяного отца. Он умирал, так же как и мать. Но видела это только она. И ей было невыносимо больно. Больно и страшно.
По щеке девочки покатилась слеза.
И вдруг, в комнате раздался чей- то нежный тонкий голосок:
- Почему ты плачешь?
Рита вздрогнула и обернулась. Ни кого не было. Солнечный дождь прошёл. Спящий на полу, отец принял свой естественный, менее пугающий вид.
- Папа?
Почему то спросила Рита, хотя знала, что этот голосок уж ни как не может принадлежать её отцу.
- Нет, это не папа. Это я, один из светочей. Меня создало солнце. Я тот, кто должен согревать людей. Скажи, ты могла бы полюбить меня, Рита?
Девочка немного опешила от подобного вопроса. Но не зримое обаяние, которое исходило от человечка, успокаивало, принося лёгкость и умиротворение. В этот ласкающий голос нельзя было не влюбиться.
- Да, – вырвалось у Риты. – Да, я смогла бы тебя полюбить.
- Спасибо. Ты только что продлила мне жизнь. У нас у светочей такая судьба. Питаться чувствами людей, чтобы выжить. Те, что постарше меня могут светиться как солнце, - человечек грустно вздохнул. – Я тоже хочу быть как они. Хочу научиться дарить жизнь и оберегать её. И ещё. Хочу, чтобы мне больше не были страшны темноруки.
- Темноруки, кто это?
- Это те, которые питаются ночью. Питаются тёмным небом, те, что едят всё, что не защищено светом. Они так же могут есть ауру людей, если те не защищёны светочами.
Так Рита приобрела нового друга, которого полюбила беззаветно. Так как могут любить только дети, лишённые родительской любви и ласки.
Рита дала своему новому приятелю имя: Тимоша. Оно очень понравилось светочу, от чего девочка была ещё больше счастлива. Своей крепнущей любовью она не только продляла Тимоши жизнь, но и помогла спрятаться ему от темноруков. Она пока не могла видеть Тимошу. В нём ещё не было достаточно света, что бы давало возможность девочке видеть его, но Рита уже начинала чувствовать его присутствие.
Однажды светоч попросил её протянуть руку. Рита так и сделала. И через мгновение почувствовала кончиками пальцев тепло. « Скоро я смогу излучать свет и мне больше не нужно будет прятаться от темноруков. Ещё немножко твоей любви и ты узнаешь, на что я способен». Эти слова вселили надежду в сердце девочки. Но ей не было суждено сбыться. Её мечты разлетелись подобно осколкам стеклянной мозаики в ночь, когда уснувшей Рите пригрезился кошмарное сновидение.
Девочка увидела во сне бутылку. Медленно, словно в замедленной съёмке, она падала вниз. Её падение было столь долгим, что казалось, будто время застыло. Возможно, это и было так, ведь во сне стираются все грани бытия существующие в мире реальности.
Бутылка падала вниз, а её содержимым было нечто. Нечто похожее на кромешную темноту. Тьму, которая была живой и голодной. Она шевелилась подобно клубку змей, тянувшихся к горлышку с явным желанием выбраться наружу.
Всё внимание Риты было приковано к бутылке, что была ярким пятном на фоне размытых очертаний мебели и обрывков громкой брани. Рита знала, что это их кухня, а ругаются её пьяные родители. Но это сейчас не имело значение. Бутылка с чёрной, движущейся массой внутри - вот центр того, что происходило вокруг.
Рите стало страшно. Она понимала, что если бутылка упадёт и разобьётся, то голодная чернота вырвется наружу. Но весь ужас состоял в том, что она не могла пошевелить рукой, чтобы поймать бутылку. Не в состоянии даже закричать, предупредить своих родителей об опасности.
Всё, что могла Рита - это смотреть как падает стеклянный сосуд с живой тьмой внутри.
Но вот это бесконечно- долгое падение закончилось. Коснувшись пола, стекло пошло трещинами, сквозь которые подобно тысячам тонких пальцев стали пролезать щупальца тьмы. А потом бутылка взорвалась, и осколки со смертоносной тварью стали разлетаться по всей кухне.
Как и прежде всё происходило медленно, словно бегущее вокруг время было лишено здесь власти. Рита, не сводила глаз с бутылки, девочка попыталась удержать ещё не разлетевшиеся далеко друга от друга осколки, стремясь удержать тьму. Но её тело словно окаменело. Она не могла пошевелиться. Девочка с ужасом смотрела на то, как чёрное нечто подобно змее ползёт по воздуху вверх. Рита закричала и проснулась.
Она услышала голос Тимоша:
- Темноруки в доме. Они крадут из твоих родителей свет. Рита скорее, они здесь!
Девочка вскочила. Она спрыгнула с постели и побежала в комнату, где спали её мать и отец. Открыв дверь, она заглянула внутрь спальни. Жёлтый свет от уличного фонаря, проникая в комнату через незанавешенное окно, позволял рассмотреть в полумраке скудную обстановку в комнате. Но над кроватью клубилась непроглядная тьма. Открыв рот в немом крике, Рита в ужасе замерла на пороге спальни. Чёрный сгусток мрака лениво сползал вниз к её родителям. Все мысли в голове Риты в этот миг застыли, как реки от ледяной стужи. Жива была только одна мысль: это оно, это то, неведомое чёрное существо, что вырвалось из разбитой бутылки в её сне. И теперь эта живая тьма стремилась поглотить родителей, растворить их в своей ненасытной утробе.
Страх за жизнь отца и матери толкнул Риту вперёд. Девочка с криком бросилась на помочь.
- Темнорукие здесь!!! – кричала она родителям. – Уходите, уходите скорее.
Отец открыл глаза. Он тупо уставился на дочь. Вначале в его бессмысленном взоре не было ни капли жизни, но вскоре он наполнился дикой злобой пьяного угара. Приподнявшись, он встретил дочь ударом кулака.
Рита упала на пол. Из её рассечённой губы стекала кровь.
- Пошла вон! Мерзавка! Башку откручу!
Девочка от ужаса не могла подняться на ноги. Она на коленях уползла из комнаты. В коридоре, держась за стену, Рита поднялась и, плача от бессилия, пошла к себе. Войдя внутрь, она ощутила, как леденящий холод лизнул её тело. Оглядевшись, девочка увидела распахнутую настежь форточку. За окном бушевала метель. Зимний ветер, врываясь в комнату, переворачивал страницы книги на её столе.
- Тимоша.
Тихо позвала она своего незримого друга. Но в ответ была лишь тишина да пронзительный вой ветра за окном. Буря усиливалась, поднимая всё больше и больше снега, она яростно врезалась ледяными иглами во всё, что попадалось ей на пути.
– Тимоша!!! – крикнула Рита.
Её голос дрожал не от холода, что нещадно вгрызался в тело, а от страха.
– Тимоша!
А в ответ тишина. И в этот миг ей стало так страшно и горько, как не было ни когда. Страшно от мысли, какие муки придётся испытать Тимоши от темноруких; и горько от осознания того, что она, как и в своём кошмарном сне, не может ничего поделать.
Всё, что до этого происходило вокруг, было уже не важно. Ни яростный холод метели, ни её умирающие родители, ни темноруки, что пожирали их. Теперь все её былые переживания слились в одну скорбь по другу.
Рита подбежала к окну. Она продолжала звать Тимошу. У неё ещё теплилась надежда, что он просто ушёл, испугался темноруков и убежал. Но в глубине души она знала, что это не так. Здесь, в её комнате, было последнее пристанище Тимоши. Единственное место, в котором он мог защитить себя.
Девочка перестала звать его. Она тихо плакала. Её слёзы смывали с разбитой губы кровь и алыми каплями падали на потёртый палас.
-Я его найду,- тихо прошептала она.
Рита метнулась в прихожую. Натягивая на ходу куртку, и изрядно поношенные сапоги, она, открыв дверь, выскочила на лестничную площадку. Все её мысли сейчас были только об одном, об исчезновении Тимоши. Она не помнила, как сбежала по лестнице и очутилась на улице. Как бежала через метель, выкрикивая имя своего друга. Как споткнулась и упала в сугроб. Как леденящий холод торжествующе вцепился в её маленькое тело и стал забирать тепло.
Но, на её счастье, метель, подобно дрессированному тигру, усмирилась по чьей- то команде свыше. Рита подняла голову. Вокруг стояла тишина, с неба падали крупные хлопья снега. Неподалёку от неё раздался хруст снега и из мрака ночи показался чей- то силуэт. Кто-то медленно шёл к ней.
Поднявшись на ноги, девочка спросила:
- А вы не видели моего друга? Его зовут Тимоша.
В свете уличных фонарей Рита увидела старую женщину. Та, улыбнувшись, ласково ответила:
- Нет, внученька, твоего друга я не видела. Но что ты делаешь на улице ночью? Маленьким девочкам в это время нужно быть в тёплой постели и видеть сладкие сны, а не купаться в холодном снегу.
- Бабушка не могу я сейчас спать. Моего друга Тимошу забрали темноруки и теперь я его больше не увижу, – всхлипнув, Рита опустила глаза.
- Охо хох… – вздохнула бабушка, – как же мне милая тебе помочь то, – старая женщина, немного помолчав, продолжила - Знаешь, у каждого человека, что хранит домашний очаг, есть тот, кто, согреваясь от него, живёт рядом. Это существо с непростым характером, но если с ним подружиться, то он в благодарность может сделать много добрых дел.
- Правда? – воскликнула Рита. – А кто это, бабушка, расскажи мне. Как с ним подружиться?
- Он самый добрый и самый чистый житель, что поселился рядом с людьми. Положи ему в новогоднюю ночь на блюдце что нибудь из съестного обязательно белого цвета, и он будет доволен.
Добрая старушка полезла в карман и достала зефир. Она протянула его Рите.
– Держи. Это тебе мой маленький подарок к новому году.
- Спасибо бабушка, – улыбнулась Рита.
Взяв зефир и держа его перед собой как некую драгоценность, она побежала домой. Малышка была счастлива. Ещё бы. Ей редко перепадали лакомства. А самое главное, у неё появилась надежда помочь Тимоше.
Рита вбежала в квартиру, сбросила с себя одежду и осторожно прошла на кухню. По пути она заглянула в комнату к родителям, Живы ли они? В спальне стоял настоявшийся перегарный смрад, который был особо противен после чистого морозного воздуха. Отец и мать спали, храпя на разные лады. Облегчёно вздохнув, Рита пошла дальше.
На кухне был привычный кавардак. Она шагнула к столу. Её правую ступню обожгла боль. Посмотрев вниз, она увидела на полу осколки бутылки. Риту кольнула мысль: «Это её я видела во сне». Девочке стало страшно, она испуганно огляделась. Не затаилась ли в грязных углах кухни страшная тьма? Но ей на глаза попадались лишь рыжие тараканы, нахально- неспешно поедающие остатки пищи. Успокоившись, Рита допрыгала на одной ноге до стула и опустилась на его сидение. Девочка взглянула на пораненную ногу. Увидев торчавший осколок, она вытащила его. На пол закапала кровь. Рита оглядела кухню в поиске того чем можно завязать ногу. На глаза попался клочок грязного полотенца. Его она и использовала в качестве бинта.
Встав со стула, Рита осторожно наступила на пораненную ногу. Ничего, можно потерпеть. Главное сейчас, найти во что можно положить угощенье.
Подтащив стул к навесным шкафам, она вскарабкалась на него и стала открывать дверцы одну за другой в поисках подходящей посуды. Вскоре девочка нашла, что искала. Рядом с металлическими мисками стояла целая стопка маленьких тарелочек от старого сервиза. А вот что-то сладкое в доме было не так просто сыскать.
Взяв одну из тарелочек, Рита спрыгнула со стула и подскочила к столу. Заглянула в сахарницу, но та, как и в последние несколько недель, пустовала. Глаза Риты опустились, она посмотрела на зефир, который ей дала бабушка. Он выглядел очень аппетитным. Однажды Рите доводилось есть зефир. Но это было очень давно. Как то в школе учительница в день её рождения подарила целый кулёк сладостей. Там был и зефир. Рита вспомнила, как она, прибежав домой, разделила сладости на маленькие кучки и потом целых десять дней лакомилась конфетами.
Рита поднесла зефир к лицу, ощутила его приятный сладкий запах. Ах, как ей хотелось снова ощутить его неземной вкус. Но нельзя. Надо спасти Тимошу. Положив зефир на блюдечко, девочка направилась в свою комнату.
Поставив тарелочку на подоконник Рита взяв стул, села рядом. Долгие часы девочка просидела не смыкая глаз с надеждой на появление того существа, о котором говорила бабушка. Но её ожидания не увенчались успехом, вскоре веки Риты потяжелели и она, положив голову на сложенные на подоконнике руки, уснула.
Ей приснился солнечный дождь. Только вокруг больше не было обезображенных людей, была только она одна. Девочка парила в воздухе, и тепло солнечного дождя нежно ласкало её. Вокруг неё был только чистый свет. И вот чудо, она услышала до боли знакомый голос: «Рита я так рад снова тебя видеть, я так счастлив Рита, ты не поверишь». Это был Тимоша, он парил где то среди чистого света. На девочку сошла небесная благодать. Ей стало так хорошо, что она заплакала. А потом она стала падать и проснулась.
Рита медленно открыла глаза. Вся её комната была залита ярким свечением, которое исходило от множества лучей, что пронизывали собой на- сквозь всё что попадалось им на пути.
Этим ясным утром тридцать первого декабря снова шёл солнечный дождь.
- Рита, – снова прозвучал голос Тимоши только теперь не во сне, а наяву.
- Тимоша! – воскликнула Рита.
- Я здесь.
Рита обернулась, рядом с ней стоял Тимоша. Только теперь девочка могла его видеть: внешне он был похож на человека, но в его облике нельзя было разобрать отдельные черты лица и тела, только очертание. Ведь Тимоша состоял не из материи, а из света. Яркого тёплого света, такого же, что излучало солнце.
- Тимоша!!! – снова воскликнула Рита и спрыгнула со стула.
Ей хотелось обнять своего друга, но почему- то она не решилась сделать это. То ли из-за того что боялась испортить столь чистый свет из которого он состоял, то ли не знала, сможет ли его обнять.
- Спасибо тебе, Рита, – сказал Тимоша и развёл руками – посмотри на меня. Ты только посмотри, сколько во мне света. И всё это благодаря тебе. Ты так сильно любила меня, что даже когда темноруки унесли далеко от тебя, свет твоей любви достал меня и там. Он дал мне силы, чтобы победить их. Они мне больше не страшны. Теперь моя мечта исполнится и я стану маленьким солнышком таким же как и моя мать. Но и тебя мне хотелось бы отблагодарить…
Речь Тимоши оборвал появившийся отец. Он, распахнув дверь, вошёл в комнату.
- С кем ты тут разговариваешь? – грубо спросил он. – Спать не даёшь.
Позади него, показалась мама.
- Альберт смотри, – она указала на пол.
В сторону комнаты Риты тянулся кровавый след. Мать подскочила к девочке и присела рядом. Она с испугом смотрела на перевязанную ступню Риты.
- Что стряслось милая? Ты поранилась? Да? А почему ты нам не сказала?
- Ох, прости, Маша. Это я виноват, – почесав затылок, сказал отец, – забыл убрать те осколки на кухне.
- Ну так иди и убери. Да и…больше не покупай ты эту дрянь.
- Да ладно тебе я и так знаю, – уходя, пробурчал отец.
Мать взяла Риту за руку:
- Пойдём. Тебе нужно поскорее обработать рану.
Рита не могла произнести ни слова. Такими своих родителей она не то что бы не видела, а даже не знала. Что-то изменилось за эту ночь, что-то произошло. Что-то такое чего девочка объяснить не могла.
Вроде бы в комнате была та же обшарпанная мебель, протёртый до дыр палас на полу, старые обои. Но всё вокруг неё изменилось, будто стало светлее, чище. Рита посмотрела в окно. Свет, что пробивался сквозь мутные стёкла, был на столько ярким, что слепил глаза. Но солнечного дождя не было, был только свет, который мог видеть каждый человек. Алкогольный смрад, что царил в квартире, начал исчезать. Он словно растворялся вместе с той темнотой, которую нещадно убивал, пробивающийся сквозь окно, свет.
Рита словно попала в совсем иной мир. Ей не верилось что вокруг неё реальность.
Уходя из комнаты, она обернулась. Тимоши не было, он ушёл, вероятно, навсегда. Взгляд девочки упал на подоконник, на блюдце, что стояло там. По спине Риты пробежал холодок. На матовой поверхности тарелочки лежала только половинка зефира.
Вы поставили 10 
вот уж чего не ожидал)))) Спасибо))))) 
