К обеду приплыли к посёлку Ракшади, что на западном берегу озера Кивуд.
Здесь, в Монде – солнца слабо грели. Было тепло, но не жарко.
Посёлок состоял из множества каменных домов, как будто выросших из земли.
По небольшим улицам сновали жители. Из домов пахло лепёшками. Многочисленные ребятишки бегали и играли только им понятные игры. Старики сидели на каменных скамьях и вспоминали прошлое. А большинство мужчин сейчас рыбачило в озере.
Все на меня оглядывались – не часто здесь можно увидеть человека из народа огня. Маленькие дети обступали меня и пытались дотянуться до моих пламенных волос.
Проводник привёл меня на обед к старейшине, в большой двухэтажный дом. Морщины бороздили его лицо, скорее похожее на камень, чем на кожу. Седые волосы и седая борода обрамляли его лицо.
Войдя в дом, я его приветствовал:
- Что бы сердце ваше было твёрже камня!
А он в ответ:
- Садись. Ешь.
Мне дали пиалу с варёным мясом – и я стал его пожирать. Оно было горячим. Не очень вкусным, но съедобным.
Пообедав, я сообщил проводнику, что пойду, посмотрю на исток великой реки.
Проводник согласился, махнув рукой.
Я вышел на улицу. Народа сейчас было мало.
Побрёл наверх, к драконьей горе. У её подножия начиналась река Анахита.
Туда вела хорошо протоптанная дорожка между острых камней. По краям рос колючий кустарник и редкая трава пучками тянулась к свету. Нагромождения скал и валунов время от времени скрывали горизонт. Сзади плескалось озеро Кивуд, больше похожее на море. Вокруг него возвышались горы Внутреннего Монда.
Вот и маленьких ручеёк – это и есть Анахита. Я побрёл по его берегу.
Подошёл к нему поближе, встал на скользкие камни – зачерпнул воды, попил.
«Холодная» - руки сразу окоченели.
Пошёл выше и вышел к небольшому пруду, где и начинался ручей.
Прудик был метров двадцать-тридцать. Из отвесной скалы бил источник, а вода водопадом струилась вниз. Выше – драконья гора, её вершина прячется почти в облаках.
А в водопаде плескалась и пела девушка. Песня была похожа одновременно и на трели соловья и на журчание ручья.
Я подошёл ближе, стал её разглядывать, залюбовался.
Она было без одежды. Только светлые длинные волосы, словно вода, спускались ей на плечи. Девушка меня заметила:
- Не часто здесь появляются люди огня!
- Не часто, - я ей открыто любовался, потом сел и потрогал воду – отдёрнул руку, - Как в такой воде можно купаться?
Она не ответила, лишь ещё раз окунулась в пруд. Потом вышла и стала выжимать волосы. Капельки воды блестели на её коже.
«Взять её!» - скомандовало моё тело. Она посмотрела на меня:
- Я знаю, о чём ты думаешь. Жаль, но мне надо идти.
Она надела голубое платье, и пошла вниз.
Я стоял в ступоре, глядя на неё, пока она не скрылась из виду за скалой.
Дёрнулся, побежал вслед – а её уже нигде не было. Оглянулся, взобрался на валун – а вокруг никого. Только острые камни и скалы, а за ним – кустарник. И спрятаться негде.
Вздохнул, вернулся к пруду – на гальке ещё осталась мокрое место – там, где она вылезла на берег. Набрал холодной воды, умылся – посмотрел на бьющий из скалы источник. Посидел немного, размышляя о девушке, а потом пошёл вниз – к посёлку.
Идти вниз легче. Но надо быть острожным – гальки и камни так и норовят выскочить из под ног.
По пути всё время оглядывался, ища странную девушку.
Придя в посёлок, меня проводник пригласил на ужин к старейшине.
А я и не заметил, как время прошло.
Снова кушая варёное мясо, я спросил у него:
- живёт ли здесь светловолосая девушка?
- Нет, - обгладывал он кость барана, – раньше жили, но теперь все уехали в столицу.
- А знать сюда приезжает?
- Не сейчас – вода холодная, - он закончил есть, - к чему спрашиваешь?
- Я видел сегодня светловолосую девушку у источника, в голубом платье.
Старик почесал бороду, но ничего не сказал. Через минуту нарушил молчание:
- Знаю я одну легенду:
«В былые времена, во времена золотого царства правил Мондом царь Кивуд. Был он уже стар и была у него прекрасная дочь. Много князей и аристократов хотели на ней женится. Но царь им всем отказывал…»
Прослушав легенду, я пожелал спокойной ночи старейшине и пошёл спать.