Мы публикуем свои рассказы и стихи в Интернете, но почти никогда не знаем, кто нас читает. Да и читают ли вообще? И как много у нас читателей? И вообще – кому мы интересны? И могут ли быть интересными интернетовские тексты начинающих авторов и тех, кого уже нельзя назвать начинающими? В общем, вопросов много.
Но я не о качестве текстов. Я о том, как добиться… не то чтобы популярности – скорее, интереса к своему творчеству. Это ведь два разных ремесла: одно дело – уметь писать, другое – научиться продавать и рекламировать свои творения. И, похоже, если не умеешь делать второе, первым заниматься вряд ли стоит.
Кажется, в чью-то дурную башку однажды пришла дерзкая мысль о том, что в рекламе себя, любимого, все средства хороши. Главное, дескать, не содержание, а форма.

Вот, например, как давно вы слушали Мадонну? Вообще, сколько дисков этой певицы в вашей фонотеке? Скажу откровенно: в моей – ни одного. Нет, я вовсе не утверждаю, что она бездарь. Просто не по вкусу мне эта музыка, только и всего. Но и я чуть не клюнул на беспардонную рекламу и уже почти собрался было бежать за билетами на её московский концерт. И только на пороге собственного дома остановился, потому что понял, что мне не хочется слушать её песни с тысяча пятого ряда Лужников.
Что же всё-таки заставило меня усомниться в том, правильно ли я делаю, что не иду на её концерт? Реклама. Всё продумано до мелочей, и только наивному человеку покажется, что весь этот шумный пи-ар случаен и хаотичен.

Смотрите: сначала были вопросы – приедет? не приедет? Но билеты, видимо, уже продавались. Потом сообщили о том, что концерт куда-то переносится – с одной концертной площадки в Москве на другую. Народ заволновался: куда переносится? В Интернете написали, что организаторы концерта «ищут место», где будет выступать Мадонна. Как будто раньше они не знали, где. Прозвучало слово «Лужники». Тут же по телевидению выступил важный милицейский чин, который выразил сомнение, а надо ли пускать туда Мадонну. Видите ли, билетов продано аж сто тысяч штук, а в Лужниках помещается «только» семьдесят тысяч. Могут случиться беспорядки. Сразу возникли вопросы. Первый: неужели продано столько билетов? Вероятно, продано всё же гораздо меньше, раз уж так суетятся. Скажем, тысяч десять. А хотелось бы больше. Вот и давай накручивать… Второй: если это всё же правда, куда денутся те тридцать тысяч, которым не хватит места на трибунах стадиона? Наверно, им вынесут стулья и расставят прямо на травке футбольного газона. Третий: если мест всего 70 тысяч, почему продали 100 000 билетов?!
Но самое главное – не суть вопросов, а то, что они вообще возникают. Даже у таких равнодушных к Мадонне, как я. Вот уже пошло какое-никакое дело…
Последние сообщения с этого фронта борьбы за кошельки меломанов: 1) Мадонна сомневается, что Москва сумеет обеспечить её, певицы, безопасность; 2) Мадонна решила отказаться от концерта; 3) концерт всё же состоится при любой погоде (видимо, уговорили бедняжку не бояться этих ужасных русских).

Похоже, с этой Мадонной нам будут иметь наш мозг ещё дней двенадцать – до самого концерта. Чтобы мы не расслаблялись. Завтра сообщат, что у певицы случился нервный припадок, и она легла в клинику в Австралии. Потом скажут, что Мадонне срочно сделали операцию на голосовых связках, ибо она желает поразить московскую публику чем-то невиданным. Потом процитируют какое-нибудь анонимное письмо со страшными угрозами в адрес заезжей знаменитости… В общем, скучать нам не дадут.

А не было бы всего этого – никто бы и не дёрнулся. Просто подошли бы минут за пятнадцать к стадиону и купили билеты. Так, например, как сделал недавно я, когда собрался на концерт камерунского джазиста мировой величины Ришара Бона. Великолепный концерт, но зрителей в Саду Эрмитаж было… ну никак не сто тысяч.

Как написал когда-то Жванецкий, «машины у нас хорошие, отличные, но их надо рекламировать».

Кстати, не по этой ли причине нам не дают забыть о некой Жасмин. Тот же механизм. Вот она исчезла на пару дней. Вот она уже избита – оказывается, её били эти самые несколько дней. Потом недели две выдвигались версии: кто бил, сколько времени и за что. Вот Жасмин выступает на телевидении. Вот фото певицы в милицейском участке. Вот берут интервью у её родителей. Вот сообщают, что рассерженный муж, расставаясь с ней, оставил ей страшно мало денежных знаков, позорно мало… но цифру назвать не решаюсь: для любого из нас этого хватило бы до конца жизни. Наверно, и позже эта история не закончится: нам будут и дальше рассказывать о Жасмин. Ой, боюсь, не за горами очередной её альбом – возможно, в дуэте с каким-нибудь новомодным красавцем-певцом. Вот только Мадонна не вовремя вылезла, масть перебивает…

Или вот ещё пример: телевизионная программа. Как подогреть интерес зрителей к ней? Да просто побольше говорить в ней чего-нибудь парадоксального и неочевидного. Главное – рейтинг. Главное – чтобы говорили потом о самой передаче.

Я всегда с интересом смотрю «Момент истины» и часто во многом соглашаюсь с её ведущим Андреем Карауловым. Но недавно усомнился в том, всё ли, что там произносится, так уж бесспорно? На сей раз главной темой было наше нынешнее бескультурье. В качестве примера Караулов пригласил трёх девушек, которые учатся в вузах и собираются стать искусствоведами, не больше и не меньше. У одной из них он спросил: «Как думаете, почему картинная галерея называется Третьяковской?» Девушка так испугалась и разволновалась, что попросту сбежала из-под недремлющего ока телекамеры. Вторая (умница!) всё же вспомнила Павла Третьякова. Но когда не сумела ответить на вопрос, на какой улице находится театр имени Вахтангова, имела неосторожность сказать, что она «больше по живописи». Вопрос, какая картина Брюллова ей нравится больше всего, поставил её в тупик, и тогда девушка сказала, что она «больше по импрессионистам». «А кого вы знаете из русских импрессионистов? Великого Пчелина, например, знаете?» – поинтересовался Караулов. (А кстати, уважаемый читатель, а вы знаете великого Пчелина?). И тогда девушка сказала, что она «больше по Ван Гогу»… Театр абсурда! По тому же примеру можно предложить, к примеру, такой вариант разговора: «Что из творений Антонио Гауди вам особенно по душе?» – «Нет, я больше по музыке…» – «Какой фортепианный концерт Моцарта вы слушали в последний раз?» – «Да я как-то больше по джазу…» – «Какая вещь великого Тони Уильямса в период работы с Майлсом Дэвисом вам нравится больше всего?» – «Я, знаете ли, больше по боперам…»
Пригласили каких-то не очень образованных девчонок, которые почему-то решили учиться, а не замуж идти, и давай их пытать… И, очевидно, тем самым доказывать, что вот такие мы все невежды. Но о передаче обязательно теперь будут говорить.

Караулов с возмущением сказал, что мало кто из нас знает весь текст народной песни «Шумел камыш», а в ней больше 90 куплетов! Только одна, дескать, великая Людмила Зыкина знает… да и то всего куплетов сорок. Маловато…
Зашла речь о том, что многие русские слова, которые прежде были в лексиконе каждого образованного человека, теперь безнадёжно стёрты из памяти народной. Наши люди, например, теперь не понимают значения выражения «на постой»! Это уже ни в какие рамки не лезет! Ведущий процитировал стихотворение, где были строчки «… и если свободен Ваш дом от постоя…» и стал объяснять своему собеседнику (не помню, то ли ректору вуза, то ли академику-историку, который, между прочим, совсем не утверждал, что не понимает, о чём речь) значение этой фразы. А заодно объяснял и нам, телезрителям. Которые, наверно, должны были при этом густо краснеть, понимая, насколько они деградировали.

Нет, ребята, мне нравится передача «Момент истины» и я с удовольствием слушаю Андрея Караулова, но такие вот нетривиальные повороты в разговоре – что это, если не самореклама? И она на меня, безусловно, подействовала. Обязательно буду смотреть следующий выпуск передачи.

Так что рекламируйте себя, писатели, рекламируйте. Без этого никуда не деться.

…А что касается концерта Мадонны… Всё же сбегаю, пожалуй, в магазин «Рыболов», куплю раскладной стульчик. Пригодится.
http://lito.ru/blog/petrov