| Риомир | Дата: Понедельник, 05.03.2012, 00:03 | Сообщение # 5 |
 Издающийся
Группа: Проверенные
Сообщений: 485
Статус: Не в сети
| Последний птенец
Надо же, дождь прошел, а я и не заметил! – подумал Трофим, аккуратно обходя лужу. Не столько из опасения промочить ноги – на эту мелочь внимания он как раз не обратил. Не хотелось нарушать очарование: в воде красиво отражались уличные фонари. А вообще, ночная Москва навевала невыразимую тоску.
Более удачливые еще днем завалились в ресторан. Как раз тот, мимо которого сейчас и плелся. А его, Трофима, вот, зарезали!
Речь, понятно, об аспирантуре. Ладно бы на экзамене! А тут, на тебе: “Институт может предоставить аспирантам строго ограниченное количество мест в общежитии. Попробуйте в следующем году!” Общага, вернее, одна из общаг, оказалась в аварийном состоянии. Требовался капитальный ремонт. Двумя месяцами дело явно не обойдется! И ты хоть до хрипоты тверди тетке из приемной комиссии: “Я устроюсь на работу, сниму комнату, буду работать и учиться! Всего-то три-четыре месяца!”
Железная леди оставалась непреклонной: аспиранты должны учиться, а не работать! Главное – диссертация! Ничего страшного, – чем-то напоминая сфинкса, пристально взглянула поверх очков в массивной роговой оправе, – поработайте годик и следующим летом приезжайте опять. Экзамены вы сдали хорошо, армия вам не грозит…
Тысяча чертей! Армия действительно не грозила – уже отслужил. За год много чего может случиться! И, ладно бы еще срезали на экзамене! Почувствовав, что пошел по второму кругу, а может, даже и не по второму, Трофим отогнал навязчивые мысли и поднял глаза на звездное небо. Надо заметить, именно сегодня необычно чистое.
- Что ты там рассматриваешь, Троша? – послышался из-за спины до боли приятный голос.
Трофим вздохнул и обернулся. Кому другому эту уничижительную кличку ни за что ни спустил бы – и приклеилась же как банный лист! – и привычно потерял дар речи. Напротив, на ходу натягивая плащ, стояла истинная причина его печали, секретарша профессора, раскрасавица Алиса. Даже сердце на миг замерло – неужели все-таки оставляют? Мысль совершенно дурацкая – двенадцатый час ночи!
- Ребята пригласили отпраздновать. А я в окно увидела тебя с сумкой. Ну, думаю, совсем загрустил добрый молодец! Заглянул бы хоть, попрощаться! Ты куда сейчас, на вокзал? Пойдем, провожу, что ли? – скороговоркой проговорила она.
Тоже гусь, за две недели экзаменов так и не удосужился подойти. Хотя бы заговорить! Просто не пришло в голову, что все кончится так вот сразу и окончательно!
- Пойдем, коль не шутишь! – ответил он, – Только я – пешком! На метро неохота. Куда теперь спешить! Но, постой, тебе же утром на работу! Куда ты сейчас, на ночь глядя!
- Ничего со мной не сделается. А, правда, что это ты там разглядывал на небе? Я же видела! И хмурился еще…
***
Он сел на краешке кровати, не сводя с нее сверкающих в темноте глаз.
Она потянулась и включила торшер. И приподнялась на локте.
- Ну, и как ты меня находишь?
- Ты даже не стесняешься? – ответил он вопросом на вопрос.
- Чего уж теперь! – усмехнулась она, – И все же, ты не ответил.
- Знаешь, что? Никуда я, пожалуй, не поеду! Как возможно с тобой расстаться! Особенно теперь! Буду работать, устроюсь в общежитие.
Он встал и начал одеваться.
- Куда побежал, на ночь глядя? Метро, если хочешь знать, уже закрыто!
- Просто хотелось кофе попить. А в таком виде как-то… Я бы, конечно, остался, если не возражаешь. Только, что скажут твои родители?
- Насчет родителей лучше было поинтересоваться полчаса назад! И насчет кофе, кстати сказать, тоже!
- Полчаса назад это было не интересно!
- Нет, я живу одна, хотя мои родители и москвичи! Так что, вот, изволь. Ты, кажется, отхватил москвичку с квартирой! Не увиливай, лис, как все-таки ты меня находишь?
Она встала и прошлась перед ним. Он стоял уже в брюках и держал в руках рубаху. Рубаха полетела на пол, он подхватил Ее на руки и прижал к груди.
- Ты еще спрашиваешь? Да, я все две недели, если хочешь знать, не сводил с тебя глаз! Но даже и представить себе не мог, что ты такая красивая…
- Вот то-то же! – она легонько щелкнула его по кончику носа, выскользнула на пол и накинула халат, – так что, можешь оставаться здесь. А насчет аспирантуры, с профессором я завтра поговорю… ну, ладно, не дуйся, мы поговорим. Может, еще не поздно вернуть назад. А, может, он и так согласится, соискателем, например… кажется, только его подпись требуется.
Через две минуты кофе был готов, и они приступили к своему первому семейному ужину.
***
- Если бы не было волков, наша овца дошла бы до Мекки! – неожиданно изрек он, когда с кофе было покончено.
Она как раз присела перед холодильником, и оглянулась на его слова, – что конкретно ты имеешь в виду?
- Как ни странно, звездное небо. Которым любовался, когда ты подошла. Помнишь, ты еще спросила?
- Прекрасно помню! – ответила она и протянула ему бутылку шампанского, – Вот, открывай! Видишь? Я даже готовилась… к нашей встрече. Откуда было знать, что ты дождешься, когда в общаге трубы прорвет! А по поводу неба, даже и не сомневайся. Я задала вопрос и жду.
- Понимаешь, отчаянно хочется все это сохранить! – с неожиданными слезами на глазах прошептал он, – Помнишь такую планету, Юпитер?
- Конечно, а что с ней сделалось?
- Нет его больше, вздохнула Карлуша! Нет, правда! Он погас как раз, когда ты подошла.
- В такое еще можно поверить, но как получилось, что ты взглянул на него именно в тот момент?
- Потому что Меркурий и Венера погасли еще раньше! А вообще-то, не знаю, повезло, наверное!
- Может, просто ищешь не там? Или не тогда! Вот, Венера, например, Утренняя звезда! А ты, поди, высматриваешь ее, когда стемнеет!
- Ну, конечно! Уже лет десять! В любительский телескоп. Нет, тут придется поискать какую-нибудь другую причину! Посмотри в Интернете. Там про это уже все уши прожужжали!
- Странно, у меня почтовый ящик в Rambler. Я там ничего подобного, вроде, не видела! Хотя, вполне могла и прозевать. В последнее время он больше глючит чем работает. Говорят, магнитные бури!
- Ты просто не туда смотришь! Сама ведь знаешь, как у нас относятся к жареным фактам! Речь шла о СОИ и наших заклятых друзьях… из-за океана! Понимаешь? Надо быть непроходимым тупицей, чтобы уничтожать далекие планеты одну за другой и не выдвигать никаких требований! С Луны бы уж хоть начали!
- Короче, давай договорим утром! – подытожила она и сладко зевнула.
- Давай! – легко согласился он, даже не обижаясь, что она не слушает его мудрые речи, – А тетрадка, самая обычная, в двенадцать листов, у тебя в хозяйстве найдется?
- Для тебя, все что угодно! – она с трудом добрела до книжного шкафа, выдала ему тонкую ученическую тетрадку, и выключилась как свет.
Свет, правда, выключил он, проследив, что она уснула в постели, а не прямо на полу, и отправился на кухню.
***
- Привет! Так и не ложился? Ну, ты даешь! Ничего, сегодня у нас только общая консультация. Вернемся, будешь у меня спать как миленький! Ты мне нужен здоровый и сильный, а не сонный, как курица!
Он сидел в кресле напротив постели и листал ту самую тетрадку. Увидев, что она открыла глаза, улыбнулся и встал.
- Поднимайся, соня! По моим подсчетам, выходить через пятнадцать минут! Долго тебе собираться? Пойдем, я кофе соорудил!
- Так, как тебя, говоришь, зовут? – поинтересовалась она по пути на кухню, – Не Эваристом Галуа? Как поживает новая Теория Групп?
Там и правда оказался приготовлен нехитрый завтрак.
- В данном случае, Общая Теория Поля. Испытывающаяся сейчас новая МКС вполне может послужить генератором, – ответил он, устраиваясь напротив, – и теперь я готов ответить на все твои вопросы. Наконец, сошлись концы с концами.
- Постой, сама догадаюсь! Итак, мы имеем загадочное исчезновение трех планет. Правильно я понимаю? Кстати говоря, только эти три? Меркурий, Венера и Юпитер? А могли они не исчезнуть, а, скажем, просто перестать светиться?
- И Марс тоже! Еще раньше Юпитера. Сама посуди, как это может быть?
- Не может, значит, не может. Откуда мне знать? Ты же у нас ученый! А я простая поэтесса. Вынужденная зарабатывать на жизнь секретаршей. Тогда законный вопрос: а как же мы? Почему Земля пропустила свою очередь? Или это ожидается с минуты на минуту?
- Логично мыслишь! – перебил он ее, – Сразу отвечу: не знаю!
- Так, это же самое интересное! Ну, ладно, что имеем, то имеем.
- Это еще не все. Прибавь сюда недавние землетрясения по всему миру. И последнее, ты включала в последние дни компьютер? Помнишь, вчера напоследок говорила о магнитных бурях?
- Помню, конечно, раз сама и говорила! А что, есть другое объяснение?
- Понимаешь, родом я с Урала, но вырос-то в деревне! Ну, что, объяснять?
- Нет, постой, пора выбегать! Ничего, там накрашусь! Пошли…
Судить, да рядить обо всем на свете – головы не хватит, и посему они предпочли решать проблемы по мере возникновения. Так что, без лишних мудрствований накинули плащи, покидали в сумки все, что необходимо и подвернулось, и под руку побежали к метро.
***
- Все в сборе? – произнес профессор, окинув рассеянным взглядом новоиспеченных аспирантов, – в таком случае, представляю вашего коллегу Трофима. Собственно, вы, конечно, уже знакомы. У него изменились обстоятельства, и теперь он получил возможность присоединиться…
Профессор говорил положенные слова, но мысли его, чувствовалось, витали где-то далеко.
Алиса и Трофим, оказалось, перестарались и приехали на встречу минут на десять раньше. И у профессора, который, несмотря на ранний час, оказался на работе, нашлось время поговорить с молодым человеком. О чем шла речь, неизвестно – разговор состоялся за закрытыми дверями. Но ровно в девять утра, когда была назначена первая общая консультация, они вдвоем появились в дверях его кабинета.
- Все в сборе? – рассеянно произнес профессор, обводя внимательным взглядом притихших аспирантов, – На это время была назначена наша первая консультация. Должен сказать, обстоятельства изменились. Вот что необходимо сделать немедленно…
***
Эта полусфера радиусом в сто километров появилась над Москвой ярким июльским утром.
Поначалу она едва угадывалась и казалась хрустальной. На самом деле, ее поверхность была проницаема только для солнечных лучей, но не для материальных тел. По отношению к элементарным частицам и, особенно, жесткому излучению, поверхность Сферы являлась потенциальным барьером, и его величина была пропорциональна количеству накопленной в поверхностном слое энергии. Внутри, согласно теоретическим воззрениям, должен был установиться своеобразный гомеостазис.
Не узнать о происходящем было нельзя. Хотя бы по обилию людей на улицах. Люди поступали через пропускные пункты, расположенные по границам Сферы, примерно совпадающим с границами Московской области. Поначалу, всю первую половину дня, люди на электричках приезжали в Москву. И просто стояли на улицах и смотрели на небо. Рядом с поросятами в мешках, кошками, собаками, козами, коровами и прочей живностью. Катаклизма ожидали с неба. В ближайшие часы.
***
Алиса с Трофимом, все еще не решаясь расстаться, или хотя бы отпустить руки друг друга, сломя голову неслись по Москве. Его родня жила далеко – на Урале, оставалось надеяться отыскать хотя бы ее родителей. Но мир, такой спокойный и ясный несколько часов назад, теперь встал на уши. С его, надо заметить, подачи. Метро закрылось. По требованию ученых. Никто не брался описать поведение силового барьера под поверхностью. Верхний транспорт тоже практически замер. В основном из-за обилия бродячих собак. И кошек…
Звери путались под ногами совершенно в неисчислимых количествах. Не иначе, повылазили изо всех нор. Не сказать, чтобы они вели себя сколько-нибудь агрессивно. Скорее даже наоборот. Но законы ГИБДД им были неведомы.
Пришлось пешком пробираться через пол-Москвы,
- Представляешь? – говорил на ходу Трофим, – теоретически, по внутренней поверхности Сферы можно ходить. И притяжение будет наружу. Немного забавно, но постепенно привыкнем!
- И не вздумай! Поджаришься!
- Да, нет, энергию эту снимать можно, но не так прямо!
- И скользить не будешь? Как корова на льду.
- Получится как по снегу, только тепло. А потом почву можно будет туда перенести. Представляешь, сколько новой земли?
- А с теменью что делать? – немного подумав, спросила она.
Ответа не потребовалось. Заселять небо можно только ангелам.
***
- Старший лейтенант Примаков! – неожиданно рявкнул репродуктор голосом профессора, – Вижу их на вашем участке. Они подходят к подземному переходу. Передайте командование заместителю и доставьте их двоих сюда ко мне в штаб. Под вашу личную ответственность!
- Граждане… Алиса и Трофим? – донеслось через минуту сзади, и молодые люди оглянулись, – Старший лейтенант Примаков. Прошу прощения. Не запомнил в суете фамилии. Мне поручено доставить вас в штаб немедленно. Прошу садиться в машину.
Молодой офицер стоял навытяжку на самом краю тротуара, и был еще моложе них. И рядом, наверное, одно из немногих, оставшихся на ходу колесных средств.
- Но я хотела предупредить родителей. А то, они радио не слушают, газет не читают, телевизор не смотрят. Как они там! – возразила Алиса.
- Не беспокойтесь! – ответил патрульный, – О ваших родителях уже позаботились. К тому же они москвичи – изначально находились в зоне! Ваши, – перевел он взгляд на Трофима, – тоже уже здесь. Вскоре вы сможете с ними увидеться. Кстати говоря, меня зовут Алексей!
С последними словами старший лейтенант сел за руль, и они медленно поехали в сторону центра. Алиса, как коренная москвичка, конечно, не могла запутаться здесь в направлениях. Но голова шла кругом. И молчаливые, неподвижные люди, заполнившие тротуары. И эта свалившаяся как снег на голову любовь, и десятки, если не сотни собак, по хозяйски разгуливающих по улицам. И даже не лающих на проезжие машины. И бешено мчащиеся кошки, тоже в невероятных количествах. И бессчетное количество птиц. В общем, запуталась.
***
- Так. Прибыли? Отлично! Стойте здесь и не шевелитесь. Возможно, вы понадобитесь. Если хотите есть, кофе и бутерброды вам принесут! – поприветствовал их профессор, с которым они расстались – страшно сказать – целых двенадцать часов назад.
***
Этот шестнадцатиэтажный многоподъездный дом стоял на окраине пустыря. Солнце едва появилось и, казалось, занимало половину горизонта. Было ясно, ветрено и не по-летнему морозно.
Двор был чисто убран и единственное, что нарушало эстетику ландшафта, происходило прямо у песочницы перед центральным подъездом.
Трудно сказать, что не поделили между собой эти два мужика, но дрались они не на жизнь, а на смерть. И в данный момент, молчаливо сопящие, клубком катались по земле.
Трудно сказать, сколько уже длилась драка, и как долго они собирались продолжать, но неожиданное событие заставило их остановиться и сесть в траве, с трудом восстанавливая дыхание.
Из автобусов, подъехавших фактически вплотную к дому, выскочили военные. Не обращая внимания на дерущихся, молчаливые парни устремились к подъездам. Очевидно, кодовые замки были не тем препятствием, которое их остановит. Секундная заминка, и приехавшие скрылись в темноте подъездов.
Мужики одновременно вскочили на ноги, не понимая, что происходит.
- Что за хрень! – в сердцах крякнул один.
- Внимание! – дошел, наконец, до их сознаний приятный женский голос из репродуктора, – Просьба жителям микрорайона погрузить все живое на автобусы. Автобусы отправляются рейсом на Москву. Счет времени идет на минуты!
Мужики хмуро пожали друг другу руки и разбежались по своим подъездам.
***
- Ты – носитель информационного канала, – не оборачиваясь, пояснил профессор Трофиму, – поэтому и должен быть все время под рукой! Проблема в том, что нам катастрофически не хватает энергии. Термояд мы не освоили. А ущемлять Его, – на секунду задумался, – или Ее, не знаю еще, кто там вылупится, считаем невозможным по этическим соображениям.
Профессор стоял на месте Сменного Руководителя Полетом подмосковного ЦУП фактически в роли диспетчера, и виделось в этом что-то символическое. За необходимыми ближайшими делами, о будущем старались не задумываться. А оно явно было не за горами, и радужных перспектив не сулило. Хотя, сутки назад катастрофа вообще представлялась неизбежной!
Причина надвигающегося катаклизма в Средствах Массовой Информации не озвучивалась. Неизбежное недоверие к слишком простому объяснению наверняка грозило привести к катастрофе реальной. А потерять предстояло ни много, ни мало, саму планету. И расчетное время неумолимо приближалось. Варианты предотвращения кризиса, нехитрые, но не обещавшие стопроцентный успех, всерьез даже не рассматривались ни нами, ни, как оказалось, американцами, по одной и той же причине: чисто этической. Которая приобрела неожиданно смертельно серьезный характер.
В этом отношении наливающаяся понемногу энергией и оттого ясно различимая теперь полусфера над головами представлялась сущим спасением. Если только ученые не ошиблись и весь воздух попросту не выветрится в окружающее пространство. Вот только хватит имеющейся энергии не надолго!
- Эвакуацию поручили военным, а они, когда требуется, работают очень быстро! – не оборачиваясь, сказал профессор.
- Здесь только из нашей страны? – дрогнувшим голосом уточнила Алиса, глядя на висящие под потолком гигантские мониторы, на которых сейчас отображались пропускные пункты. Там шел непрерывный поток людей.
- Нет, почему же, Европа уже поступает. Китай начнет примерно через полчаса. Америка только к вечеру…
В одном из пропускных пунктов появилась забавная процессия. Шесть кошек проворно бежали между ног у людей, не обращая на последних никакого внимания. И каждая в зубах держала по котенку.
- Вы думаете, у них там демографический взрыв? – пояснил профессор, – Как бы ни так! С утра насмотрелись! Вот, глядите!
Пять кошек отпустили котят на свободном пятачке внутри полусферы и убежали. А шестая внимательно осмотрела выводок, лизнула каждого, и они все вместе неспешно потрусили следом.
- То-то и оно, – пояснил профессор, – живность оказалась умнее нас. Почему мы сразу и подхватили твою, Трофим, идею! Настоящее паломничество уже вторую неделю! А с птицами – стаи воробьев до миллиона особей в каждой? Для них приходилось открывать целые сектора! Не исключено, и черви успели сползтись со всего мира!
***
- Ваша честь, Китай прошел на сорок процентов, необходимо увеличить радиус! – с преувеличенно правильной интонацией, как может сказать только иностранец, доложил военный и сразу представился, – Бригадный генерал Донован, Соединенные Штаты. Сейчас пойдут наши! Заодно просим разрешения испытать автоматический рычаг, увеличивающий сферу до максимума в момент взрыва, – и, предупреждая очевидные возражения, пояснил, – при любом радиусе ниже критического по нашим расчетам система нежизнеспособна!
- Действуйте! – коротко распорядился профессор и обратился к Трофиму, – вы двое со старшим лейтенантом Примаковым можете выйти на улицу. Под его личную ответственность. Там лучше видно. В случае необходимости мы с ним свяжемся!
Две диаграммы на месте большого экрана привлекали всеобщее внимание. Справа зеленая – процентное количество людей, поступивших в Сферу, и слева – красная – время, оставшееся до расчетного момента взрыва. И обе уже успели зашкалить за сто процентов, образуя спираль.
Военный медик озабоченно проворчал: “Еще десять минут, и по нашим оценкам, Она погибнет! Миг по Ее личному времени!”.
На экранах было видно, как одновременно через все восемь пропускных пунктов прошли последние люди, и за пределами Сферы все замерло.
- Это точно все, в отображении нет ошибки? – спросил профессор стоящего за его спиной техника неожиданно усталым голосом.
Тот в ответ только развел руками.
- Все правильно! Данные мониторов подтверждаются по нашим каналам со спутников, – поддержал коллегу генерал Донован, – людей за пределами Сферы не осталось. Дикая природа практически вся здесь, морская фауна тоже. Напомню, они пустились в путь намного раньше! Пернатые – больше чем на девяносто процентов. Да и остальные на подлете. При увеличении радиуса они автоматически окажутся внутри! По нашим данным Атлантику пересекло даже нескольких куриц!
Генерал скупо улыбнулся.
- Как вы успели? – тихо спросил профессор, – Вы просто не могли успеть!
- Третий мир собрался вокруг столиц и больших городов, спасаясь от землетрясений. А мы воспользовались любезно предоставленной вами теорией поля. И увеличили скорость летательных средств на порядки. Проблема была только в выборе направления. Чтобы не вылететь за плотные слои атмосферы. Точности аппаратуры теперь могло не хватить. Но нам повезло. Ваши, кстати говоря, сделали то же самое!
- Может быть! – спокойно пояснил профессор, – Я не в курсе – просто не отходил от этого места.
Восемь экранов вытянулись в непрерывную линию, и образовали купол над головами, куда сразу же пошла трансляция звездного неба.
Полсотни взглядов тут же приклеились к Луне. Казалось, она сошла с ума. Или сошли с ума все. Спутник как будто вытянулся в эллипс и принялся выписывать странные пируэты. И даже, вроде бы, махать крыльями.
И мир взорвался.
Пол под ногами мелко затрясся. Раздался легкий хлопок – это сработал автомат американцев – в последнюю минуту они все-таки успели его подключить – и тряхануло так, что все повалились на пол. И, кстати сказать, не только в помещении ЦУП!
Слабо светящуюся границу Сферы, несмотря на темень, теперь видно было хорошо. Как в комнате, освещенной тусклой лампочкой, за окном которой чернело звездное небо.
Трофим с Алисой встали. Рядом поднялся Алексей Примаков. Все вокруг тоже – похоже, серьезных повреждений никто не получил. Народу было удивительно много. Хотя и ночь, и за оградой…
Снаружи, где-то далеко, сияло Солнце, но атмосферного эффекта не было: звезды были хорошо различимы во множестве. А рядом, прямо за пределами Сферы, разлетались куски земной коры. Сейчас они действительно напоминали скорлупки гигантского яйца.
От бесконечно более близкого теперь горизонта к зениту, отчаянно махая крыльями, вспорхнула огромная светло-синяя птица. Несмотря на размеры, очевидно, еще птенец. И принялась описывать вокруг Сферы круги. Подлетела к Луне, теперь та напоминала пичугу цвета сливок или слоновой кости. Если Земля была похожа скорее на орленка, то та – воробей и есть!
Вокруг порхали еще несколько птиц. Сразу трудно было сообразить, чем они занимаются.
Гигантский темно-красный красавец скворец завис прямо перед Сферой, и, недолго думая, клюнул. Народ вокруг в один голос ахнул. Но Сферу даже не встряхнуло. Конечно, она выдержала. Да и не могла не выдержать, - сообразил Трофим. Да и птенец, скорее всего, просто играл.
Ярко розовая жар-птица, пролетая мимо, остановилась на секунду, покрутила хвостом, как бы показывая: “Смотрите, как я хороша!”
И вернулась Земля.
Показалась исполинская голова. Бледно-синяя. С металлическим отливом. И клювом. И перьями, смешно топорщащимися на хохолке. Огромные крылья бережно подхватили слабо светящийся шар, шея изогнулась, и они, очевидно, оказались у птенца на спине!
- Хвала Создателю! – вырвалось у профессора, – Без навигации у нас имеются уже не часы, а месяцы! А там что-нибудь придумаем! Тем более что канал в целости и сохранности!
Несколько птичьих мордочек – иначе и не скажешь, несмотря на исполинское размеры – видно же, что птенцы! – появились вокруг – розовая, темно-красная, и, наверное, в тысячу раз массивнее – зеленоватая.
- Добро пожаловать! Прошу знакомиться, коллеги, – весело прокомментировал профессор, – Венера, Марс и Юпитер.
Птицы устроили какую-то кутерьму, но увидеть, чем они там занимаются, не удалось. Земля затрепетала крыльями, вскинула голову, по экрану пошла привычная по предыдущим временам рябь, и видимость сделалась практически нулевой. И даже голова Земли исчезла из поля зрения.
- Это она курлычет! Маму зовет! – догадалась Алиса.
Видимость вскоре восстановилась. И половину небосвода заслонила ослепительная птичья голова. Голова внимательно оглядела притихших людей, и силовая оболочка тут же стала наливаться энергией.
***
- И куда мы теперь? – спросил Трофим чисто риторически, глядя вместе со всеми, как огромная птица и вслед за ней девять больших птенцов, и еще невесть сколько малявок летела в ночной тишине. А у третьего из них на спине переливался их кокон.
На мгновение показался пятый – Юпитер. И тут же все, собравшиеся вокруг ЦУП, поняли, чем занимались птенцы только что. На спине у него красовалась собранная из скорлупок планета…
- В жаркие страны, конечно! – с улыбкой ответила Алиса.
|
| |
| |
Подскажите программу для рисования карт,только не общую с рельефом,а именно где можно прорисовывать дома и дороги и все в этом роде
