Летняя сказка

Значится, выходит, что в некотором царстве, некотором государстве жил да был серый волк…

И нечего хмыкать, салага! Толкую я о тебе. Мы-то живем здесь, в лесу, и про эти ваши царства-государства слыхом не слыхивали. Ты же, гляжу, исполнясь благодати Лесного Духа, грамоте обучился, с чем и поздравляю! Не каждый серый сподобится.
А про то, о чем речь пойдет, оно дело ясное. Конечно, о зайцах! О ком же еще, кроме как о них, родимых. Наслушался, небось, со щенков сказок: дрыхнут, мол, длинноухие днем где-нибудь в лежках, а уж ночью им и раздолье. Может, где оно и так, да только не в нашем лесу. Давно бы всех переловили. Выдумки все это охотничьи!
Живут косые в поселках. То ли семьями, то ли стаями как мы, не ведаю, а брехать не обучен. Только поодиночке, да сонными ты их здесь ни в жизнь не встретишь. И не надейся.
Об этих заячьих поселках Охотники, шкуру даю – не ведают. Да и стоит ли их, охотников-то винить? Слава Лесному духу, что не ведают!

Сразу поясню, чтоб зря голову не ломал. Сам-то я родился в охотничьем поселке. Псом. И только потом, в силу обстоятельств, оказался в лесу, о чем и не жалею. Так вот, они там своих зайцев выращивают. В пищу. Бестолковые, надо сказать, создания! Посади такого на пенек, век не слезет. Кроликами называются. Ну, так не о них речь. Я-то толкую совсем о других поселках. Чисто заячьих.

***
Великой тайной окружают зайцы эти свои поселки. Здесь среди мохнатых еловых лап и прячется от посторонних глаз, носов и ушей все их нехитрое хозяйство: домики–“норки”, капустные плантации, морковные поля…
Сейчас самый разгар лета, набирает соки моркуста, последнее изобретение знаменитых заячьих ученых – извечные лакомства, капуста и морковь в одном растении. Теперь держи ухо востро. Чуть зазевался, а волчьи разведчики тут как тут. И опять набег. И опять разоренные поля. Разрытые, разрушенные норки. Опять все начинай сначала…

Набег

Сегодня с утра ничто не предвещало беды. Как всегда заискрилась на солнышке зеленая травка. Зайчата высыпали из норок, запищали, сбиваясь в веселую стайку. Старые зайцы на завалинках неторопливо раскуривали трубки...

- Волки! Волки! – раздался вдруг пронзительный писк часового.
Что тут началось! Зайчихи ринулись собирать разбегающихся зайчат. Вокруг норок засуетились зайцы, хватая все, что уместится в охапку. Бросая это, подбирая что-то еще…
Старый заяц с палкой в трясущихся лапках выбежал на окраину моркустного поля, с бессильной яростью всматриваясь вдаль.

Кстати, для серых. Заячье поле вполне поместится где-нибудь под елью. Так что, нечего варежку разевать. И тогда уж заодно. Мы в тот раз бежали охотничьей тропой, и вправду пыльной.

- Посторонитесь, дедушка, – пискнули сзади.
Обернулся. Из ближайших кустов проворно выбежала на задних лапках вереница зайцев и выстроилась прямо перед ним мордочками навстречу приближающемуся облачку пыли. Одна из зайчих торопливо шагнула вперед, оглядела строй, и поменяла нескольких зайцев местами.
Повеяло свежим ветерком. Среди серых туч выглянул клочок ослепительно голубого неба.
В общий шум переполоха незаметно включился завораживающе мягкий ритм напряженно несущихся лап. Волчья лавина накатилась на реденькую цепочку зайцев…
…и ее остановило, как стеной. Лапы, морды, клыки, когти, зайцы, волки закружились в неистовом вихре.

Переполох в поселке заметно поутих. Зайчата, приободренные неожиданной защитой, тоже рвались в бой. Зайчихи недоверчиво остановились. Теперь, среди зайчат, уж конечно, не до собственной шкурки. Та, что оказалась ближе всех к околице, отобрала у зайчонка палку и начала потихоньку пробираться вперед. Но остановилась и принюхалась. Из клубов пыли доносилась самая зверская звуковая гамма: рычание, топот, клацанье… все что угодно кроме главного. Отчаянного заячьего писка.
Миг, другой, третий ничего больше не происходило.

Наконец, появился первый пострадавший. Грозный совсем недавно волк смиренно шествовал, поджав хвост. Жалобно поскуливая и подволакивая раненую лапу. Отковыляв в сторонку, и заметив невольных зрителей, злодей приосанился, и сердито тявкнул.
Все кончилось через какие-то мгновения. Исцарапанные волки с висящими клочьями шерсти, поджав хвосты и тоскливо подвывая, ретировались. Зайцы-победители весело вскинули правые верхние лапки и дружно пискнули: – “Царапэ!”
Кто-то из них крикнул: “Вас приветствует группа профессора Мышайки! Записывайтесь в школу Царапэ!” Лидер коротко кивнула, и вся цепочка проворно покинула территорию поселка. Перепуганные зайчихи даже не успели перевести дух…

Встреча

Солнышко сияет для всех, а вовсе не только для зверья, и ничто не могло поколебать отличного настроения многочисленной птичьей мелюзги.
Снег, может, где в зарослях и долежал до сей поры, но только не здесь, на поляне. Трава поднялась уже в полный рост, скрывая обитателей от палящего зноя и недобрых глаз. После утреннего дождика, налетели воробьи. Отовсюду слышалось их развеселое чириканье. Казалось, чирикают сосны, цветы, весь мир…
Лес переполнился солнечными трелями. Один из пернатых спорхнул прямо на ухо псу.
Только поначалу можно было принять его за поселкового. Из охотничьего поселка. Но лесного обитателя ни с кем не спутаешь. Таковым он и был, сколько себя помнил. Ухо дернулось, отгоняя озорника, но сам хозяин этого даже не заметил.

…видел бы наставник! Совсем развезло серого. Солнышко. Трава выше головы. Правда, если лежать как сейчас. Цветы пахнут. Знать бы, как они называются! Вот еще! – даже встряхнулся от возмущения, – пусть зайцы ученостью щеголяют! Ветерок. Облака, кстати похожие на зайцев. А вот и она…

На дальнем краю поляны из травы выглянула заячья мордочка. И тут же скрылась. Но серого не проведешь. Сейчас появится, как миленькая. Отпрыгнет только подальше в сторону. Зайчишка выскочила в трех прыжках правее из густых кустов и побежала на задних лапках наискосок через полянку, тихонько мурлыча какую-то нзатейливую песенку и пританцовывая.
Вот сейчас увидит и убежит. Конечно, убежит! Я волк, а она – заяц.

- Здравствуй, длинноухая!
Зайчишка выбежала, получается, прямо на серого, и озадаченно остановилась. На мордочке отразилось неприкрытое любопытство. Волк сел и почесал задней лапой за ухом:
- Послушай, а почему это ты меня не боишься?
- Потому, что ты совсем не страшный!
- Ну, ты уж и скажешь, не страшный. Ты заяц, а я – волк.
- Какой же я заяц!
- А кто ты?
- Я незаяц.
Разве такие бывают? И ушки у тебя длинные. И хвостик кругленький. И шерстка серенькая…
- Да, да, все правильно, все это я, только я – незаяц.
- А чем вы, незайцы, отличаетесь от зайцев?
- Мы совсем невкусные, горькие, и нас волки не едят.
- Ну и пусть они вас не едят, а я вот схвачу тебя сейчас за ушки и съем!
- Не съешь, грозный волк, – и пощекотала ему нос травинкой.
С края поляны раздался хриплый волчий рык: “Курсант Просто Серый!”. Волк обернулся к наставнику, а когда оглянулся попрощаться, зайчишки уже и след простыл…

Из передачи волчьего радио:
“с недавних пор в лесу появились так называемые незайцы. Собратья! Если у таких хитрецов длинные ушки и круглый хвостик, это самые настоящие зайцы. Также завелись некие карликовые, длинноухие, круглохвостые тигры альбиносы. Эти пройдохи также есть не кто иные, как заправские зайцы, столь же съедобные и вкусные, как и все прочие…”

Пробная атака
…сколько ни рычи, брат, будто видывал зайцев на своем волчьем веку, считай, ничего ты и не видел. Если не побывал сегодня с нами на большой еловой поляне. Вот уж где собралось этого ученого заячьего люда…

Не сказать, что здесь собрались все зайцы леса. Все здесь в жизни бы не поместились. Но набежало их сюда порядочно. Кто посмелее или поученее, устроились прямо на поляне, а остальные – по окрестным кустам. Так что, кто называет нас разбойниками, пусть не пищит! Хотели бы, пир на весь мир устроили! С нашим появлением, большая часть, конечно, разбежалась. Собственно, на это и был расчет…

На центральном пенке – заяц-председатель решительно пищит, размахивая передними лапками, чтобы привлечь внимание длинноухого собрания:
- Уважаемые коллеги! Позвольте поздравить нас всех с открытием очередного диспута, организованного Академией лесных наук. Тема сегодня – пути развития заячьего народа. Приветствуем наших знаменитых оппонентов! Большой пенек занимает доктор Всех Капустных наук, академик Белошерсткова! Ассистент докторант Белошейкина. На малом пеньке доктор Морковных наук, лауреат премии Зеленого горошка, профессор Мышайка! Ассистент аспирант Рыбуси. Слово предоставляется уважаемому академику.
По поляне прошелестел всеобщий вздох. Академик, поддерживаемая под лапку докторантом, неторопливо взобралась на кафедру.
- Глубокоуважаемый председатель! Уважаемые коллеги! Глубокоуважаемый оппонент, профессор Мышайка! Дорогие зайчишки! Со всем вниманием относясь к мнению о путях развития заячьего народа, высказываемому оппонентом, вынуждена решительно возразить по существу вопроса. Ваши физкультурные упражнения, дорогая коллега, безусловно, следует всячески приветствовать…
Академик на миг умолкла, обводя взглядом поляну. Ну, конечно! Зайцы и есть зайцы. Какое там Царапэ! Если на самой поляне ушек раз, два и обчелся, то уж там, дальше, в кустиках… разве что на сосны не позабирались. И глубоко вздохнула…
- Но обратимся к реальности. А реальность такова, что волки по-прежнему остаются волками. Как раньше, так и теперь они питаются в основном нами, зайцами. И отсюда следует главный принцип, изучаемый еще в школе: по команде “Волк”...

Речь оратора оказалась прервана шумом в районе южных кустов. Изрядно потрепанный заяц из охраны академика припадая на раненую лапку, бежал к центру поляны, отчаянно вереща: “Волки!!!”
Тут же появились и серые разбойники. В заячьих рядах возник переполох. Одни в ужасе рванули в кусты. Другие стремглав выскакивали навстречу. Волки быстро и умело рассыпались по поляне. Двое самых матерых устремились к профессору Мышайке. Мышайка вклинилась между ними и принялась атаковать злодеев по очереди. Серые прекрасно знали, кого атакуют, но все же от неожиданности опешили. Каждый подался на полкорпуса назад. На выручку профессору бросилась группа Царапэ.

Со стороны большого пенька донесся пронзительный писк. Четверо волков уносили отчаянно отбивающуюся академика, не обращая внимание на бестолково мечущуюся под лапами докторантку. Белошейкина, придя в себя, всплеснула лапками и кинулась собирать рассыпанные по траве листики с драгоценными тезисами патронессы.
На краю поляны наперерез злодеям самоотверженно бросилась длинноухая охрана. Завязалась отчаянная потасовка. Волки потеряли несколько мгновений, преодолевая сопротивление. Вскоре косые остались позади. И край поляны – в трех мощных прыжках.
В этот момент сзади, под острым углом, их атаковала стремительно набегающая Рыбуси. С ходу запрыгнув на загривок ближайшего волка, она перебралась на его голову, перепрыгнула на макушку следующего и, пробежав буквально по головам, решительно бросилась на лидера сверху. От неожиданности злодей выпустил ушки Белошерстковой. Рыбуси проворно оттеснила академика к огромной ели, одновременно не пропуская в ближайшие кусты. Четыре волка окружили беглянок полукругом. И из тех самых, таких спасительных и мирных кустов, выглянула волчья морда…

Из передачи лесного радио:
“…можно по-разному относиться к так называемому Царапэ. И все же, в который раз мы убеждаемся в его эффективности. Вчера стая волков, нарушителей конвенции атаковала во время публичного диспута академика Белошерсткову. Порядок был восстановлен силами школы Царапэ. Особенно отличилась всеобщий заячий кумир, мастер спорта Рыбуси. Она буквально вырвала академика из лап волка и в одиночку до подхода основных сил защищала ее против четырнадцати серых оппонентов…”

Заячья школа

Заячья школа работает, как правило, по утрам. Едва выглянет солнышко и зачирикают птички, зайчата высыпают из норок, с веселым визгом разбегаясь по полянке. Учительница, с большим трудом собрав в кучку непоседливых питомцев, начинает урок. Длинноухие школьники, прилежно сложив лапки и навострив ушки, внимательно слушают.

- Зайчишки! Сегодня речь пойдет о сигналах опасности. Таких насчитывается два, но под угрозой ушьена рекомендую слушать внимательно.
Зайчата зашумели. Кое-кто попытался задать стрекача. Но быстро сообразили, что непосредственная опасность пока не грозит, и опять навострили ушки.
Итак, по команде “Волк!” – продолжила урок учительница, – мы убегаем. По команде “Охотник!” – затаиваемся. Команда “Охотник!” имеет приоритет. Если после команды “Волк!” услышали команду “Охотник!”, немедленно затаились… теперь все взяли листики. Пишем диктант, – зайчата зашуршали, раскладывая письменные принадлежности на коленках, – советую сохранить эти записи. Изучить противника – половина успеха.

Записки Старого Морского Волка:
“Салага! Если ты надумал поймать зайца, хватай его непременно за ушки. Иначе извернется и убежит. Кстати, хватай поближе к голове. А то еще и укусит”.

- Теперь проверяем то, что написали. Слово “салага” пишется с тремя гласными “а”. В слове “морской”, проверяем словом “море”, вторая гласная “о”.
Один из зайчат поднял лапку. Учительница кивнула, разрешая задать вопрос.
- А что делать, если после команды “Охотник” появилась собака?
- Молодец! Этот материал мы должны проходить позднее, но раз уж ты спросил, я отвечу. Если после команды охотник появилась собака, мы удираем. Собаки специально учатся в охотничьих поселках, они обязательно вас учуют, опять же схватят за ушки и потащат к охотнику.

Волчья академия
- Курсанты! Мне, вашему старому наставнику, доверено открыть нынешний курс Волчьей академии. Позвольте начать с небольшого вступления. После того, как мы попереловим всех зайцев, наступит поистине золотой век волчьего народа…

Старый Морской Волк прошелся по полянке, оглядывая строй. Молодняк с горящими глазами внимательно слушал. Сегодня их первые шаги к высокому званию Лесных Вояк, а имя наставника окружено легендами. Придирчиво оглядев будущих соратников, продолжил:
- Итак, зайцы. Заяц, как известно, создан Лесным Духом специально, чтобы им питались мы, волки. Каков же он – заяц? Заяц состоит из двух длинных ушек, за которые удобно хватать, и которыми он по какому-то недосмотру Лесного Духа внимательно слушает, не приближается ли волк. Также в состав зайца входят четыре лапки, которыми он от нас и удирает и тельце, к которому крепятся лапки и мордочка, служащая для крепления ушек. Тельце и мордочку соединяет шейка, которой он вертит, высматривая нас, волков…
…
Занятие Волчьей академии продолжается. Вступительная речь закончилась. Курсанты по-прежнему сидят на задних лапах в шеренге и наблюдают за наставником, прохаживающимся перед строем.

- Курсант Рваное Ухо!
- Тяф!
Что делать, если увидишь зайца?
- Ловить.
- А поймал?
- Съесть.
- Правильно. Курсант Длинный Клык!
- Тяф!
- Что делать, если увидишь убегающего зайца?
- Догонять.
- А догнал?
- Съесть.
- Правильно! Курсант Просто Серый!
- Тяф!
- Что делать, если увидишь зайца?
- Ловить.
- А поймал?
- За ушком почешу.
- А потом?
- Отпущу.
- Как же так, курсант!
Курсант Просто Серый встает на задние лапы и смущенно разводит передними: “Они такие красивые, серенькие…”
- Спасибо, курсант, – Просто Серый садится на место. Он примерно на голову крупнее любого из собратьев. Наставник взволнованно бегает перед строем. Наконец, останавливается, – не для подражания, а для сравнения. Почему все зайцы в лесу будут принадлежать ему, а не вам?
Старый Морской Волк остановился, обращаясь, вроде бы, к Длинному Клыку. Курсант сидит в позе бурундука, выпучив глаза и проглотив язык.
- От всех нас за версту несет псиной. А он испускает запах сирени, – продолжил наставник.
- Так что, выходит, если я тоже буду валяться в цветах… – Длинный Клык, вроде бы, очнулся.
Ему, не покидая строя, отвечает Рваное Ухо:
- Дурень! Пес он и есть пес. И пахнет как пес. Хоть он волк, хоть поселковый! Речь идет о мыслях…
Старый Морской Волк взмахом лапы прервал оратора:
- Правильно, приятель, – кивнул он Рваному Уху, и обратился опять вроде бы к Длинному Клыку, – он такой, а ты другой, и в данном случае это не твоя вина и не его заслуга. Здесь опять встает вопрос о родословной. Поймите меня правильно, – он оглядел весь строй, и стало понятно, что и раньше обращение относилось ко всем, – я не призываю никого поджимать перед ним хвост. Только учитывайте, кто он такой, – Старый Морской Волк сделал паузу, и обвел строй строгим взглядом, – и каковы его реальные силы. И делайте это всегда, а не только сейчас, здесь и с ним. А теперь – дискуссия Перегрыз!
Холки вздыбились. Хвосты завиляли. Глаза загорелись…

Разговор по душам

В отличие от зайцев, мы, волки, постоянные поселения не жалуем. Обитаем, где придется. Лучше, конечно, стаей. Место ночевки выбирают старейшины. Обычно, где ельник погуще. Кстати, подумал – совсем, как зайцы! Вот, на одну из таких стоянок-ночевок мы и возвращались сегодня с курсантом Просто Серым после окончания занятий Волчьей академии.

Заметки на полях
В глубине леса охотники – гости редкие. Не любят они по чащобам лазить. И слава Лесному Духу! Но эта тропинка сохранилась. Хотя и заросла порядком. Специально выбрал, чтобы рядом бежать. Сначала она по сосняку шла, потом на край поляны вильнула. Бежать-то удобно, но не любим мы эти места: духом болотным несет. Собственно, отсюда и поляна. Ручей там заболотился. После в ельник свернули. Молоденький. Кстати, если кто заметил. Что это я, волк, проявляю такие широкие познания! Да, вот, были тут. Университеты. Но об этом как-нибудь в другой раз.

- Знаешь, хоть, кто она такая? – на бегу подняв морду, спросил наставник.
- Еще бы не знать! Когда ловишь каждый вздох, многое успеваешь заметить.
- Понимаю тебя. Нечто пушистое, серенькое, ушастенькое, беззащитное… только, думаешь, выйдет что-нибудь у вас?
Впереди тропинка заворачивала в ельник. Судя по всему, охотничьи посадки прадедовских времен. Перед ельником остановились. Старый Морской Волк принялся задумчиво грызть сухую ветку осины.
- Не знаю, – развел лапами курсант Просто Серый, – какая жизнь без нее! Конечно, когда-нибудь она выйдет замуж, спрячется в этом своем поселке… чего об этом толковать!
- Эх, курсант, думаешь, ты один такой? – снова пустились в путь, – Да было бы можно…
- Наставник, конечно, можно! Понятно, что лесные законы никто не отменял. Любовь не имеет права голоса. Но что еще остается! Так и будем бегать? А как же сердце?
- Сердце у тебя никто не отнимает. Разве что вместе со шкурой. Пойми, ты все равно останешься волком, а она зайцем! Где спрятаться от лесных законов?
Курсант улыбнулся, и эта улыбка, невероятная для волка, так украсила его морду, что подслушивающий из ближайших кустов заяц даже ахнул. Испуганно прикрыв ротик лапкой.
- Когда говорит любовь, молчат оракулы. Как-нибудь все образуется. Я верю в любовь…

- Гррр… Хррр… Гррр… - доносилось сквозь кусты в пяти-шести добрых прыжках. Волчьи уши стали торчком. Место сбора стаи! Старый Морской Волк решительно рванулся вперед, продрался сквозь мелкий кустарник, и они оказались на полянке.

(*) Клубок примерно из пяти приятелей по Академии катался на пятачке перед пригорком, где устроились старейшины. Те, не обращая внимания на молодняк, тихонько перерыкивались, обсуждая дневные новости. Хвосты у тех, что в клубке слабо виляли, и Просто Серый успокоился.
Наставник, отодвинув лапой рычащий клубок, молча прошел на пригорок, и устроился по соседству со старейшинами на пеньке, по ходу дела раскуривая трубку и натягивая очки. Наконец, придерживая левой лапой дощечку для записи, в сгущающихся сумерках принялся сосредоточенно писать…

Замечание на полях:
“Салага! Помни, первый принцип зайца – драпать. Лови его в местах кормежки и ночевки. Если увидишь косого на горизонте, лучше приляг и отдохни. Погонишься, только лапы собьешь, а ушастый все равно удерет”.

Добавлено (01.10.2010, 17:56)
---------------------------------------------
Какие бывают зайцы…

Неужели и сейчас не удерет? – думал курсант Просто Серый.
Он сидел, прислонясь спиной к березе, и наблюдал за приближающимися заячьими ушками, чуть выступающими в густой майской траве. Зеленая травка умылась утренней росой и сияла на солнышке. Хочешь, не хочешь, а на морде расплывалась улыбка.
Ушки замерли среди зарослей высоких голубых колокольчиков. Появился розовый носик и потянулся понюхать. Насладившись ароматом, зайчишка выбралась на привольно вьющуюся узенькую тропинку, не обращая на серого никакого внимания. Кто ж виноват, что эта тропинка пролегала как раз под той самой березой!

- Эй! Да ты совсем волков не боишься!
- Еще как боюсь! Только ты никакой не волк!
Волк испуганно ощупал себя лапами, – Правда? А кто же я?
- Ты заяц.
Волк облегченно перевел дух.
- Ну, ты и даешь! Какой же я заяц? Сама посмотри! И уши у меня короткие…
- Все правильно, ты короткоухий длиннохвостый заяц переростыш. Это профессор открыла. Она говорит, что релевантным признаком волков среди лесного народа, остается архаическая охота на зайцев и других мелких лесных зверюшек. Ты на меня не охотишься, значит, ты заяц.
- И теперь меня съедят настоящие волки? – на серой морде отразилось неподдельное огорчение.
Зайчишка рассмеялась, и захлопала в ладоши, – не бойся, серенький, они не охотятся на таких, как ты…

Из передачи “Волчьего радио”:
“…в последнее время среди наших собратьев появилась странная мода: некоторые этнические волки начали называть себя короткоухими зайцами переростышами. Такие, с позволения сказать, волки перестают охотиться, и питаются, наверное, Лесным духом. Посмеемся над этими чудаками и дружно займемся веселой охотой!”

Наглядное пособие

Сегодня в заячьей школе крутят кино. С утра в густом ельнике взрослые зайцы из тех, что покрупнее, забрались повыше на две соседние елки, и проволочками прикручивали уголки экрана, натягивая его таким образом между ветвей. К великому удовольствию зайчат, кои любили это действо, пожалуй, и побольше самого кино. Ближе к вечеру, когда стемнело, на высоком пне установили проекционный аппарат. Рядом расположился заяц-оператор. Зайчата расселись вокруг экрана. И сеанс начался.
На экране на небольшую полянку вбежал волк. Зайчата зашумели. Кто-то из тех, что поближе, даже бросился, было, наутек. Изображение остановилось.
- Итак, на полянке, где вы прячетесь, – указывает учительница на экран, – появился волк. Обратите внимание: он никого из вас не видит, – на ожившем изображении волк угрюмо озирается, – если при этом он рычит что-нибудь типа: “Ага! Попался длинноухий!” или “Так вот он где, этот заяц!” – сидите спокойно. Это волчья хитрость. Таких волков, которые первым делом не пытаются схватить нас за ушки, не бывает…

Заметки на полях

Если ты серый думаешь, что я совсем уже заврался, зря радуешься. Все эти премудрые штуки зайцы воруют в Охотничьем поселке. Нехорошо, конечно, но никуда не денешься! Сами-то мы изготовлять их не умеем!

Первая ссора

- Вот, хорошо, что ты бегаешь на четырех, – хмыкнула зайка, когда волчья морда появилась из густых зарослей полыни.
- Почему это? Между прочим, мы, волки крупнее. Нам трудно, – проворчал Просто Серый, усаживаясь по-собачьи. И протянул ей ромашку.
- Спасибо, – зайка просияла и укрепила цветок за ушком, – не думала, что решишься. Вот, носи на здоровье!
И в ответ водрузила ему на голову венок из одуванчиков. Волк заворчал, засмущался и задергал головой, пробуя стряхнуть. Но не тут-то было. Венок держался крепко.
- Собратья загрызут! – проворчал он, наконец.
- Не смеши. Такого не очень-то загрызешь. Ладно, урычал, будем расставаться, сниму. Пошли, погуляем, что ли…

У речки волк попробовал пройтись на задних лапах по самому краешку оврага, но не удержался, и скатился вниз.
- Представляешь, серенький, – пискнула зайка, спускаясь следом, – показывали сегодня кино. В качестве учебного пособия. И я говорю: “таких волков, что первым делом не пытаются схватить нас за ушки, не бывает…”
- Ну и что? Правильно говоришь! Конечно, не бывает.
- Что-то ты не очень торопишься меня сцапать…
- Погоди, со мной-то понятно, а кино вы где раздобыли? – заинтересовался он, отправляясь дальше.
Зайка искоса глянула на него с нескрываемым скепсисом.
- А ты знаешь, что это такое?
- Наставник рассказывал. Он сам видел. В Поселке. Охотничьем. Только там оно про охотников было.
- Вот из Поселка и стащили. Осуждаешь нас, воришек?
- Сами такие! А очки у наставника, думаешь, откуда? Постой! Стащить-то вы его стащили. А волки откуда на экране взялись? Тоже у Охотников взяли?
- Сами снимали, конечно! Думаешь, мы совсем серые?
- Да нет, я не о том. Посмотри, сколько вы всего разного делаете! Стащили кино. Научились его показывать. Теперь вот, зайчат учите уму-разуму.
- Ну и что? Я тебя что-то не понимаю.
- Разные побудительные мотивы. У нас и у вас. Ну, понимаешь, мы, волки, и вы, зайцы, даже хотим разного!
- Надо думать! Нам бы удрать куда подальше. А вам – сожрал серенького и на завалинку – дрыхнуть.
- Да нет, ты не понимаешь!
- Ясное дело, не понимаю, – зайка даже рассердилась.
Ссора прекратилась с первыми капельками дождя. Не дожидаясь ливня, решили на сегодня разбегаться…

“Внимание! Говорит Лесное радио. Передаем новости. Сегодня утром группа мышей-цараписток успешно отразила атаку охотящегося на них кота Васьки. Василий заявил нашему корреспонденту, что восхищен высоким искусством новых сереньких друзей. Он дал клятву больше никогда ни на кого не охотиться. Вышеупомянутый кот на всемышином собрании удостоен титула Почетной Мыши и записался в группу Царапэ, руководимую мастером Рыбуси…”

Два выступления
Этот старый малинник давно уже облюбован косолапыми. Зайцы сюда и не заглядывают. Так же, как и волки. Вот почему, именно сегодня для длинноухих сделано исключение..
- Привет, слышал? – пискнул один из зайцев, встретив приятеля.
- Конечно! – ответил тот, – Сегодня профессор Мышайка выступает!

Медведь дежурный встретил друзей-приятелей улыбкой, – бегите быстрей. Профессор уже пришла…
И зайцы, трепетно поджав ушки, юркнули в кустики, пробираясь на полянку, всю пушистую от зайцев. Пристроились с краю. Над кафедрой уже появилась заячья мордочка.
- Ух, ты! – пискнул один из вновь прибывших, устраиваясь поудобнее, – какая она высокая!
- Какая там высокая! – зашикали спереди, – Это она вся на пенек забралась! Тише, уже начинает.

- Уважаемые коллеги! – запищала Мышайка, – Настоящее выступление посвящено выделению релевантных признаков различия видов, что становится особенно актуальным в свете последних событий общелесного масштаба. Можно ли утверждать, как это считалось общепринятым до сих пор, что виды лесного народа различаются исключительно формой ушек, длиной лап и прочее? Безусловно, нет. Упомянутые признаки вторичны, и носят случайный характер. Доминантным же признаком, разделяющим популяции, служит единственно их архаическая агрессивность. Несмотря на обилие ягод, орехов, корешков, цветов, моркови, капусты и всего прочего вкусного, волки все еще охотятся на нас, зайцев.
Пенек опустел. Медведь-председатель обращается к аудитории.
- Какие будут вопросы к докладчику? – на полянке стоит тишина, – В таком случае, профессор Мышайка выступление закончила. Слово предоставляется ученице профессора, аспирантке Рыбуси.
Над пеньком опять появились заячьи ушки.

- Уважаемое собрание! Мое короткое сообщение посвящено этимологии слова-концепта “Искусство” в культурологическом аспекте. Говоря о релевантных признаках, разделяющих волчий и заячий языки, нельзя не отметить общей тональности смысловой нагрузки указанного концепта в рассматриваемых языках, выражающейся в имманентной активности субъекта по отношению к окружающему миру. В то же время, конкретная семантика термина совершенно разводит рассматриваемые языки, безусловно, отвечая требованиям релевантности. В заячьем языке слово отражает приближение к образу “Прекрасного”. Достаточно сравнить: солнечная полянка, игра светотеней, запах цветущих одуванчиков. Все это прекрасно. Совсем другая картина наблюдается в языке волков. Здесь термин интерпретируется как отглагольное существительное, производное от акционального, по другой терминологии глагола образа действия “кусать”. Таким образом, слово “искусство” многозначно и понимается по-разному в разных языках в зависимости от характера и особенностей менталитета или способа мышления народа его употребляющего. Спасибо за внимание.

Недовольно ворча, зайцы расходятся, – заумь релевантная. Стащили, небось, в охотничьем поселке и режутся в доминантные…
- Что вы! Что вы! – запищала зайчонок, и ростиком-то с собственные ушки, – профессор сказала, что волки – это не те, кто короткоухие, длиннолапые и длинномордые… – зайчишка на секунду затихла, широко распахнув фиалковые глазки, – все это не важно! Волки – это те, кто на нас охотятся. Хотя вокруг смотрите, сколько всего вкусного! Ну вот, а Рыбуси заметила, что и сами эти термины “вкусное”, “искусство” у нас, зайцев связаны с приятным, красивым, а у них… одно слово – волки…
Повеселевшие зайцы гладили ее лапками, пищали, аккуратно, кончиками лапок дотрагиваясь до шерстки…
Полянка быстро опустела…

Царапе. Группа начинающих

Из передачи “Заячьего радио”:
“Вместо вислого ушьена,
Полный заячий успех!
Приглашаем вас, зайчонок
В боевое Царапэ!”

Возмущенные зайчата, недоверчиво пища, окружили плакат с изображением волка. Занятие ведет мастер Рыбуси.
- Перед нами волк. Обратите внимание на постановку его корпуса. Он стоит на четырех лапах.
Зайчата возмущенно запищали. Волк стоял боком, развернув морду на зрителя. Он ощерился и казалось, что сейчас прыгнет. Мылышня не разбегалась. Они знали, что это только изображение.
- Должна заметить, – продолжила занятие мастер, – что все известные архаические волки, испокон веков именно так и охотятся. У нас, бегающих на задних лапках, заметное преимущество. Важно только выдержать темп. Рядом с его мордой вместо вашего бока или ушек всегда должны оказываться лапки с острыми коготками. Помните, чаще всего волк хватает лапой за ушки и на трех оставшихся бежит к чану. В этом случае – Вис.

Из передачи “Волчьего радио”:
- “… По всему лесу сегодня разбросаны лагеря по подготовке террористов. В многочисленных качалках занимаются боевики Царапэ…”

Школа Царапе. Вис

Тишину на лесной поляне, нарушают только стрекотание кузнечиков да чириканье немногочисленных любопытных пичуг с самых верхушек деревьев. Сквозь кроны пробиваются Солнце и мелкий дождик. На последний внимания никто не обращает. Взрослые зайцы сосредоточенно возятся с большой веткой березы. Они стараются наклонить ее поближе к земле. Ветка то и дело вырывается, обдавая присутствующих холодными брызгами. Наконец, все готово. Самый рослый из зайцев жестом подзывает четверых зайчат, что сгрудились на краю поляны. Зайчата нерешительно подходят. Главный заяц удаляется в ближайшие кусты. Вскоре он появляется в маске волка в компании с огромным котом. Зайчата робко подходят к ветке, и недоверчиво обнюхивают ее.
- Выше ушки, стажеры! – имитирует волчий рык рослый заяц, – Представляю вам наставника: Кот Василий. Школа Царапе-до. Мастер спорта. Группа мастера Рыбуси. Прошу любить и жаловать.
Кот, не говоря ни слова, подходит к ветке и вцепляется в нее зубами. Зайцы слегка приподнимают ветку. Василий оказывается висящим в воздухе. И принимается быстро размахивать всеми четырьмя лапами, имитируя царапающие круговые движения. Зайчата, задрав мордочки, заворожено смотрят. Наконец, ветка опущена. Кот возвращается на прежнее место и делает отмашку. Зайчата крепко хватаются за ветку зубками. Вторая отмашка. Ветка отпущена и качается в воздухе. Опять во все стороны летят мелкие брызги. Зайчата болтаются на ветке, и отчаянно размахивают лапками, повторяя действия наставника. Когда ветка останавливается, учащиеся по стволу проворно спускаются на землю. Упражнение повторяется несколько раз. Наконец, Василий жестом подзывает их поближе: “Молодцы, серенькие комочки! – зайчата просияли, – Сегодня мы отрабатывали предварительное упражнение к базовому комплексу “Вис”. Сам прием вам покажет на следующем занятии кто-нибудь из коллег зайцев. Только, когда вас схватят за ушки, помните еще и про зубки, которыми вы сегодня так здорово держались за ветку”…
И зайчата убежали, распевая известную школьную песенку:

Вот этот попался, который кусался,
Который царапался, тоже попался,
И этот попался, который щипался,
Который капризничал, тоже попался.
А этот ушастик, который ругался,
Устал бедолажка, и так разоспался,
Что найден был волком. И тоже попался.
Он храбро кусался, и грозно ругался,
Но только однажды за ушки попался.
Теперь его держат за белые ушки,
И соус готовят, чтоб скушать зверюшку.
И только зайчишка, который смеялся
И весело прыгал, один не попался…

Для укрепления духа
…а кто рычит, что все это так просто, пусть лучше сам… попробует… чем шуметь без толку… под лапу…
Невнятное бормотание, поди, и слышать было некому. На миниатюрной полянке, а, по сути, прогалине между березами, никого больше не было. Сам себе рычал. Для укрепления духа. Хотя, если на то пошло… так в лесу не бывает, чтобы совсем никого... и никаких тебе любопытных глаз, носов, ушей…
Волк горестно вздохнул, и в который раз за сегодняшний разнесчастный день, принялся за дело. Так не хотелось подниматься с мягкого, теплого мха…
Потянулся к стволу неширокой, в пол-обхвата березы, крепко уцепился передними лапами, и, перебирая, начал постепенно подниматься на задние…
Не получается… так и сворачиваешься на четыре… ну вот, Она ж может!
Наконец, вышло. Стоять в обнимку с березой оказалось даже удобно. Вот лапу отпустить – совсем другое дело. Попробуй-ка, оторви! Так когти в кору и вцепляются…
В очередной раз тяжко вздохнув… вдруг вспомнил о хвосте. Хвост безвольно елозил по траве, подцепив, оказывается, где-то прошлогодние колючки. И одна пребольно вцепилась в самый кончик.
Вильнув им несчастным, … хотя… колючка-то причем… смахнул ее лапой…
И вдруг понял, что свободен… лапа сама по себе оторвалась от ствола… и он сейчас пойдет… на двух…
Разбросав передние, верхние, уж теперь получается, в стороны, высунул от усердия язык, хвост-то уж свернулся в клубок. Сделал шажок, другой, третий…
И хрюкнул от досады, привычно шмякнувшись на четыре…
И тут же сторожко вскинул уши. В кустах заливисто, по-заячьи смеялись, и громко хлопали в ладоши.
- Привет! – появилась веселая мордочка, – Тебя еще никак не зовут?
- Нет, а что такое зовут? Хотя, сама же слышала – курсант Просто Серый.
Зайка фыркнула.
- Просто Серый! Вообще-то, зовут – это имя. Вот меня зовут Зеленоглазка. А прозвище – Мальвина. Это потому, что я учительница. А тебя я назову Котюха…


Кот наставник

Из передачи “Заячьего радио”:
…вчера командой мышей цараписток, из группы кота Василия, обнаружен Волк. Серый прятался на верхушке высокой ели, пытаясь подсматривать за занятиями школы Царапэ. Объединенными силами мышиного патруля, волк с позором изгнан за пределы школьной территории.

- Даже и не надейтесь, что я вас прощу, маленькие злодейки!
Кот уютно устроился на небольшом пригорке. В методических целях он выбрал именно этот, покрытый толстым слоем мха и без единой травинки. Судя по всему, а, особенно, по воинственно топорщащимся усам, настроен он был решительно. Хотя, кто их, кошачьих разберет. Вроде, бывает, шерстка вздыбилась, хвост трубой, а глядь – да он уж дрыхнет! Но в данном случае место выбрано специально. Чтобы хорошо видеть воспитанниц.
- Вот, ты, Красноушка скажи на милость, зачем вы полезли на эту ель? А если бы он кого-нибудь из вас сцапал?