- Благословите меня отче, ибо я согрешил….
- Говори, сын мой, в чем же твой грех?
- Я убил человека…

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- --------
Я достал пачку сигарет из кармана. Мои руки дрожали. Я едва смог зажечь спичку и прикурить, пламя так и уводило в сторону…

«Черт, - подумал я, - как я мог в такое вляпаться?!»

Только после того, как я сделал хорошую затяжку, я посмотрел на Тому и довольно спокойно произнес «Ты что, совсем охренел? Ты в своем уме? Ты хоть понял, что сказал вообще?!»

Он молчал, как-то нервно подергивая плечом. Наверное, не ожидал, что я отвечу так резко.

- Прости… - пробормотал он, побледнев.
- Нет, ты издеваешься? – раздраженно заметил я, не в силах поверить в то, что он ляпнул пять минут назад – Скажи, ты… издеваешься?
- Нет… - очень тихо произнес он и потупился, снова дернул плечом, - я думал… ты поймешь…

Я почувствовал, как в груди защекотало. Не выдержал и хохотнул… истерично хохотнул.
- Пойму… - повторил я и засмеялся уже по-настоящему, - ты псих! Ха-ха-ха-хаа… Я пойму? Ха-ха-ха!

Он снова молчал.

Я смеялся в тишине, как идиот.

Потом он снова передернулся и решил, что ему лучше уйти. Но я его остановил… Я был слишком раздражен и слишком взволнован…

- Нет, ты подожди, - сунул я сигарету в рот и поймал его за плечо, развернул к себе, - Тома… ты чертов гей, ты это знаешь?

- Знаю, - спокойной ответил Тома, кивнув.
- Постой… ха… так нельзя! Тома, так нельзя! Мне нравятся девушки, понимаешь… Де-ву-ш-ки! Это такие существа, очень мягкие и приятно пахнущие, понимаешь?
- Я не идиот, - вырвал он свою руку из моей хватки.
- А я в этом сомневаюсь! Ты только что признался мне в любви! Ты идиот!
- Но я думал… - пробормотал он почти невнятно, опуская голову.
- Что ты думал? Думал, что я тоже идиот, да? Черт, ты мне нравишься, ты мой друг, но черт! Я ненавижу гомиков! О чем ты вообще думал?! Тебе лечиться надо…

Он снова дернул плечами, на этот раз синхронно. Затем без слов развернулся и зашагал к выходу.

- Эй! – окликнул я его, но даже не оглянулся.

Хлопнула дверь.

Я остался стоять в легком недоумении. Я нервничал. Чертовски нервничал и еще я злился. Мне хотелось, чтобы он вернулся… Хотелось дать ему хорошую пощечину или что еще лучше – «набить ему морду» за то, что… За то, что я так сильно нервничал. Да… Хотелось его избить, чтобы избавить от этих мыслей, избавить его от них, а быть может и самого себя… Разрядиться, как разряжается гром! Но он ушел. Ускользнул… Я знал его всего несколько недель, он стал мне как бы другом… Он очень тихий и милый парень, с ним легко общаться… Но как же я черт побери сразу не понял?! Я снова нервно затянулся, напряженно глядя в окно. Дергающиеся плечи Томы раздражали меня…
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Но я забыл об этом. Уже на следующее утро, все переживания этого дня притупились и стали совершенно не существенными. И Тома исчез из моей жизни, с того момента, как дверь захлопнулась за ним. Целый месяц я совершенно ничего не слышал о нем. Мы больше не собирались в компании, чтобы пойти куда-нибудь выпить пива и не встречались, чтобы обменятся дисками с музыкой или фильмами. Все стало гораздо проще. Тома просто исчез… А я не спрашивал у наших общих знакомых куда именно…

За это время я успел сменить работу и вместо того, чтобы рисовать портреты на заказ, я стал преподавателем искусства. Однажды, когда я закончил вечернюю лекцию в студии и ученики пособирали свои мольберты и дружно покинули здание, в мой кабинет кто-то постучался…

- Да-да! – отозвался я, - заходите…

Кто-то зашел. Я только услышал, как простучали женские каблуки и решил, что это одна из студенток, Мая, которая все время заглядывает ко мне после занятий, чтобы поболтать ни о чем…

- Проходи, Мая, я только хотел тебе сказать, на счет твоих работ… - произнес я не оборачиваясь.
- Я не Мая, - услышал я мужской голос.
На время я даже оторопел. И в полном недоумении оглянулся…

За моей спиной стояла странная девица. Совершенно нескладная, совершенно … некрасивая. Невероятно длинноногая, худая с завитыми волосами… Я даже прищурился, я совершенно не знал кто это!

- Я что-то вас не понимаю…
- Я Тома, - просто произнесла она низким голосом.
- Тома? – переспросил я. Она кивнула и тут… я начал что-то вспоминать. Я присмотрелся к ее лицу и, наконец, узнал того самого парня, который месяц назад признался мне в любви. Он выглядел так чертовски нелепо с этим макияжем, глаза казались слишком большие, темные губы как у грустной сломанной куклы… Совершенно нелепо и совершенно нескладно, глупо. Я даже оторопел!

- Тома… - повторил я, оглядывая его с ног до головы. Короткое вишнёвое платье выдавало его угловатые плечи и узкие бедра. Худые ноги в черных колготках выглядели как-то странно… Я даже не знаю как именно! Лодыжки слегка скосило из-за обуви на высоких каблуках. На время я даже потерял дар речи! Я просто не мог поверить в то, что существо, которое передо мной стояло был мой старый знакомый… был человек, которого я знал, был Тома!

Я прислонился к столу, чтобы не грохнуться, хотя был близок к этому и задал всего один вопрос:
- Почему ты в таком виде?

- Я... – пробормотал он, похлопав своими огромными глазами, на которых так нелепо смотрелись накладные ресницы, - Я думал… тебе будет приятно меня видеть…

- Ха… - только и смог выдавить я, - погоди.. я-я… не понимаю… Ч-что это за маскарад? Зачем ты нарядился в женщину?
Он помялся на своих длинных каблуках и посмотрел прямо на меня:

- Но… ты ведь сказал, что тебе нравятся девушки…

- И… что? – я почувствовал, что у меня снова начинают дрожать руки, хотелось курить, но я с раздражением вспомнил, что сигареты кончились. Он отстал от двери и подошел ко мне.

- И вот… Поэтому я пришел, - подался он вперед.

- Нет… это как-то не правильно… не подходи ко мне! Стой там, где стоишь, ладно! Господи… это какое-то безумие… - пробормотал я и забрал свою сумку со стола, сунул ключи в карман, - Мне не о чем с тобой говорить, я ухожу! Ты как хочешь…

- Нет, подожди, - он схватил меня за руку, но я тут же стряхнул его с себя.

- Не трогай меня! Ты псих! Черт! Как я вообще с тобой связался?!

- Не уходи… - совсем тихо произнес он и шмыгнул. В одно мгновение его глаза покраснели от соленой влаги. Я понял, что еще немного, и он начнет реветь, как девчонка и от одной этой мысли я передернулся, схватил его за плечи и хорошенько встряхнул:

- Черт, ты что не понимаешь, что ты смешон, ты мне противен! Или ты уходишь или…

Слезы уже покатились крупными каплями из его глаз, он как мог втянул в голову в плечи, чтобы опустить лицо и скрыть это от меня, но все было слишком заметно, слишком… Тома начал щумно шмыгать и давиться, от накатывающего плача. Мне стало еще противнее и я его отпустил.

- Уходи… Просто уходи или уйду я, - потер я лоб, чувствуя, как начинаю выходить из себя.
- Я так не могу, - жалобно пискнул он, захлебываясь от слез, - зачем ты так со мной? Я ведь… я люблю тебя…
- Тома! – заорал я, - прекрати нести чушь! Я не гей! Иди и поищи себе другого!
- Нет… - окончательно разрыдался он и дальше я уже ничего не смог разобрать из-за всхлипывания и жалобного писка. Напряжение росло внутри меня, закипало и поднималось, как лава.

Я схватил его за плечи, развернул к себе и… поцеловал…
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Разве это убийство, сын мой? И хотя Господь не принимает таких отношений…
- Да, Святой Отец…
- …
- После того, как я его поцеловал, я вытащил свою сувенирную ручку из кармана… Знаете, продаются такие, позолоченные. Позолота очень быстро слезает с них… Я взял ее и вонзил ему прямо в шею… просто вот так… я вонзил…
- …
- Я убил его, я убил человека…
- Но, Сын мой, я не могу отпустить тебе этот грех, ты должен сдаться полиции…
- Святой Отец, я не виноват… я не виновен в этом убийстве, вы обязаны простить мне этот грех, ведь грешен был не я, а он! Ведь это он преступил через библейские заповеди…
- Никто из людей не вправе решать судьбу другого человека, не ты дал жизнь и не тебе ее отнимать… На то есть только воля Господня. И только Господь Бог карает или милует…
- Вы не понимаете, Святой Отец, я избавил мир от большого греха!
- Ты избавил его от человека… Ты обязан сдаться полиции…
- Святой Отец… могу я тогда знать одну вещь?
- Все, что угодно, сын мой…
- Вы тоже гей?