Концовка, написанная специально для моей сестры))) прошу любить и жаловать))) Или просто жаловать...
---------------------------------------------------------------------------------------------------
Больничная койка
Я никогда не любил больницы. Особенно те, в которых приходится лежать подолгу, ничего особенного не делая. Кроме противных уколов, состоящих из концентрата полезных ядохимикатов, конечно же…
Сколько я уже лежал? Чуть больше недели. Я лежал, смотрел в обмороженное окно, ходил на партию уколов и опять лежал, опять смотрел в окно. И так изо дня в день. Я считал дни до своего освобождения…
Ко мне приходили родители и друзья, приносили всякой всячины и окутывали меня таким облаком заботы, тепла и нежности, точно я был смертельно болен.
Но я не был…
Всего лишь пара царапин и небольшое сотрясение – вот и все. Но я не скрывал, я не мог не радоваться такому вниманию!
Говорят, я пропал без вести на целый месяц, а может и больше, только я этого совсем не помню. Помню, как переехал в новую квартиру, помню, как распаковывал мебель, а дальше… Последнее, что было в моей памяти – это больничная койка. Я очнулся здесь, в больнице, меня обступили родственники, друзья, пялились как на покойника. Тело по самочувствию было похоже на отбивную. Боль, удивление и больше ничего…
Врач сказал, что я еще хорошо отделался. Я спрашивал, что произошло, но все молчат. Молчат так молчат, вспомню, возможно, где шлялся все это время… Как-то тревожно думать о собственной пропаже, ничего при этом не вспоминая. И я не хочу об этом думать… И врач был прав. Я жив. Это главное.
Во всяком случаи, мне повезло больше, чем болезненному парню на соседней койке. Его так вообще кто-то продырявил пулей. Прямо под лопатку!
Когда я очнулся, палата была еще пуста. На следующий день сюда принесли его. Странный парень, почти нежилец. Белый, как полотно, прямо таял на глазах, сливаясь с постельным бельем, одни только черные волосы и огромные смородиновые глаза напоминали о присутствии кого-то на постели. Он не ел, не говорил, лежал бревном на кровати, точно труп. Я даже стал бояться, что он не протянет и дня. Медсестра регулярно приходила, смотрела на него, делала озадаченный вид и уходила. Да, медсестры здесь были настолько же заботливыми, насколько умными.
Я делал несколько попыток заговорить с парнем, но тщетно…
Через пару дней к нему пришел солидный мужчина в черном пальто. Мне он показался очень знакомым, точно мы уже где-то встречались раньше.
Мужчина представился детективом. Кивнул мне. Я ничего не понял и отвернулся. Это позднее мне объяснили, что это был тот самый детектив, который нашел меня. Жаль, я тогда ничего подобного не помнил. Знал бы, хоть улыбнулся ему…
Детектив регулярно приходил навестить полумертвого парня. Я как-то пытался уловить связь между ними, но ничего лучшего, чем назвать парня сыном детектива мне не удалось. Да я и не слишком заморачивался над этим. Просто смотрел на них, иногда слушал, что говорили. Говорил в основном детектив, парень уперто молчал, как пень.
Только один раз я услышал, как тот едва прошелестел что-то вроде: «Я больше ничего не вижу… я ослеп…»
Я тогда присмотрелся к нему. Нет, вроде видит, на предметы смотрит. На слепого не похож.
Странно.
Но детектив все равно приходил, приносил ему что-то. Парень, в самом деле, пошел на поправку вместе со мной. Раны на моем теле начинали затягиваться. Я все меньше делал противных уколов, спокойно бегал по комнате. Странный парень тоже начинал шевелиться. Перестал все время лежать, материализовался. По крайней мере, я начал отличать его тело от постели. И еще, он начал есть, иногда вставал, подходил к окну или вертел в руках кубик-рубик, принесенный детективом. Короче жизнь налаживалась. И со мной он однажды
заговорил. Только я не сразу понял, что он обращается ко мне. Я как-то шарился в своем плеере, выбрасывая оттуда наскучившие мелодии, когда он приподнялся на своей кровати и едва слышно что-то прошелестел, протянув ко мне руку. Оказывается, он просил послушать песни, которые я собирался удалить.
- Конечно, - ответил я, - снимая наушники, протянул ему всю аппаратуру.
Парень напряженно надел наушники, вслушиваясь в гудящую в них альтернативу. Похоже, ему понравилось. С тех пор кубик-рубик кручу я. Но чувство обиды, почему-то не появлялось во мне, от чего-то я был даже рад, что помогаю парню поправляться, во мне таяло какое-то странное чувство, что я сам ему чем-то обязан. Знать бы чем…
В любом случаи, я поставил себе бессознательную цель подружиться с ним, во что бы то ни стало до того, как одного из нас выпишут…
Как-то детектив, который навещал парня, рассказал ему о какой-то девушке, которую недавно кремировали. Он сказал, ее кости нашли под бетонной плитой в подвале. Я попытался делать вид, что мне это не интересно, но любопытство было сильнее, и я то и дело замирал у окна, делая вид, что жду чего-то, на самом деле жадно прислушиваясь к каждому его слову.
«Ее сердце в странной мутном растворе на самом деле продолжало биться, - говорил детектив, - но как только я открыл замок, раствор стал вытекать, и оно остановилось. Мы кремировали сердце вместе с телом. Странно, что нам так и не удалось найти кисть руки мертвой… Наверное, сумасшедший извращенец смолол ее в муку…»
Я потом еще попытался у своего друга по койке расспросить поподробнее, о чем говорил детектив, но тот не захотел говорить. И я больше не спрашивал. А жаль. Точно за живое задело. Почему? Сам не знаю… Задело и все.
Да, в один из пасмурных дней, после этой услышанной истории у меня проснулся творческий талант, и я написал небольшой рассказ о сумасшедшем молодом ученом, который изучал механизм работы сердца. Однажды, настолько обезумев от идеи увековечить жизнь этого органа, что вырезал сердце собственной возлюбленной и поместил его в банку, где то продолжало биться. Оскорбленная такой обидой и негодованием мертвая девушка превращается в мстительного духа, жаждущего подвергнуть безумца подобным страданиям…
Глупый рассказ получился, к тому же без конца, и я его выбросил. Погода была просто пасмурная, так и тянуло высказаться…
Я окончательно поправился приблизительно через месяц. Пришло время выписываться. Меня забирали родители. Прямо как в детстве… Странный парень, с которым я успел подружиться, еще оставался недели на две, может, больше. Я оставил ему плеер и пару книг, которые так и не удалось прочесть. Отдал я это ему свершено даром, но этого было недостаточно, чтобы странное чувство благодарности, которое я почему-то испытывал перед ним, покинуло мое сердце. За что я был ему благодарен? Я понятия не имел…
Да, родители оказывается, пока я лежал в больнице, продали мою квартиру, так что жить снова пришлось с ними, даже не окунувшись во всю прелесть одиночества! Но я был так запутан в собственных мыслях, я так устал от больничной койки, устал от мыслей и страха перед неизвестностью, которая поглотила меня, оставив странные порезы на теле… Я так устал от всего этого, что возвращение в собственный дом стало чем-то подобным бальзаму, микстуре, обезболивающему – называйте как хотите, но то удивительно чувство покоя, в которое окунули меня с головой запах свежевыстиранного белья, и мягкая подушка собственной постели, стало вратами земного рая…
Через несколько дней меня пригласили на свадьбу детектива. Тут-то я и узнал, что он меня вытянул из какой-то ямы. Говорят, он заново решил жениться… на своей же жене, с которой недавно развелся. Странные люди, но на свадьбу я все же пошел. Тот парень, которому я отдал плеер, тоже был там, мне сказали, он его приемный сын.… Теперь было не удивительно, почему детектив к нему почти каждый день приходил. Странно, что приемный сын… своих детей, похоже, не было. Хотя, не мое это дело и вообще не это было главное. На свадьбе я познакомился с одной очаровательной женщиной, рыжая такая… То же странная. У нас таких называют Ведьмами. Я ее пригласил на празднование столетия города, она согласилась. Черт, похоже, я влюбился….
Да, недавно я перебирал свои вещи и нашел у себя странный железный ключ с надписью «G.O», откуда он мог у меня взяться? Может, пока я лежал в больнице его кто-то по ошибке забросил в мой карман?
Конец!
Ошибок полно...)))
