«У каждого человека есть внутри себя свой собственный мир, в который иногда он никого не хочет впускать. Этот мир называется – капсула».
Пространство в этом месте было очень ограниченным, узкие корриды с облезлыми стенами, панцирные койки и застиранное до дыр постельное бельё. Небольшие ночники без бра плотно вливались в эту больничную атмосферу. В палатах в течение десяти дней жили или существовали люди различного возраста и пола. Каждый из них попадал сюда с отравлениями, заболеванием желудочно-кишечного травка и многим другим. Отделение называлось инфекционным. В нём работала одна симпатичная девушка, которую звали Дина, она была процедурной медсестрой.
С самого утра Дина делала внутримышечные уколы, ставила капельницы, а так же по вечерам подрабатывала уборщицей. Домой девушка приходила только поспать и переодеться. Молодая особа жила в девятиэтажном панельном доме, на пятом этаже, в трехкомнатной квартире. Мама с папой работали в месте на одном заводе инженерами. Каждое утро мама Мария Степановна готовила стандартный завтрак из яичницы и бутерброда с чаем, после чего будила Дину. Дочь без всяких капризов вставала, умывалась и шла завтракать.
В таком своеобразном бешеном графике Динара Соловьёва жила около двух лет, с того момента, когда она устроилась на работу.
Все хорошо знают, что понедельник является самым тяжёлым днём недели, потому что после выходных трудно приступить к своим непосредственным обязанностям. Молодая девушка в этот день да такой степени забегалась, что даже не заметила, как полетела рабочая смена. Убираясь в процедурном кабинете, она просто падала от усталости. Худенькие пальцы из последних сил выжимали половую тряпку, суставы рук и ног давали о себе знать с помощью ноющей боли. Вытирая пот со лба, Дина тяжело выдыхала и принималась за складывание пелёнок в биксы с укладками.
Однажды у неё так сильно заболели суставы на ногах, что невозможно было терпеть. И девушка решила принять сильнодействующее обезболивающее средство, то которого у Дины за какие-то считанные минута улучшилось настроение, а боль отступила. Этим приоратом был наркотик наподобие Морфина, только в таблетках. Закончив работать, она пошла домой пешком, рассматривая дома, проезжающие автомобили с автобусами. Мед сестра Соловьёва даже не подозревала, что сделала первый неосознанный шаг в сторону мира под названием наркомания. Переступив порог квартиры, Дина медленно разделась, поздоровалась с улыбкой на лице с радетелями, прошла в свою комнату, для того чтобы разобрать постель и лечь спать. Закрывая перед сном глаза, девушка видела непонятные радужные картины, которые были похожи на слайды из жизни у моря.
Гранулы первого снега медленно падали на небольшой карниз ока, покрывая всю недавно покрашенную его поверхность.
«Наконец-то наступила зима, которую я так с нетерпением долго ждала». – Сказала сама себе Дина, подойдя к окну, одновременно надевая на свои стройные ножки черные джинсы.
Медленно направляясь в сторону двери, девушка взяла с письменного стола глиняную чашку с недопитым молоком, поднесла её к губам открывая дверь. В прихожей она услышала голос родителей, доносившийся из кухни. Мария Степановна рассказывала Фёдору Павловичу о том, что ему будет надо купить после работы в магазине, тот в свою очередь кивал головой, загородившись от любимой жены газетой.
- Всем доброго утра, - произнесла Динара заходя на кухню.
- Доброе, - ответили родители одновременно.
- Как спалось нашей принцессе?! – добавил папа, поднимаясь из-за стола.
- Хорошо!- ответила дочка, садившись за большой кухонный стол.
Взяв в руку заварочный фарфоровый чайник, девушка налила крепко-заваренного чая в чашку и поставила его на место.
- Сегодня ты придёшь так же поздно, как и вчера? – поинтересовалась мама, протягивая Дине бутерброд с колбасой.
- Да…, наверное так же.
- Тогда возьми с собой в термосе кофе и бутербродов. – Добавила Мария Степановна.
- Ладно, возьму, - ответила Динара.
Встав из-за стола, девушка как всегда сказала спасибо, прошла в коридор оделась, попрощалась с родителями, взяла приготовленный пакет и клюки. Спускаясь в низ по лестнице, она думала о предстоящем дне. В котором ей нужно будет опять быть сильной, невозмутимой и стойкой к его капризам.
С этого момента Динара начала жить новой небезопасной жизнью. Употребляя препарат при любой незначительной боли, девушка становилась постепенно от него зависимой. С каждым разом увеличивая число таблеток, она набивала ими рот. Выпивала стакан кипячёной воды и садилась ждать, когда они подействуют. Почувствовав приход, Дина улыбалась, а порой даже слегка ненормальна хихикала. Через месяц своеобразного активного лечения, девушка перепрыгнула с таблеток на ампулы с синтетическим наркотикам под названием Китовин.

Добавлено (02.10.2008, 13:03)
---------------------------------------------
Воруя деньги у родителей, не дававших ей ни копейки, с того момента как узнали о пагубной привычке дочери, она шла к торговцу за дозой. Пока не было ни кого дома, Дина приготавливала всё что ей было нужно для последующих действий, надевала на оду из рук жгут а другой пробивала вену иглой ми разводила кровь. Однажды отец пришёл раньше времени домой с работы, увидев всё это безобразие, он тут же вызвал скорую и отправил её в клинику для наркоманов. В ней Динара досматривала свои розовые сны уже в серой пижаме на вязках.
Придя в себя юная наркоманка увидела во круг себя стены обитые чёрном синтепоном, на меленьком окне решётка в крупную клетку и стол стоявший в дальнем углу. Заскрипевший замок заставил Дину слегка вздрогнуть и повернуть голову в сторону двери. На пороге появился в белом халате с папкой в правой руке доктор, медленно подошедший к койке больной, встал и спокойным, монотонным голосом произнёс:
- Ну и как мы себя чувствуем, Динара, если не ошибаюсь, Фёдоровна Соловьёва?
- Если честно, паршиво… - ответила девушка, повернув голову к стане. – Почему меня сюда привезли и привязали?
- Потому что ты не такая как все.… А таких нужно изолировать от общества в специальных учреждениях.
- Понятно, - пробормотала себе под нос Динара.
- Будешь себя хорошо вести, делать то что тебе будут говорить, то в скором времени я переведу тебя в общую палату. – Добавил доктор, присев на угол кровати и дотронувшись своей левой рукой плеча своей новой пациентки.
«Замкнутое пространство без единой живой души для Дины с этого момента стало другом, подругой и всем тем чего ей не хватало. Приём пищи по расписанию, круглосуточный не выключающийся свет, болезненные приораты, первые серьёзные ломки, всё это стало неотъемлемой частью жизни девушки. Вступая голыми ногами на холодный кафельный пол, она делала своими трясущимися ногами от холода первые шаги».
Приходивший каждое утро доктор с медсестрой, отмечали заметное улучшение и эффективность препаратов. Ближе к новому году её перевели в общую палату, где лежала одна только худенькая девочка шестнадцати лет которую звали Лена Веснина. Она была одета в светло-голубую пижаму с розовыми большими медведями, в руках Леночка держала рыжего зайца. Большие испуганные голубые глаза смотрели на потолок, остриженная под ноль голова слегка шаталась, из стороны в сторону. Увидев Дину, девочка прижалась к углу кровати спиной и тихо произнесла:
- Ты кто…?
- Я Динара Соловьёва. А ты!?
- А я девочка…, девочка Леночка. Ты теперь будешь жить вместе со мной?
- Наверное.
- Тогда занимай быстрей вон ту кровать рядом с окном, на ней тебе будет удобно спать, и смотреть по ночам на заснеженный город.
После этого Лена встала с кровати и подошла к окну, облокотившись на подоконник, она встала на цыпочки, вытянувшись в струнку, посмотрела в низ. Там протягивая верви к небу стояли оголённые деревья, на некоторых из них сидели прижавшись друг к другу снегири.
Лена Веснина попала в диспансер, после того как её застукала воспитательница в туалете интерната, с пакетам лака в руках и стеклянными глазами. С того момента прошло около трёх месяцев, за это время девочка успела два раза вскрыть себе вены, сделать из разорванной простыни петлю и повесится. За эти выходки Лену запирали в изоляторе, назначив сильное успокоительное.
Заглянувшая в палату толстая санитарка позвала их в столовую обедать. На обет приготовлен гороховый суп, слипшаяся рисовая каша с сосиской и чай.
- Я что-то этого не хочу, - сказала Дина, посмотря на всё это.
- Как хочешь, здесь другого нет, - ответила, уплетая кашу, Лена.
Вернувшись в палату, девушки стали заниматься каждая своим делом. Динара раскладывала из сумки вещи, а Лена легла на кровать закрыла глаза и просто уснула. Вечером они так же почти не разговаривали, и так же мола сами по себе легли спать.
Утром одна из них, а именно Лена, встала с кровати в 8:00 подошла к умывальнику, открыла воду, подставив под неё свои ладони, для того чтобы умыться. После этого она подошла к кровати Дины и тихо сказала:
- Диначка-а, уже пора вставать, скоро обход с завтраком.
- Да, сейчас…- ответила девушка, сонным голосом, протирая глаза.
В обходе доктор, осматривая Веснину, извлёк фразу, которая очень удивила Дину. В ней прозвучало такое заболевание как потеря памяти с ярко-выраженным острым психозом. В этом состоянии девочка не понимала что делала, она кричала, рвала на себе одежду, разбрасывала и разбивала мебель во круг себя. После долговременного лечения вспышки стали реже, а поведение более адекватным. Но, не смотря на это полностью вылечить девушку ни как не удавалось.
«С каждым днём при общении с так называемой подругой, Дина замечала за ней еле заметные, непроизвольные, действия рук. Она могла ими махать в разные стороны или просто сжимать кулаки от злости. Каждый вечер перед сном Лена прижимала к себе своего зайца, и пробормотав ему на ухо спокойной ночи закрывала глаза.»
Но в один из вечеров, юная особа подошла с кровати давно еже спящей соседке, откинула одеяло, после чего легла рядом с ней, сжавшись в калачик от холода. Это было сделано настолько тихо что настоящая хозяйка койки даже не почувствовала что произошло.
А проснувшись удивлённо спросила: - что та здесь делает. Лена встав с кровати извинилась, и объяснила ей, что просто сильно замёрзла. Но на самом деле это была лишь отговорка, Леночке хотелось почувствовать тепло Дины, вдохнуть запах её волос, положить голову на грудь, и слушать сердце. Вскоре на призналась ей в этом, объяснив что больше не может держать в себе всё то что происходит у неё внутри. Дина в сою очередь отреагировала на это спокойно, делая скидку на её очередную фантазию. Которая вскоре превратится в реальность.
Принимая со стороны Леночки своеобразные ухаживания, Динара постепенно стала признаваться самой себе, что оказывается нравиться не только молодые люди но и девушки. Навещавшие родители Дины, естественно ни чего не подозревали. Засыпая в одной кровати, Дина с Леной прижимаясь друг к другу, желали спокойной ночи.
За неделю до нового года к Соловьёвой Динаре подошёл лечащий доктор, сообщивший ей, что она может на праздники съездить домой. Узнавшая об этом Леночка сильно расстроилась, и даже слегка всплакнула. Ей не хотелось опускать от себя свою первою и на то время единственною любовь. Перед отъездом домой Дина обняла и крепко поцеловала Лену. Как потом окажется последний раз.
На фоне всех этих переживаний, одиночества с Весниной Леночкой произошёл очередной приступ. В ходе которого она открыла окно, залезла на подоконник и выпрыгнула с четвёртого этажа разбившись на смерть.
Приехавшая назад Дина была в шоке, винить себя за всё это было бесполезно, нужно было смириться с этим и жить дальше. Оставив в тайне всё то, что происходило между ними в течение двух недель.

P. S.
«Любовь – это чувство, которое нужно ценить в любых её проявлениях. Объект которого вы любите не обязательно должен быть противоположного пола. Потому что любовь по своей сути безгранична и беспола… Она заставляет людей делать поступки, которые могут быть с какой-то стороны сумасшедшими, смешными и в тоже время такими милыми. От сюда напрашивается вывод, любите не зависимо то возраста, времени года, мнения общества и многого другого».

Добавлено (02.10.2008, 13:04)
---------------------------------------------
Попробуй … Это не больно.

- Грабус мне холодно, – сказал его младший брат Завьер.
- Ну и что! Мне тоже холодно, но я не ною, как баба! – Возмутился в ответ Грабус.
- Всех наших уничтожили правительственные войска? - Нам, наверное, надо кого-нибудь найти, и рассказать о том, что здесь случилось!? – Спросил, поднимаясь с холодной земли Завьер.
- Ты что, обалдел! Кого ты хочешь здесь найти? - Очередного вояку, которому захочется нас завалить! – Рассержено ответил Грабус, надевая куртку.
- Нам нужно пересечь границу до восхода солнца, – добавил он.
- Шевели, давай своим тощим задом!
- Сейчас иду! - Только вот поправлю штаны, и отправимся в путь, - ответил Завьер.

Грабус был одет в куртку цвета хаки, болоньевые штаны, кеды и майку красного цвета, которая выставлялась из-под куртки.
Завьер же в свою очередь, был одет в старую выведшую толстовку, чёрного цвета, кроссовки, грязные джинсовые штаны голубого цвета.

Они шли по коллектору давным-давно заброшенной базы, где раньше располагалась база и опорный пункт повстанческой группы Свободные Сердца. Тиберия в этом месте было достаточно, но с быстрым его использованием это ископаемое в скором времени иссякло. Произошло, то чего все так боялись, постепенно стали останавливаться генераторы, заводы по добыче Тиберия и многое другое. Мародерство стало овладевать военными людьми. Строители, снайперы, молодчики, рейдеры все по мере сил занимались этим ремеслом.
Осторожно передвигаясь и стараясь не привлекать к себе внимания, молодые люди медленно двигались вперёд. Трупы военных были разбросаны по разным сторонам этого жуткого места. Тела были разорваны по полам, безголовые гранатометчики, сидели опираясь на окровавленные стены, держа в руках своё оружие. Так же там были разбросаны детали от мотоциклов, гидроциклов и военной техники.
Завьер подошёл к одному из мёртвых военных, долго смотрел на него, после чего наклонился и стал снимать с него куртку, штаны, противогаз, надетый на голову погибшего.
- Чем это ты там занимаешься!? – спросил, повернув голову, от еле слышного шуршания, Грабус.
- Да так ни чем, - ответил Завьер, сдёргивая с головы противогаз.
- Как это ни чем! – Ты занимаешься самым настоящим мародерством!!! – Крикнул Грабус, подходя к брату.
- Да ладно тебе! – Ни чего страшного не произошло. Подумаешь, снял с урода пару шмоток. И что из-за этого обязательно нужно поднимать такой шум? - Они же ему больше не понадобятся! Посмотри лучше, что я нашёл у него в кармане. - Пистолет, наверное, скорострельный, да ещё даже с полной обоймой. – Вот здорово, теперь будет из чего пострелять!
- Слушай, может, закончишь заниматься ерундой, и наконец посмотришь вокруг себя. – Ты думаешь что война, которую ведут правительство с повстанциями это огромный прикол, и тот, кто умирает в страшных муках от ранений, или просто разрывается на мине в клочья, прикалывается. – Так вот это не комедия, а кошмар, врезающийся в твою память на всю оставшуюся жизнь. Понимаешь это или нет!? – Сказал Грабус.
- Конечно, понимаю. – Только если встретим какого-нибудь вояку, я его застрелю первым. – Договорились!? – Произнёс, улыбаясь, Завьер.
- Да пошёл ты… Знаешь куда!? - отворачиваясь, пробормотал Грабус.
- Знаю.
- Вот и иди, - добавил Грабус.
- Вот и пойду… - ответил Завьер, складывая вещи в походный мешок.
На этой фразе диалог между братьями закончился, наступила гробовая тишина.
Грабус повернулся спиной к брату, после чего медленно побрёл вперёд, и вскоре исчез за ближайшим поворотом.
«Ни чего… Я и без твоей помощи дойду до назначенного места.» - сказал сам себе юноша, переодеваясь.

Набросив на плечё походный мешок, Завьер услышал за спиной прерывистое дыхание. Повернув голову, он увидел в трёх метрах стоящего пса, у которого были оскалены как бритвы клыки, шерсть на холке стояла дыбом, белые вязкие слюни капали на землю. Это так называемое существо не большого роста появилось здесь сравнительно недавно, из места, где радиация на много превышает норму. Сделав шаг назад, молодей человек автоматически достал из-за пазухи пистолет и выстрелил. Псина издала душещипательный звук, падая замертво. Завьер подошёл к псу, пнул его слегка в бок и произнес:
- Вот это собачка, друг человека!

После случившегося молодой человек осмотрелся по сторонам, тяжело вздохнул и пошёл в сторону радиоактивных полей. Осторожно вступая на обезображенную землю, юноша приближался к выходу из коллектора. Достигнув его, он увидел рассвет. Солнце осветило всё вокруг.
Спускаясь вниз по узкой тропинке, ведущую к небольшой поляне, Завьер думал о том, чем бы ему подкрепиться. Вот уже три дня у него не было во рту даже крошки чёрствого хлеба. Окончательно обессилев, молодой человек присел на траву и потерял сознание.
Очнувшись от разговора каково-то мужика, Завьер пробормотал:
- Кто ни будь, скажет мне где я нахожусь… и почему у меня так сильно болит голова?
- Ты находишься в секретном подразделении повстанцев Свободные Сердца, а голова у тебя болит из-за того, что ты, когда потерял сознание, сильно ударился. – Ответил голос.
Окончательно придя в себя, юноша увидел вокруг людей в соответствующей экипировке.
- Не бойся, ни кто тебя здесь не тронет, - сказал один из них, протягивая свою руку.
- Конечно! Если это сказал Дикс так оно и будет, - добавил молодой человек, которого звали Маус.
- Да пока вроде ничего не боюсь, - поднимаясь, ответил Завьер.
- Ты что единственный из всех кто выжил на заброшенной базе?
- Да. – Соврал юноша.
- Интересно и как это у тебя получилось, там же ни каких условий для существования, да ещё плюс радиоактивные выродки, шастающие по территории? – С любопытством спросил Маус.
- Ну, хватит. Что пристал к человеку, он такое пережил, даже врагу не пожелаешь, а ты его тут ещё допрашивать задумал. – Сказал Дикс.
- Ладно, не обижайся. Устраивайся вон в той дальней избушке, и чувствуй себя там как дома. – А нам пора. – Добавил Маус.
Избушкой являлся небольшой дом из сруба, с резными наличниками и дубовой дверью. Зайдя в новое жилище, молодой человек осмотрелся, снял одежду, подошёл к накрытому столу и взял с него кусок хлеба с маслом.
«Действительно как дома, тепло, светло и уютно». – Подумал по себя Завьер.
Досыта набив свой желудок, юноша прилёг отдохнуть и даже не заметил, как уснул.
Ранним утром в 3:00, Завьера разбудил голос Мауса.
- Эй! Вставай, давай, нам пора на стрельбище.
Которое находилось не далеко. Там юноше дали автомат и сказали:
- На стреляй, вон по тем чучелам ,стоявших рядом с разрушенным домом.
Встав в шеренгу с остальными бойцами, Завьер стал палить по мишеням. Расстреляв всю обойму в пустую, юноша даже по большому счёту не понял что произошло.
- Что не получается? – Нужно на курок нажимать как можно плавней, и переключи для начала ствол с очереди на одиночный выстрел.
Молодой человек внимательно выслушал седого инструктора, и сделал всё то, о чём он говорил. Встав в исходное положение, Завьер попробовал снова.
- Вот уже лучше… Ещё не много потренируешься и из тебя выйдет неплохой снайпер, с гаусс пушкой. – Добавил старик.

Добавлено (02.10.2008, 13:04)
---------------------------------------------
В это время уже четвёртый день Грабус шёл по радиоактивной зоне. Последние капли воды из фляжки были выпиты, обветренные губы, не останавливаясь, шептали о помощи. Полузакрытые глаза изредка смотрели на горизонт, вскоре из-за которого он услышал шум и треск сухих веток. Запах приготовленной еды на костре заставил молодого человека нагнуться и как животного осторожно подползти к кустам, которые находились совсем рядом. Рядом с костром сидел юноша, который доедал кусок мяса. Сумрак медленно, но верно опускался на данный район, и вскоре вступил в свои полноправные права полностью. Когда одиночка, наконец, заснул, Завьер решил его ограбить. Подкравшись, он стал выворачивать карманы у куртки, лежавшая на земле. От шороха юноша открыл глаза и тут же крикнул:
- Эй, ты сволочуга! – А ну быстро бросил на место куртку, и отошёл от её на пять метров! А то я за себя не ручаюсь!!!
Грабус взглянул на него, и, не раздумывая тут же кинулся на парня. Завязалась драк не на жизнь, а насмерть. Сливаясь в один грязный ком, молодые люди кричали, выламывая друг другу руки и выбивая зубы. В один прекрасный момент Грабус схватил обломок ветки, ударил им юношу в грудь, приговаривая:
- Когда же ты сдохнешь?
- Только после тебя, - ответил, харкаясь кровь, умирающий юноша.

Когда всё закончилось, Грабус достал из кармана молодого человека сигарету с зажигалкой, присел рядом с ним и закурил. Его спокойствие просто поражало. Вдыхая дым, он рассматривал покалеченное тело с ног до головы и обратно. «Теперь мне кажется понятно что чувствовал Завьер, раздевая мёртвого военного.» - подумал про себя Грабус.
- Наконец хоть кто-то прижучил этого всюду ускользающего одиночку. – Сказал голос, из-за деревьев.
Грабус тут же посмотрел по сторонам, но не кого не увидел.
- Не волнуйся ты так. – Не кто не собирается тебя убивать, - произнёс мужчина, неожиданно появившийся за его спиной.
- А вы если не секрет кто такой? – спросил молодой человек, вставая.
- Я один из пограничников государственного подразделения, под кодовым названием «Тени». Мы охраняем границы радиоактивных полей, в которых происходит порой такое, что уму не постижимо. – Ответил военный.
- А ты кто?
- В общем, то ни кто, - тут же произнёс Грабус.
- Как это!? – Каждый из нас в этом мире, что-либо из себя представляет. - Добавил пограничник.
- Я просто Грабус, - ответил юноша.
- А меня зовут Витц…- Ну ладно просто Грабус, пошли со мной, к нашу блок посту. Там тебя обуют, оденут и вдоволь накормят.
До государственного блокпоста нужно было идти около двух километров, по пересеченной местности, через болота и выжженные участки леса. Проходя мимо одного из участков, они увидели, как нечто похожее на крупное животное отрывая куски от чей-то мёртвой плоти.
- Смотри вот это так называемая дикая свинья очень опасна, когда будешь один, то по возможности избегай её. – Понял? – спросил Витц.
- Да, - ответил Завьер.
- Вот и договорились… - Пошли по быстрей от сюда, пока оно не заметило нас и не кинулось на поражение. – Произнёс мужчина, подгоняя юношу. – Тут если честно нужно быть тише воды ниже травы, - добавил Витц.
Вдруг из-за пригорка, который находился рядом, прозвучал выстрел. Витц маршировавший бодро в впереди, вдруг встал на колени и крикнул:
- Грабус отходи в ближайший лес, и спрячься там, а я их задержу!!!
- Как это спрячься…!? - Я не какая-то псина, которая поджав хвост бежит от опасности! – Будем отбиваться в месте, – ответил молодой человек.
В Витца стрелял юноша, державший в руках автомат. Он был третьим в шеренге идущих в перёд повстанцев. Эти так называемые борцы за свободу отличались от обычных тем, что они являлись отдельной кастой людей, которой было по большому счёту наплевать на «Свободные Сердца» и государственные войска. Сражаясь за свои скрытые идеалы, они поджигали правительственные блокпосты, расстреливали пограничников и одиночек, встречавшихся на их пути. В основной своей массе молодые люди, мужчины, а иногда даже девушки, жили в местах радиоактивных полей. Многие рассказывали истории о том, что это не просто взбунтовавшийся народ, а подопытные правительства. На них испытывали влияние радиации, различные новые приораты и многое другое. Под влиянием всего этого обезумевшие молодые люди и девушки, каким-то чудом оставшиеся в живых, стали скрываться в трудно доступных местах, которые вскоре стали для них вторым домом.
Грабус подбежал к своему провожатому, выдернул у него из бокового кармана жилета гранату, дёрнул чеку и бросил её в надвигающуюся толпу. Через мгновение прозвучал взрыв, забравший с собой почти всех врагов, а кого не забрал, того смертельно покалечил.
После его наступила полная тишина. Витц лежавший нам животе рядом с Грабусом вдруг еле слышно пробормотал:
- Ну, как ты их всех присыпал землёй, или ещё нет?
- По-моему всех, - отвели юноша, осматриваясь по сторонам.- Нужно собрать боеприпасы для нашего оружия, и отправимся дальше.
- Может, будет лучше, если ты меня оставишь здесь, а сам продолжишь путь к блокпосту один? – сказал Витц.
- Да же не думай об этом, мы пойдём вместе, - ответил Грабус.
Подняв мужчину с земли, молодой человек взял его на закорки и медленно, но верно, побрёл в перёд. За несколько метров до блок поста, юноша остановился и посмотрел вперёд. Кирпичное двух этажное сооружение стояло прямо перед ним.
- Вот это и есть твой так называемый блок пост? – Спросил Грабус у Витца.
- Да.
- Тогда в перёд залечивать раны, - добавил молодой человек.
Оказавшись в нужном месте, Грабус столкнулся с откровенным недоверием, не смотря на то, что он спас пограничника. На его все смотрели недоверчиво, кидая в спину колючие взгляды. Оставшись здесь на ночь, молодой человек думал о младшем брате, которого если честно он бросил.
Моменты из далёкого детства чётко появлялись перед глазами Грабуса, заставляя его тяжело вздыхать и переворачиваться сбоку на бок. Под утро около 4:00 ура юноша с трудом заснул. Проспав почти до полдня, молодой человек открыл глаза, осмотрел помещение и медленно встал.
Одевшись, он вышел на улицу, на которой к нему подошёл мужчина.
- Тебя желает видеть полковник, – сказал он.
- А где он? – спросил юноша.
- Я тебя к нему провожу…
- Тогда вперёд, - ответил Грабус.
Полковник, которого завали Курцвар находился в кирпичном здании, рядом со шлагбаумом. Преступив порог кабинета, молодой человек встал рядом с дверью и произнёс:
- Вы меня вызывали…
- Да. – Расскажи мне, пожалуйста, как ты оказался в зоне повышенно внимания, и кто кроме тебя ещё может там находиться?
Грабус стал подробно рассказывать полковнику о том, что произошло. О том, как они с братом бродили по заброшенной базе и, как и из-за чего потом поссорились.
- Всё это очень интересно и в то же время странно, - после рассказанного, произнёс Курцвар. – Ты согласен служить в нашем подразделении.
- Да, - ответил юноша.
- Вот и договорились. – Эй, Фэйт…! Выдай этому молодому человеку спец-костюм и оружие.
- Будет сделано, - тут же ответил Фэйт.
С этого момента Грабус стал служить в государственном подразделении «Тени». Охраняя блок пост, около двух месяцев, молодой человек постепенно стал привыкать ко всему, что происходило на тот момент в этом месте и его окрестностях. Появились друзья, которые могли защитить и поддержать в трудную минуту.
Однажды в один не чем не примечающихся дней прозвучала сирена, означающая о том, что на блок пост произведено нападение. Нападавшим была фигура среднего роста со скорострельной винтовкой в руках, противогазе и костюме цвета хаки. Она двигалась с юго-восточной стороны короткими перебежками, отстреливая один за другим защищающихся военных.
«Интересно, что это за неуловимый стрелок …» - подумал про себя, стрелявший, Грабус.
Когда так называемый объект подошёл ещё ближе, молодой человек прицелился и выстрелил. Пуля, выпущенная на свободу из снайперской винтовки, попала врагу прямо в голову. Бегущая мишень тут же скрылась за высокой травой.
- Грабус ты просто молодчина, выражаю тебе благодарность! – крикнул из-за спины полковник Курцвар.
- Интересно, что это за чокнутый, решивший в одиночку атакавать наш блок пост. – Добавил кто-то из военных.
- Ничего себе этаже девка! – Удивлённо сказал Фэйт, сняв с её лица противогаз. – Походу дела она к тому же ещё была сильно уколовшаяся, - добавил он.
- Нужно отдать её медикам, пусть поколдуют над ней, может чего ни будь найдут интересного. – предложил один из молодых людей который стоял рядом с трупом.
- Вот ты и отнесешь её к ним,- ответил Курцвар.
Юноша посмотрел на полковника, потом молча наклонился, поднял наркоманку с земли и положил её на плечё. Врачи без всяких вопросов забрали мёртвое тело на три часа, после этого один из них вышел из подвала, где производилось вскрытие, закурил и протянул одному из ждавших ответа военных заключение о вскрытии. В нём было чёрным по белому написано о том, что в теле погибшей обнаружено (сильный наркотический препарат, изготовленные на основе радиоактивных элементов, мутационные признаки и многое другое). Среди этих людей был и Курцвар.
- Сентябрь в этот раз выдался более холодными и дождливым, сумасшедших мутантов становиться всё больше и больше. – Куда катится этот мир… неизвестно.
– Сказал, подняв голову вверх, Курцвар.

Добавлено (02.10.2008, 13:05)
---------------------------------------------
- Не куда! – Просто мне кажется, что скоро наступит конец света и всё. - Ответил доктор, докуривая, бычок.
В этот же вечер полковнику по рации передали о запланированном нападении повстанцев на третью по величине базу. Вызвав в свой кабинет Грабуса, он изложил ему всю ситуацию и попросил его возглавить спецгруппу. Молодой человек согласился. Взяв координаты о нахождении базы, юноша отправился собираться. Собрав группу из десяти человек, он сел в месте с ними в фургон грузовой машины и отправился на встречу смерти.
Расстояние до базы было около трех ста километров, сначала по шассе, а потом по тропам, о которых знал только проводник. Достигнув назначенного места, в полночь, спецгруппа тут же заняла свою позицию около основных генераторов, вышек и близлежащих зданий. Началось самое мучительное время ожидания. Большинство военных людей всматривались в темноту, пытаясь разглядеть в темноте фигуры повстанцев. Наконец ранним утром один из снайперов сидевших на крыше здания увидел огромное количество медленно идущих борцов за свободу. Одетые в одинаковую одежду они создавали впечатление красной массы, без начала и конца. Выглянув из укрытия, молодой человек посмотрел по сторонам и даже не заметил, как из стороны красного океана вылетела пуля и пронзила его грудную клетку. Вскрикнув, он принялся из последних сил звать на помощь, а так же попутно стал стрелять из снайперской винтовки по врагу. На крики боевого товарища сбежались все без исключения, даже кто-то из бойцов пробормотал себе под нос: «Вот и началась рванина… Если кто ни будь выживет, это будет просто чудо.»
После сказанных слов, он тут же занял свою позицию. Грабус не смотря на какой-то внутренний страх, так же переместился на своё новое место. Расстреливая повстанцев из спец винтовки, он вдруг увидел своего родного брата, марширующего в одной шеренге с объединившимися мутантами. Через определенный отрезок времени элитная государственная группа столкнулась лицом к лицу со своей неминуемой смертью. Не смотря на высокую подготовку правительственных военных, убивали, резали и просто калечили «Свободные сердца». Наконец когда почти не кого не осталось, Грабус и Завьер встретились.
- Не ужели это ты…?! – воскликнул Завьер.
- Кто же ещё, - ответил Грабус. – Ладно хватит болтать, нам нужно найти бомбоубежище, а то через несколько минут это место будут бомбить штурмовики. – Добавил молодой человек.
Добравшись до ближайшего подвала, пара юношей решила спрятаться в нём. Падающие снаряды разрывали землю в месте с мёртвыми и живыми людьми.
Когда всё закончилось, Грабус с Завьером вылезли на улицу и ужаснулись, из тех кто там находился в живых остались только они.
- У тебя есть курить? – спросил Завьер, присев на обугленную лавку.
- А ты разве куришь? – спросил Грабус, доставая пачку из кармана.
- да, вот уже два месяца…- ответил юноша. – Знаешь, я давно хотел тебе сказать, прости меня, если сможешь.
- Да ладно отстань, я давным-давно тебя простил, - произнёс старший брат, закуривая сигарету.