Нина выглядела сегодня особенно привлекательно и сексуально. Ее волосы, были аккуратно зачесаны назад, и собраны в хвостик. На ней была одета черная, обтягивающая юбка, длиной ниже колен, белая рубашка с широким воротником и небольшой, практически не затянутый, галстук. Едва я увидел ее, как меня тут же стали одолевать пошлые мысли. Не могу сказать, что точно повлияло на мое желание: ее соблазнительная красота, или то, что у меня уже неделю не было секса, но я безумно хотел каждый сантиметр ее тела. Верхние пуговицы ее рубашки, не были застегнуты, и каждый раз, когда Нина наклонялась над столом, за которым я как раз находился, чтобы взять что-то, передо мной обнажалась ее округлая грудь, прекрасно смотрящаяся в ее белом, кружевном бюстгальтере.
Нина стояла напротив меня и пересматривала статьи, что я привез только что. Перебрав их все, она снова нагнулась, чтобы положить их в дальний угол стола, возле ее компьютера. Я провожал взглядом, каждое ее движение. От возбуждения, меня немного трясло и периодически кидало в пот. Она чувствовала мое напряжение, но продолжала искушать меня. Нина выронила один из листков из общей пачки бумаг. Листик приземлился прямо под стулом, на котором я сидел.
- Я подниму, - Робко сказала Нина, и присев на корточки передо мной, полезла одной рукой под стул, чтобы достать листик. Вторая рука, автоматически, чтобы не потерять равновесие при наклоне, легла на мою ногу. Она вытащила листик. Увидев, что ее рука, находится на мне, она быстро убрала ее, и, покраснев, сказала, - Извините!
Мне уже было не до «Извините». Я вообще, ее практически не слышал, только еле слышное эхо ее тонкого голоска донеслось до меня, где-то на заднем фоне. Я быстро вскочил со стула, и прижал одной рукой за талию, Нину к себе. Она, резко вздохнув, немного отпрыгнула от меня от испуга, но я вернул ее в прежнее положение, прижав ее снова. Она еще раз вздохнула. Второй рукой я медленно прошелся по ее спине, от талии до шеи. Моя ладонь легла ей на затылок. Несколько мгновений, мы простояли в такой позе. В моей голове сейчас происходили непонятные вещи. Я одновременно думал о том, что я сейчас поступаю не правильно, и тут же наслаждался красотой Нины, и уже, непреодолимым желанием заполучить ее прямо сейчас. Нина смотрела на меня испуганными глазами. Ее губки дрожали, и, кажется, она хотела что-то сказать, но не успела. Я поцеловал ее. Она ничуть не отпиралась. От ее тела отдавало жаром, она вся горела. Мы продолжали целоваться. Я слышал, как из ее рук, выпал листок, и прошуршал по полу, где-то возле дивана. Нина вцепилась одной рукой мне в волосы, а второй, крепко прижимала меня к себе. Я приподнял ее, и посадил на стол. Какие-то бумаги, и еще что-то, вроде ручек, или карандашей, свалилось на пол. Ее юбка задралась кверху, и полностью обнажила ее ножки, на которых были одеты чулки. Я запустил руку в ее белые, уже мокрые трусики. Нина стала дышать чаще, и периодически издавать негромкие стоны. Она обхватила меня двумя ногами, сильно прижимая к себе. Свободной рукой я второпях расстегивал ей рубашку. Потом я стал целовать ее в шею и грудь. Она держала руками мою голову и то и дело запускала пальцы мне в волосы. Затем, она быстро стянула с меня свитер, и стала расстегивать мне брюки….
Я взял ее прямо на столе, даже не снимая с нее трусиков. Все произошло довольно быстро. Потом, Нина, спешно привела себя в порядок и вышла из кабинета, не сказав мне не слова. Она отсутствовала минут 20. Когда она вернулась, я все так же продолжал сидеть на ее месте. Моя голова была откинута назад, а глаза закрыты. Я пытался проанализировать происходящее, но в голову не лезло ни одной путной мысли. Все было как-то смешанно и туманно. Я решил пока об этом не думать. Но как теперь себя с ней вести, я не знал.
В руках Нины, был новый материал. Ее волосы, снова были аккуратно собраны в хвостик, а на губах опять появилась помада.
- Есть только такой материал, если захотите, можете взять, - Почти прошептала Нина, передавая мне бумаги. Ее голос дрожал. Казалось еще чуть-чуть, и она вот-вот заплачет.
Я посмотрел ей в глаза, они блестели от набегающих слез. Чтобы скрыть их, Нина отвернулась в сторону и стала вытирать глаза салфеткой. Затем она снова быстро покинула кабинет. Я не стал дожидаться ее возвращения, взял новый материал и вышел из редакции.
Вернувшись домой, я закинул материал на кровать в комнату, и пошел на кухню, чтобы приготовить себе кофе. Заниматься работой сейчас, у меня не было никакого желания, более того, я даже чувствовал отвращение, к статьям, что привез только что. Сложно описать то, что творилось у меня в голове сейчас. С одной стороны, мне было, безумно жаль Нину, а с другой – меня охватывала гордость, за содеянное. Каждая минута, потраченная на размышление о Нине, отдаляла меня от чувства сожаления к ней. Мое самолюбие безупречно защищало меня от ощущения вины. То, что произошло, я расценивал, как неминуемое, которое, все равно случилось бы рано, или поздно. В итоге я пришел к выводу о том, что мы с Ниной, оба получили, что хотели, разве что восприняли по-разному....