Здесь немного доделанное начало первой главы + продолжение этой же самой главы.
РС. Спасибо всем за комментарии. Глава 1
«21 марта 2010 год.
Моя жизнь сплошная рутина. Нет, она не плохая, все вроде бы в норме… Есть мама, папа, но… Жить скучно! Мне девятнадцать, учусь на втором курсе университета, живу в небольшом городе вместе с родителями…»
– Нет, все не то! – далее все выше написанное было перечеркнуто.
«Сейчас воскресенье, десять утра. Я сижу дома одна, папу как всегда вызвали на работу, а мама ушла к подруге, у них там грандиозные планы: сначала по магазинам, потом в баню, жаль я в эти планы не вписываюсь… Так что мама придет домой только под вечер. Моя лучшая подруга пообещала своему парню, что этот день проведет с ним. Я только что из душа. Делать совершенно нечего, сегодняшний день обещает быть долгим и нудным.»
Раздался звонок в дверь. Странно, я вроде бы никого и не ждала. Кого еще принесло?
Я прислушалась, может, кто дверью ошибся или дети балуются. Однако звонок повторился с завидной настойчивостью. Я отложила в сторону тетрадь и быстро засеменила босыми ногами по паркету.
Щелкнул дверной замок и дверь открылась. На пороге прямо передо мною стоял высокий симпатичный парень. Он с любопытством посмотрел на меня, но ничего не сказал. Тогда разговор решила начать я:
– Извините, а вам кого? – я почему-то была уверенна, что парень или ошибся дверью или один из тех, кто распространяет рекламу.
Парень, будто бы очнувшись, широко улыбнулся.
– Азарин Алексей Григорьевич дома?
Теперь настал мой черед удивляться.
– А, его нету.
– Вы не подскажите, когда он буде?
– Точно не знаю, его на работу вызвали.
Парень был явно расстроен. Потом он как-то странно изучил меня с ног до головы и опять же улыбнулся. Я поплотнее завернулась в коротенький халатик, который мне так лень было переодевать после душа, и обхватила себя руками. Парень слегка прислонился к стене.
– Извините, а вы кто ему будите?
– Дочь, – настала опять тишина. – Вы вообще по какому вопросу? Может быть я смогу помочь?
– Нет, это личное. Ладно, я тогда позже подойду.
И он ушел.
Хм, странно, зачем ему понадобился мой отец…
Я вернулась обратно за письменный стол, но дневник писать уже перехотелось. Бывают такие моменты, когда непременно хочется сделать что-нибудь особенное, вот и на этот раз я случайно наткнулась на чистую тетрадку. То что в результате получилось сейчас лежит передо мною. Картонная обложка уже обклеена мягким розовым материалом, украшена тонкой белой ленточкой, а на первой страничке аккуратно выведены первые строчки дневника. Я еще раз прочитала написанное и в очередной раз убедилась, что писателя из меня не выйдет. Дневники я начинала писать раза три, но все эти процессы заканчивались неудачей, энтузиазма хватала максимум дня на два. Я отложила тетрадь в сторону, скорее всего я больше писать в ней и не буду.
Я взяла пульт и стала щелкать все каналы подряд – ничего интересного там не показывали. В конце концов остановилась на первом попавшемся, там показывали про повадки волков в брачный период. Волосы уже практически высохли и сейчас спадали каскадом чуть ниже лопаток.
Раздался звонок в дверь. Может парень опять вернулся и решил что-нибудь передать отцу? Не долго думая, я сменила халатик джинсами и футболкой. Звонок повторился с большей настойчивостью, и я поспешила открывать дверь. Но на этот раз волноваться было не из-за чего, на пороге стояла моя лучшая подруга Катя.
– Ты чего дверь не открываешь? – возмутилась она и быстро протиснулась между мною и дверным проемом.
– Ты же с Пашей должна была быть? – непостоянность подруги меня парою сильно раздражало.
– В том-то и дело, что должна была, но не была, точнее была но не долго, а если еще точнее, то мы поссорились.
К этому моменту мы уже оказались в моей комнате, и Катя по-хозяйски включала МОЙ ноутбук. Эта черта мне больше всего в ней не нравилась, однако я промолчала, не хотелось ее обижать, да и настроение было пассивное. Она же всегда придерживалась позиции: в гостях как дома.
– Ничего страшного, – успокаивала я подругу. – Помиритесь, не в первый раз.
– Нет, на этот раз все! Надоели мне эти отношения и Паша надоел. Теперь я в поисках, как и ты.
Катя весело засмеялась и включила какую-то старую папсовую музыку, которую когда-то сама и закинула на мой компьютер.
По правде сказать, она никогда не отличалась постоянством. Все парни ей быстро надоедали, и она меняла их как перчатки. Заиграла следующая песня, и она стала отбывать пальцами в такт музыке, изрядно не попадая в ноты, но получая от процесса явное удовольствие.
– А Костя тебе не звонил?
Костя… С ним я познакомилась пару дней назад, когда мы гуляли с Катей в парке. Настолько нудного человека я еще никогда не встречала. Звонил ли он мне? Конечно, звонил, он и в парке с меня глаз-то не спускал. Вот и позвонил на мою голову, пришлось полчаса его по телефону развлекать, сам-то он ни слово связать нормально не может, видите ли не любит говорить – слушать любит!
Что-то я отвлеклась, просто всегда в таких ситуациях злость берет. И послать прямо не могу (не так воспитана), и намеков человек не понимает.
– Ага, звонил…
– Ой, так может у вас что и получиться? – она с надеждой посмотрела на меня.
– Не получиться…
– Влада! Ты всех парней от себя отпихиваешь! Не надоело? Я уже хочу, чтобы и у тебя кто появился.
– Мне он не нравится.
– С твоими запросами ты точно никого себе не найдешь!
Да нету у меня никаких запросов, хотя может и есть. Я просто хочу влюбиться, вот и все. Быть с человеком, при виде которого начинает учащаться пульс и происходит прочая романтическая чушь, не уже ли я многого прошу?
Дальше наш разговор продолжался в том же русле. Я рассказала подруге про странного парня, что сегодня утром искал отца, так отбросила несколько шуточек, подробнее расспрашивая про то, как он выглядит и насколько он пристально смотрел на меня. Потом Катя включила фильм про любовь, который при мне она уже смотрела раз десять и добросовестно проматывала все скучные на ее взгляд моменты.
Было уже пять вечера. Фильм наконец подошел к концу, на экране показались бесконечные титры и заиграла мелодичная музыка.
– Хочешь чай? – спросила я у подруги, заранее зная ответ: от чая она никогда не отказывалась, как, впрочем, и я.
– Конечно!
Раздался звонок, прям наваждение какое-то сегодня!
– Поставь воду греться, а я открою.
Та кивнула, и я отправилась открывать. Это был тот же самый парень, что и утром.
– А папы еще нету.
Парень недовольно сжал губы, а на лбу появилась небольшая складочка.
– Примерно через какое время он может появиться?
– Я не знаю, может…
– Ой, здравствуй! – перебила меня подруга. – Так может, ты дядю Лешу здесь подождешь, тогда точно узнаешь, когда он придет? А у нас еще и чай закипает.
Она улыбалась во все тридцать два зуба, однако мне в этот момент хотелось ее чем-нибудь стукнуть – приглашать незнакомого человека в дом, к тому же еще и не свой дом, это чересчур, даже для Кати. Ничего, я ей еще устрою, когда наедине останемся!
К моему удивлению, он согласился. Подруга, как «гостеприимная хозяйка» проводила его на кухню, где уже закипела вода, а мне ничего не оставалась, как молча закрыть дверь и следовать за ними. На этом ее гостеприимство закончилось – чай пришлось делать мне.
– Так может, познакомимся, наконец? Меня Катя зовут, – сейчас она сидела напротив него и бессовестно строила глазки.
– Я Никита, – сказав это, он вопросительно уставился на меня.
– Влада.
– Владислава… – он точно попробовал мое имя на вкус. – Красивое имя и к тому же редкое.
– Спасибо, ваше тоже не часто встречается. Вы что будете? Кофе, чай. Кофе со сливками или без, какао, чай зеленый, черный, каркаде?
Что-то, а в моем доме всегда было огромное разнообразие всевозможных напитков, папа их просто обожал. Его страсть передалась и мне.
Никита весело рассмеялся:
– Зеленый с лимоном, если есть.
– Конечно, есть! Плюс зеленый со вкусом ананаса, яблока, карамели…
– Нет, мне только с лимоном. И давай на «ты», хорошо?
– Договорились, – может и не зря Катя пригласила его сюда, в нем что-то есть, а вот что, никак не могу понять, но он так миленько улыбается и эти ямочки на щечках и… Так, стоп, остановись, он к отцу пришел, а не меня соблазнять, и к тому же он скоро уйдет. Возможно, Катя и права от части, когда говорит, что я боюсь влюбиться. Хотя нет, я не боюсь этого, просто не хочу остаться с разбитым сердцем!
Я заварила чай и выложила все имеющиеся в доме конфеты, печенье, даже три зефирены где-то нашла, в итоге получилась довольно большая горка сладостей.
Обстановка разрядилась и уже через полчаса все мы непринужденно беседовали. Говорили обо всем и не о чем, точнее больше всего говорила Катя. Никита ей явно понравился, и теперь она старалась произвести как можно лучшее впечатление. И так бы продолжалось еще долго, если бы не позвонил Паша. Катя взяла телефон и удалилась в зал, где спорила с ним довольно долгое время. К этому времени мы с Никитой допивали уже вторую чашку зеленого чая, кстати, этот чай мне тоже очень нравился.
Потом подошла Катя и шепнула мне на ухо, что идет мириться с Пашей, он ждет ее около подъезда. Она попрощалась с Никитой, и я вызвалась ее проводить.
Если честно, то было как-то неловко оставаться наедине с Никитой. Настенные часы показывали уже семь часов, но ни мама, ни папа дома так и не появились, а тут еще и Катя уходит. Но делать было нечего, пришлось пожелать подруге удачи в примирении с Пашей и развлекать дальше Никиту, пока не появиться папа. В другой ситуации я бы не отпустила незадачливую подругу, которая организовала мне такую пакость, но Паша это единственный парень из всех ухажеров Кати, кто мне действительно нравиться как человек. И поэтому я смирилась, к тому же с Никитой очень даже приятно общаться.
Так вот, Катя ушла, и чтобы было не так скучно, я включила телевизор, который находился прямо на кухне. Заиграла довольно громкая музыка, и мы уставились в экран.
– Добрый вечер, молодые люди!
– Папа. Приветик! Как дела? – из-за громкой музыки мы не услышали, как вернулся отец. Он с любопытством разглядывал открывшуюся картину: я, раскрасневшаяся (в комнате было очень жарко), с полупустой кружкой в руках, молодой человек напротив меня, непринужденно опершийся о спинку стула, на столе полупустая ваза с печеньем. И все ничего, если не учитывать того момента, что я никогда не приводила парней домой, точнее приводила, но об этом родители не знали, и сейчас папа явно решил, что Никита – мой молодой человек.
– Да нормально, вроде, – папа специально растягивал слова.
– Пап, это… – я хотела уже все объяснить, но мне этого сделать не дали.
– Никита Ковальский, – Никита встал и протянул руку папе, тот ничего не понимая, пожал ее. Тогда Никита добавил: – Если вам ничего не говорит это имя, то возможно что-то скажет другое – Азарин Никита Алексеевич.
Добавлено (20.03.2010, 21:41)
---------------------------------------------
Папа в оцепенении смотрел на него. Потом еле слышно произнес:
– Не может быть, – он медленно покачал головой, а потом (чудо!) обнял Никиту. Тут настала очередь удивляться мне. Мой отец всегда был довольно сдержан и собран. В любой ситуации он сохранял трезвость и редко выставлял свои чувства напоказ. А сейчас он стоял на расстоянии вытянутых рук от Никиты и тщательно всматривался в его черты, именно таким образом рассматривают картину известного художника, желая запомнить каждые детали.
– Как я сразу не заметил! Ты так похож на нее, – отец опять обнял его, но на этот раз намного крепче. – Владислава, познакомься, это твой брат.
– Как? – только и смогла сказать я, мне как ни странно казалось, что меня нагло разыгрывают. Я, как единственный ребенок в семье, всегда хотела иметь братики или сестричку, а тут оказывается, что он у меня и есть и к тому же довольно взрослый. В это поверить я никак не могла.
– Владислава, это долгая история, я тебе потом расскажу.
В голове появилось много вопросов и возражений, но вслух их сказать я не решилась. Меня с детства воспитывали довольно строго и отлично выучили сдержанности и уважению к старшим, особенно к отцу. Он как бывший военный выучил меня дисциплине.
– Ну, рассказывай, как ты там? Как нас нашел? Мы же переезжали постоянно с места на место, – отец придвинул стул и сел напротив вновь обретенного сына.
– Вас найти было не сложно, друзья помогли. Вот решил к вам в город переехать, здесь работу предложили. Приютишь меня на время, пока квартиру не найду?
– Да живи хоть все время, это ведь получается и твой дом тоже. А вещи твои где?
– Я их мм.. в гостинице оставил.
– Ну, ничего страшного, мы завтра туда поедем и заберем.
– Не стоит беспокоиться, я и сам справлюсь.
Настаивать отец не стал.
Мы так и сидели в кухне, когда вернулась мама. Она с любопытством посмотрела на нас.
– Добрый день, – сказала она и пошла выгружать продовольствие в холодильник. – Чем вы это здесь занимаетесь? О чем беседуете? – настроение у нее явно было приподнятое.
– Люба, – отец шумно вздохнул, как бы решаясь, – это Никита, – он сделал еще одну паузу. – Помнишь, когда мы только познакомились…
Мать явно вспомнила и была не довольна этим открытием, счастливая улыбка словно испарилась, а между густых темных бровей появились две складочки. Она с некой неприязнью посмотрела на Никиту, но потом взяла себя в руки и даже улыбнулась.
– Помню, помню, как такое можно забыть!
Если сказать по правде, я ничего не понимала, и так как никто на данный момент мне объяснять ничего и не собирался, мне пришлось молча наблюдать за происходящим со стороны.
– Он у нас поживет некоторое время.
Мама молчала, она лишь продолжала раскладывать оставшиеся продукты в холодильник, когда пакет наконец опустел она развернулась и ушла. Однако отсутствовала не долго, уже через пять минут мама опять присоединилась к нам.
– Ужинать давайте, – сказала она, – а то расселись тут и все явно голодные. Как всегда, наверное, весь день на чаях сидите, – последнее было явно адресовано нам с папой, потому что так на самом деле и было. Если мама и испытывала какой-то шок от появления Никиты, то он быстро испарился, и сейчас она была как всегда боевая и жизнерадостная.
Мама быстро разогрела гречку с мясной котлетой и поставила четыре порции на стол, тем самым приглашая к столу и Никиту, но он отказался, сославшись на то, что сейчас ему надо идти, его ждут, но вечером он опять вернется. Так же внезапно как появился, он и ушел, перед этим попрощавшись со всеми нами.
Ужин прошел в полной тишине. Первой молчание решила нарушить мама:
– Как у тебя дела на работе? Чего вызывали?
– Опять поломка. Оборудование новое завозить не хотят, а с нас требуют…
Далее они с папой начали обсуждать этот факт, как ни в чем не бывало, а я пошла к себе в комнату.
Странная штука жизнь, никогда не знаешь, какие сюрпризы она может преподнести. Всю жизнь думала, что я единственный ребенок в семье, а тут на тебе, есть брат! И самое главное, никто даже не удосужился мне об этом сказать. И вообще в этой истории есть много странного. Может именно с этим связано то, что папа бросил военную службу и устроился мастером на завод или именно поэтому мама так и не захотела заводить второго ребенка, то есть третьего…
Вечером я никак не могла заснуть. Было жарко. На улице плюс пять, довольно тепло для марта месяца, а в квартирах все еще работало отопление. Я открыла форточку, однако желанной прохлады это не принесло. Никита к этому моменту уже спал в зале, где ему постелил отец. Мама была на работе. Я еще несколько минут поерзала на кровати и в конечном итоге решила попить воды. Накинув халат я отправилась на кухню. На столе стояла начатая бутылка с минеральной водой, я налила себе стакан и вышла на балкон, дверь которого почему-то была приоткрыта.
Из открытого окна доносилась весенняя свежесть и прохлада ночи.
Горели фонари. Было тихо, не считая стаи ворон, примостившихся на ближайшем к дому дереве. Из-за угла соседнего дома вынырнула небольшая компания молодежи, и тишина нарушилась, они весело смеялись и что-то громко обсуждали, но вскоре скрылись за поворотом. Опять пришла тишина и спокойствие. Порыв приятного весеннего ветерка колыхал занавески.
– Что, не спиться? – я обернулась. Папа с кружкой в руках подошел ко мне.
– Не спиться, – вздохнула я.
– Вот и мне не спиться…
– Папа, а Никита действительно мой брат?
Странное дело, при всех отец держался строго и уверенно, но когда мы оставались наедине все рамки и границы исчезали, он будто бы становился другим человеком, таким мягким, нежным и почему-то немного грустным.
– Не совсем… – он сделал паузу, а я ждала, что же он скажет дальше. И папа продолжил: – Он твой сводный брат. Я очень хорошо знал его маму, а когда она умерла, решил, что моим долгом будет его усыновить.
– А от чего умерла его мама?
– Она… болела. Да, теперь я точно знаю, что это была болезнь, – отец отпил немного минералки и подошел ближе к распахнутому окну.
– А настоящий отец Никиты не захотел его забрать?
Отец задумался, и на какое-то время стало тихо.
– Я плохо знал его биологического отца… – наконец произнес он. – И до сих пор не знаю, где он. И жив ли вообще…
– Но почему тогда Никита не жил с нами и нет никаких фотографий? Сколько себя помню, никогда о нем не упоминалось. Я не понимаю…
– Все сложно… Тетя Никиты хотела растить его сама и просто на просто выкрала мальчика.
Выкрала? Такого я точно не ожидала. Чем больше я узнавала нового, тем больше эта история начинала напоминать мыльную оперу.
– Сколько ему тогда было?
– Пять.
– А мне?
– Хм, – папа усмехнулся, – ты тогда носила только пеленки и питалась исключительно мамкиным молоком.
– Знаешь, – добавил он, немного подумав, – ты была интереснейшим ребенком. Родилась темная-темная, и кожа темная и волосы. А глаза большущие, широко распахнутые, – папа нежно обнял меня за плечи.
– Правда? – мне раньше таких подробностей не рассказывали, сейчас же у меня была довольно светлая кожа и волосы русого цвета.
– Конечно, правда! Только со временем ты сильно посветлела. У нас даже фото есть, где ты еще темненькая. Ладно, заболтались мы с тобою, спать пошли.
Я чмокнула папу в щеку, и мы разошлись по комнатам.
Наверное, на меня так подействовал свежий воздух, но как только голова коснулась подушки, я погрузилась в глубокий сон и проснулась только утром под вой будильника.
