Было боязно. По другому не сказать, не выразить. Это нужно чувствовать – лучи солнца на плечах. Как тугая струя встречного ветра окутывает тело и шелестит в крыльях…
Наверное так чувствовали себя люди. Странные, нелепые создания Господина.
Земля приближалась, тучи быстро остались позади и под нами открылась невероятная картина. Это… это захватывает. Этого тоже по-другому не объяснишь. Ровные оранжевые квадратики полей, зеленые линии посадок, змея-шоссе…
Красиво!
Рядом прошуршали белоснежные крылья Михаило. Я успел увидеть блеск в глазах, разинутый для крика рот. Сдерживало друга только присутствие среди нас Старшего Гаври. Потом он сложил крылья и заскользил головой вниз. Прилетело веселое ориво. Один тут же перестал хлопать крыльями и повторил лихачество, потом еще один и еще. Вскоре небо заорало от восторга сотней, тысячами голосов.
Были бы люди, им бы предстала невероятнейшая картина. Рухнувшая с неба Рать!
Только люди и мы – несовместимые понятия. На Земле жили они, а мы маялись в Саду. Господин любил говорить, что всё созданное Ним – для людей. Что исчезни мы, они смогут добраться в нашу обитель и жить там, как у себя.
Зря он так надеялся на людей. Эту негласную гонку выиграли мы.
И теперь Земля наша!
Великая земля, так тщательно создаваемая Господином! Это не Сад с тремя видами деревьев, несколькими – цветов, и первыми животными. И правду сказать – не доведенными до идеального, как в обители людей.
Оранжевые поля приближались.

Ходить по земле оказалось… невероятным. Чернозем пружинил, трава ласкала стопы. А от поля с поспевшей пшеницей веяло чем-то еще более… более… Нет, я не знаю какое слово подойдет.
Мы разбрелись кто куда. Кто бродил возле посадки, ощущая на себе что такое тень. Кто ходил по полю, водя ладонями по колосьям. Кто-то просто сидел на земле или горячем шершавом асфальте.
Мне тоже хотелось, но хотелось всё сразу. И поэтому я просто стоял и вдыхал в себя весь мир.
Волшебное слово – земля…
-Нравится?
Старший Гаври появился как всегда незаметно, словно специально подкрался.
-Очень, -растянув рот до ушей, сообщил я.- До сих пор не верится, что скоро будем здесь жить!
-Сначала поработать нужно, -напомнил Старший Гаври.- Бери ребят и отправляйтесь.
Последнее слово он проговорил шепотом. Как бы там ни было, но и люди и мы – братья, дети одного отца. И поэтому их смерть, не смотря ни на что, большой траур для нас. И мы обязаны почтить их, похоронив всех до последнего...
Они так верили в какие-то души. В бессмертие. В Сад. Его они называли странным словом Рай – обязательно с большой буквы. Какая глупость, жить на Земле и стремиться в Сад! Ведь никакое бессмертие не стоит Земли. А они здесь рождались, жили, работали и умирали. И никто из них – ни разу! – не пожелал сменить страх перед смертью на гордость за жизнь!
Странные, нелепые люди…

Дома. То, что люди придумали сами, уже став на путь творцов. Здесь они назывались хатами. Очень красивые и уютные. Зайдя в первую же я невольно позавидовал таланту. А Старший Гаври сказал, что это всё делали некие строители. Теперь я знаю, что величайшая профессия у людей – строители.
Но какими же глупыми были люди! Без конца затевали ссоры. Войны, как они их называли. Только если мы, Братья, соримся на словах да и то больше в шутовских спорах, то они создавали чудовищные вещи и убивали…
Очень грустно думать об этом.
Мертвые тела лежали повсюду. Во дворах и в хатах, у лавочек и у колодцев. Кто умер сидя за столом, кто разговаривая с другом, с девушкой, с женой. Больше всего повезло тем, кто спал. Заснул – и всё, и не знаешь, что умер, не видишь, как падают вокруг люди, не понимая что произошло.
-Почему они умерли? –спросил я у Старшего Гаври. Тот на миг перестал забрасывать лопатой могилу и обернулся ко мне.
Ответил он не словами, а Знанием.
Я увидел глазами человека!
Перечеркивая небо неслись страшные аппараты – ракеты. Видимо, это было самое страшное в мире людей. Тот, чьими глазами я видел, заорал что-то непонятное и сломя голову бросился к хате. Комната – пустая, следующая – тоже пустая, третья. Бежал он так быстро, что почти ничего не возможно было разобрать. Всё это время человек кричал, похоже кого-то звал.
Выскочив из дому он бросился в сторону полей. Здесь земля стояла бугром и только вбежав на вершину он увидел того, кого звал. Женщина что-то делала с пшеницей. Косила, неверное.
Он закричал снова, указал на небо. Женщине хватило короткого взгляда, чтобы истошно заорать и упасть на колени, закрывая лицо.
Господин, как ты мог позволить такому случиться? Страшное слово война никогда не должно было появиться в созданном тобой мире. Как ты позволил, Господин?
Мужчина бросился к рыдающей. И в этот самый миг вздрогнула земля. Страшный рокот накрыл всё…
-Не нужно тебе дальше смотреть.
Старший Гаври стоял передо мной упираясь на лопату. Широкая грудь вздымалась, как после борьбы, а по лицу катились крупные соленые капли. Пот!
-Что их убило? –спросил я. Сердце замирало от одной мысли о том, что произошло дальше.
-Оружие. К такому концу шло давно. Вопрос стоял только за тем, кто первым решится на губительный для всех шаг.
-Это… страшно. –Слово показалось незнакомым. Раньше мы не ощущали всего смысла этого человеческого понятия.
-Ты не представляешь, что бы было с Землей и телами людей, не вмешайся в самый последний миг Господин. –Старший Гаври потряс головой, сгоняя пот. И договорил:- Земля превратилась бы в пустыню!
Каждый, кто слышал наш разговор, вздрогнул. А я, с новым пониманием окружающего мира, осмотрелся. Было жутко смотреть на посадки и поля, зная что кто-то когда-то здесь рубался на мечах, палил из засады из автомата. Зачем? Вообще-то понятно зачем. Защищая свою землю, своих родных и любимых! Каждый клочок этой красоты оплачен людьми сполна.
И ни кто иной, кроме них, не имеет права здесь жить.
Да вот же та хата, которую я только что видел! Перед тем, как упали ракеты.
Взмах крыла, земля резко ушла из-под ног, я перемахнул через крышу и с разгону сел в поле. Два тела лежали совсем рядом. Мужчине не хватило всего одного шага, чтобы добежать к ней. Но даже упав, они тянули руки друг к другу.
Не знаю, что со мной произошло. За один миг я вдруг почувствовал что такое горечь утраты, что такое сладость любви, что такое – быть человеком.
Очень бережно я соединил их ладони…

-Что с тобой?
Голос Михаило дрожал от волнения.
Что со мной…
-Что с тобой случилось? –повторил Брат. На этот раз почти шепотом.
Я стоял, не отводя взгляда от двоих деревянных крестов посреди желтого поля. Я похоронил их на том месте, где их руки в последний раз соприкоснулись. Непослушными губами протолкнул вопрос:
-Как мы сможем жить здесь, зная что под нами лежат мертвые? Столько мертвых!
-Люди жили тысячелетиями. –Это уже Старший Гаври.- Мы не могли им помочь. Просто не могли!
-Почему!
Кажется я сорвался и закричал. Не помню. Глянул на книгу у могилок – большую, бережно замотанную в хустынку, с крестом на обложке. Указал на нее.
-Это Библия, книга о Господине и Райском Саду. Там есть и ты, Старший Гаври, тебя они назвали Архангелом Гавриилом. Михаило тебе дали имя Михаил.
-И что?
-Они верили в нас, молились и ждали! А мы пришли только затем, чтобы занять их место!
-Господин не велел… -начал Михаило, но я перебил.
-Господин людям тоже не велел добывать огонь, придумывать колесо, изобретать технику, строить дома и делать лекарства! Они делали! Мы тоже могли что-то сделать…
Надолго повисло молчание. Только шумели на ветру колосья.
В груди колотилось как у загнанного зайца. На душе было горько и печально. На душе! У меня, Ангела – на Душе! Я только сейчас почувствовал, что по щекам бегут соленые дорожки. Слёзы! За моей спиной в один голос воскликнули Братья. Сначала я не понял в чем дело. А когда понял, рука сама дернулась к спине.
И застыла.
Потому, что отныне мои лопатки были гладкими и голыми.
А у ног валялось белое и мягкое. Мои бывшие крылья!
-Это же, -заикаясь проговорил Михаило.- Это же что получается, ты – теперь человек?
-Выходит, что да, -осматривая ладони, будто в первый раз увидел, согласился я.
И тут заговорил Старший Гаври, заговорил как мне показалось довольно:
-И похоже Братьям на Земле еще не место. Пока, Брат-человек!
Я развернулся к ним. Ого! Да здесь все те, кто спустился из Сада! Улыбнулся:
-Прилетайте в гости, Братья-Ангелы!
-Обязательно, -пообещал Михаило, первым взмывая вверх.
Когда пернатая стая растворилась в облаках, я вошел в хату. Оттискал кухню и поставил чайник. Сел за стол и с интересом принялся осматриваться.
Потом с улицы долетели шаги и в дом зашли, держась за руки, мужчина и девушка. Их я уже хорошо знал. Совсем недавно я соединял их руки.
Девушка улыбалась, слушая что шепчет на ушко любимый, но тут их взгляды наткнулись на меня…
-Эй, ты кто? –спросил мужчина. И медленно потянулся к чему-то в коридоре.
-Брат, -горячо сказал я.- С миром!
-Каким еще миром? –буркнул мужик.- Ну-ка вали отсюда, козел!
Чувствуя, как проваливается в пропасть сердце, я хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Ох, как нехорошо смотрел на меня этот мужик. Тут он нашарил желаемое и рука вернулась – с длинным ножом!
-На выход, бомжара! -рявкнул он.- Валюха, отойди, а то мало ли что.
Мимо них я проходил не дыша. Но чувствуя, как глубоко внутри что-то рушится и ломается. Может именно такие души у всех людей – поломанные и изуродованные?
Я уже был у двери, когда в спину ударили. Ногой.
Вылетев с разгону во двор я перецепился и упал. Больно ударился губами о твердую землю. Кто сказал, что она мягкая? Совсем наоборот!
Господин, что же это такое? Как с таким зверем живет девушка, будущая мать? Это только из-за того, чтобы спасти ее, ты воскресил их всех? И таких… таких негодных.
И тут я услышал ее:
-Максик, выведи это чмо за забор – еще сопрет чего.
И бессильно уронил голову в пыль.

КОНЕЦ