Неверно ступая, проваливаясь в глубокий снег почти по колено, я шел, вернее, прорывался, сквозь ледяную плоть метели. Покрытые толстым слоем инея ресницы плотно склеивали веки и слепили меня. Поэтому время от времени я закрывал их ладонями, чтобы иней растаял. Но это помогало ненадолго. Холодный, насквозь пронизывающий ветер дул прямо в лицо. Стояла ночь, и ничего не было видно. Кругом лишь тьма. Густая бесконечная тьма, наполненная чем-то живым и в то же время пустая. Издалека доносился волчий вой, протяжный и тоскливый. Я не видел, куда иду, но чувствовал, что иду верно.
На пути я заходил в таверны и гостиницы отдохнуть. Согреться, посмотреть на людей, а иногда и вздремнуть на лавке где-нибудь в углу, вдыхая кисловатый запах людской суеты и будоражащую терпкость горящих свечей. Редко случалось, что на меня обращали внимание: совсем простой, обыкновенный человек.
В этот путь я отправился в самом начале лета, когда меня позвал таинственный Голос. В народе ходили слухи, что навеки будет проклят тот, кто услышит его и пойдет за ним. Несмотря на это, никто из услышавших не оставался и все равно уходил; и все знали, что он больше никогда не вернется, как и те, кто уже ушел. Однако гордые ученые люди говорили, что они обретают бессмертие и любовь, если они не сбиваются с пути, а иначе их постигает безумие и вечная боль.
Никто не знал, когда появился этот Голос. Он приходил к людям уже многие столетия. Детям о нем рассказывали родители, которые знали об этом от своих родителей, а те в свою очередь – от своих. Эта цепь уходила вглубь веков, теряясь в густом тумане далекого прошлого. И история осталась бы всего лишь легендой, забытой на пожелтевших от времени хрупких страницах древних книг под толстым слоем пыли, если бы время от времени она не оживал вновь, принося с собой смятение, тревогу и тоску.
.....
Весна в тот год была восхитительной. Всюду расцветали яблони, источая неповторимый аромат. Городок утопал в белых и нежно-розовых цветках. Порхали первые бабочки, хрупкость которых была настолько удивительна, настолько непривычна после холодной зимы, что вызывала сомнение прохожих: не видение ли это? Молодые нежные листья деревьев были так похожи на капельки дождя, что казалось – тронь слегка ветви и эти капли упадут с мелодичным перезвоном. Все вокруг было напоено солнечным светом и окрыляющей радостью. Листья деревьев, которых касался легкий весенний ветерок, шептали прелюдию к чему-то волшебному. Каждая травинка, песчинка, каждый камешек и цветок, и даже солнечный луч – все пели необыкновенно прекрасную песню. И сливаясь, эта песня, доносившаяся отовсюду, захватывала душу и уносила её ввысь, в те далекие края, где исчезает граница между мечтами и реальностью.
.....
Все шло бы своим чередом, если бы не один случай. Я, как и многие в моем городке, занимался разведением цветов. Несмотря на тяжелую жизнь, любовь не угасла в сердцах уставших, изведенных бытом горожан, и находилось немало желающих принести ближнему радость и подарить букетик душистых цветов. Малыши прибегали за цветочком для мамы или бабушки. Юноши с трепетной робостью приходили за прекрасными атланиями для своих возлюбленных, родители брали цветы для детей, мужчины – для женщин, женщины – для мужчин.
И вот однажды поздним вечером, когда я стоял на веранде своего дома, выходящей в сад, и внимал изумительной мелодии, перебиваемой звенящим стрекотом сверчков, в дверь постучали. Неожиданным гостем оказался сосед. Он долго извинялся за свой поздний визит, смущенно переступая с ноги на ногу. На следующий день его дочери, веселой шалунье, исполнялось 10 лет, и он хотел непременно порадовать её роскошным букетом нарядных цфелий. Надо сказать, это был трудолюбивый человек, преданный своей семье и верный друзьям. А некоторая застенчивость в его характере делала его просто обаятельным.
Я улыбнулся.
...