День не задался с самого утра. Сначала дурная весть о новых бунтах, затем прибыл гонец с письмом от короля Сириона. Его потрепанный вид и взмыленный конь говорили об одном - скакать пришлось без продыху, а соответственно, новости ни чего хорошего не сулят.
Герцог Бертхаммер внимательно прочитал письмо. Положив его на стол, он взглядом обвел присутствующих в малой приемной, где собрался весь правящий совет.
-Война! – произнес Герхард, опускаясь в ближайшее кресло. – Карл собирает под своим крылом армии Генриха и Сигизмунда. М-да… Сирион выслал в помощь войско под командованием князя Йозефа, всего десять тысяч пеших и конных…
-Да к черту Карла с его войной! - заревел, точно голодный медведь, граф Биллоу. - Войско Анхельма движется к нам!
-Граф, вы издеваетесь? - презрительно фыркнул Герхард, - Сирион наш верный и единственный союзник! Самим нам в войне против трех королевств не выстоять, ни за что! Господа, поймите одну простую вещь – никто в данной комнате управлять войсками не умеет, нам бы для начала порядок в своих владениях навести. Так что, если мы проиграем, то мы не только потеряем свои головы и Зоннерхейм, также откроется доступ к богатым землям Анхельма, чего не случалось за последние триста лет. Я думаю, все понимают, что Сирион тоже рискует – потерпи мы поражение?
-Герхард прав, - вмешался в разговор герцог Уислоу, - нам не обойтись без посторонней помощи. К тому же, князь Йозеф – непревзойденный стратег, его помощь будет бесценна!
-Господа, - ударил по столу Герхард, ставя жирную точку в споре, - мы теряем время на пустые разговоры! Сегодня к вечеру должны быть отосланы гонцы ко всем поданным Зоннерхейма…

Через две недели к стенам Иннергарда, столицы Зоннерхейма, подступила десятитысячная армия Анхельма. Город представлял собой три кольца защитных стен. Между первой и второй крепостными стенами располагались фермы, на которых с утра и до вечеру трудилась местная челядь, выращивая все необходимое для королевского стола. Между второй и третьей – крестьянские хибары, казармы, конюшни и большой рынок, на котором торговали даже ночью. За третьей, последней, крепостной стеной находились дома знатных господ, королевский парк и дворец Его Величества, на данный момент, пустовавший без своего властелина.
Мрачный серо-зеленый цвет, массивные каменные кладки, заканчивающиеся ажурными конструкциями, и отсутствие каких-либо барельефов и горельефов придавали замку суровый, угрюмый и, конечно, гордый, величественный образ. Великолепный город, великолепный дворец! По истине, гений, создавший это бесподобное творение, был величайшим знатоком архитектуры своей эпохи.
Встречать войско вышла вся знать, хотя их приезду многие не очень рады. Чего скрывать, раньше крестьяне кормили только себя и королевский двор, а сейчас придется еще и тысячи чужих ртов.
-Великий князь Йозеф, - сэр Герхард отвесил легкий поклон, - мы благодарны вашему королю за столь щедрую поддержку и с радостью принимаем вас в нашем городе.
Глава войска лихо соскочил с коня и, сняв с головы, шлем с опущенным забралом, от имени всего Анхельма приветствовал встречающих.
Князь - человек уже не молодой, зарекомендовавший себя ярым сторонником рыцарской чести. Его репутация безупречна: идеальный рыцарь, умный стратег, знатный и могучий лорд. Длинные седые волосы ниспадали до самых плеч, небольшие борода и усы создавали безукоризненный мужественный образ в тон к его выразительным, видящим насквозь, глазам. Богатырская фигура, в подогнанных по его телосложению латных доспехах, огромный меч со щитом и, висевший за его спиной, двуручный топор делали его в глазах друзей и противников грозным воином, чью ярость на поле боя, сравнивали со стаей голодных волков, добравшихся до беззащитной лани. Лицо медного цвета, испещренное множеством шрамов, лишь украшало доблестного воителя, что за всю свою долгую жизнь не потерпел ни одного поражения, ни на рыцарских турнирах, ни сражаясь с армиями противников.
-Прошу во дворец, вам покажут ваши покои. - Герхард взял под руки Йозефа и повел к огромным воротам, оставив краткие распоряжения слугам о размещении солдат Анхельма.