Война ради войны. Убийство ради убийства… Он обещал, что я не буду ничего помнить. Так и случилось.
*** Я открыл глаза, и сразу же зажмурился от яркого света. Лицо щекотали длинные колосья зеленой травы. Их мягкие стебли шевелились в такт легким порывам ветра. Он же трепетал мои волосы. Привстав, я, наконец, смог оглядеться. Холмы. Куда не глянь – всюду я видел холмы. Их многочисленные склоны покрывали девственно-чистые газоны колосистой травы, которые, казалось, никогда не знали тяжести человеческой ноги. Ровно, как и людской способности – уничтожать и сжигать все вокруг. «Огонь». В памяти это слово всплыло картинами полыхающих деревень, и словно реагируя на эти воспоминания, голову очертила резкая вспышка боли. Хватаясь за лоб, я падал, пытаясь найти ответ хоть на один из появившихся вопросов: «Где я? Почему тут? Да и кто же я такой, в конце концов?». Грудь часто вздымалась, мышцы ног сводила судорога. Но вскоре боль стихла, полностью забрав у меня веру в реальность происходящего. Что мне остается? Что-то сильно терзало меня изнутри, и, похоже, это было чувство вины. Вот только в чем моя вина? Раздумья приносили еще больше страданий, и чтобы освободиться, я решил встать. Стоять оказалось очень сложно – всё тело сковывала усталость. Но это была приятная усталость, приятная боль в мышцах. Отдыхать после нее одно удовольствие, вот только отдыхать я пока не собирался. Ворочая головой из стороны в сторону, я пытался определить свой дальнейший путь. Но есть ли разница, куда идти, когда вокруг бесконечные ряды холмов с однообразной травой? В конечном итоге, я выбрал самый простой и логичный вариант: пошел в противоположную от солнца сторону. По крайней мере, так не придется прятать глаза от всепроницающих лучей света. Монотонные шаги – они были для меня привычными. Я много ходил в своем прошлом, если оно у меня все-таки было. Я не помнил. Ничего. Даже понятие времени было мне незнакомо. Поэтому, когда впереди стала видна тонкая полоса дыма, я не мог сказать, как долго шел до ее источника. Источником дыма оказалось сгоревшее здание. Огонь пожрал его полностью, оставив лишь накренившуюся железную трубу в крайней правой части строения. Присев возле пепелища, я запустил руки в золу. Все еще теплая, она быстро окрашивала мои ладони в черный цвет. Смотря на это - смотря на остатки бесчинства огня, я с ужасом созерцал проплывавшие перед глазами картины. Жуткие, устрашающие увечья оставляемые огнём. И это была моя вина… Прежде, чем боль в голове достигла своего апогея, меня вывели из ступора. Что-то зашевелилось посреди колосьев. Я ощутил опасность слишком поздно, и незнакомое существо успело приблизиться. Раздвигая траву, голодный зверь бежал прямо на меня. Прежде, чем я смог среагировать, он мощным прыжком оттолкнулся от земли, сокращая расстояние. Усеянная зубами пасть открылась перед мои лицом, в нос ударило зловоние. Закрывая глаза, я думал только об одном – это слишком нечестно. Нечестно умирать, даже не зная за что. Не зная – где, и кем. Возможно, именно на эту мысль и среагировало мое тело. Я почувствовал, как острые зубы зверя прокусывают плоть, как одновременно с этим напрягаются мои неимоверно уставшие мышцы. А затем воздух огласило скуление. Скулил зверь, который умирал в моих руках. Я осознал это лишь когда открыл глаза и обнаружил возле себя обмякшую тушу. Рана на моей руке быстро затягивалась, и только там, где вырванный клык вошел в кость, кожа не срасталась. Вытащив его, я заворожено смотрел, как исчезает и это повреждение. «Это ненормально» - вдруг подсказало мне сознание. «Не могут раны затягиваться с такой скоростью, не могут бои протекать с такой легкостью». Но для меня, выходит, могут… Продолжая сжимать в руке клык, я поднимался. Убитый зверь подергивал лапами, но в том, что он мертв, я не сомневался. Смотря на дело своих рук, я хотел уйти отсюда как можно быстрее и дальше. Чтобы не видеть жертву, чтобы не стыдиться. Поэтому я шел. Мне понадобилось время, чтобы понять, что мои босые ступни перестали приминать траву и сейчас ступают по вытоптанной траве. А затем, осматривая свое нагое тело, я вспомнил, что это не правильно. «Люди должны быть одеты». Не знаю только почему. Наверное, для того, чтобы встретившиеся нам по пути «другие люди» не смотрели на нас с жалостью. А именно с жалостью смотрел на меня дородный усатый мужичок, погонявший мула. Сам он сидел в телеге, и был одет весьма тепло. На лысой голове покоился белый тюрбан. - Что, разбойники? – Спросил он, и, покачивая головой, слез с телеги. Не дожидаясь моего ответа, он начал копаться в сложенных в телеге вещах. Достав оттуда простые войлочные штаны и рубаху с курткой, он протянул их мне. – Держи. Да бери, не стесняйся! И не бойся... Денег не возьму. Грех это - на чужих бедах разживаться. Я не особо понял его слов, но мне нравилось звучание голоса. Было приятно вновь слышать человеческую речь. Не знаю, почему «вновь», но без затруднений натягивая одежду, я радовался продолжавшемуся говору человека: - Война закончилась, а бесчинства как были, так и есть. Люди словно с ума сошли. Ох, помяни мое слово, еще не скоро воцариться мир. А то гляди, и вовсе его не будет. Ну как, сидит? Сидит – хорошо сидит. Да не стесняйся ты, давай ко мне, в повозку. Довезу до города. И не смотри, что скотина дохлая. Оно еще с десяток таких, как мы выдержит. Я продолжал молчать, а он все говорил и говорил. И про войну. И про то, что король далеко, вот и бесчинствуют разбойники. И много чего еще, но я мало понял. К городу мы ехали два часа, как мне сказал мой попутчик, подъезжая к воротам. Но я и не слушал. Сам вид города поверг меня в изумление, а башни и высокие стены отзывались мимолетными воспоминаниями в моей груди. Однозначно, в своем прошлом я уже бывал в городах. Мне были знакомы мощенные камнем улицы, скопища невысоких домов и высоченных башен. А еще мне были знакомы разрушения, да и пробоины в стенах оказались не в новинку. - Да, дым шел с севера. Еще одна ферма сожжена дотла – печально произнес мой попутчик, обращаясь к двум стражникам. - И как только у тебя хватает смелости ездить одному в подобные-то времена, Брогги? – Восхищенно спросил молодой двадцатилетний паренек, видимо только недавно вступивший в регулярные войска. Его напарник – закаленный в боях ветеран молча стоял в сторонке. - Да только так и умею жить. – Отмахнулся Брогги. А я вдруг понял, что именно так зовут моего попутчика. Я вспомнил, что каждый человек имеет имя и даже я имел какое-то… Разговор молодого стражника и Брогги-торгаша подходил к концу. Вкратце мой попутчик упомянул обо мне, но его собеседник не заинтересовался моей личностью. Зато молчавший до этого ветеран вдруг оживился. - У тебя глаза убийцы, парень. – Голос соответствовал хозяину. Сухой отрывистый, словно отражавший все испытанное этим человеком при жизни. – Помни: ты на территории его Величества Генриэта Третьего. Здесь царит закон, а преступления караются по наивысшей строгости. Я не стал отвечать. Захоти – не смог бы. Умение подбирать слова еще не воскресло в моей памяти. Зато за меня заступился Брогги: - Будет тебе, Кадастр. У человека горе, а ты убийца, да убийца… Старый страж лишь ухмыльнулся и закрыл глаза, опуская подбородок. Его молодой напарник молча пожал плечами, словно говоря «ветеран – всю войну прошел, что с него взять?» После чего, наконец, пропустил нас внутрь. Город встретил меня гаммой новых воспоминаний, а заодно и дивным букетом запахов. Запахи хорошо приготовленной еды и запахи женских духов. Запахи рынка и даже зловония сточных труб. Все это напоминало мне о прошлой жизни, но не давало ответов. Пока Брогги продавал то немногое, что выторговал у фермеров, я молча сидел рядом. Слушал людскую речь и попросту наслаждался иллюзией занятости. Стало немного грустно, когда последний лоскут ткани оказался в руках покупателей, и довольный Брогги подытожил: - А ты принес мне удачу. Если дела и дальше пойдут так, то чувствую – перебираться мне в верхний квартал вельмож. – Он посмотрел на меня, ожидая реакции на шутку, но я не знал, чем ответить. Брогги не растерялся: потер руки и добавил. – Предлагаю отметить успешную торговлю. Я угощаю. Трактир «Гнилая Устрица» обладал не очень аппетитным названием, но кормили тут отменно. Я понял это, когда впился зубами в принесенную курицу. Мягкое щедро посыпанное приправами мясо оставляло во рту бурю сладких вкусов. А свежевыпеченный хлеб буквально таял на языке. Я уже не говорю про чудесное, терпкое вино, которое так кстати плескалось в моем бокале. Возможно, нет ничего плохого в такой жизни. Пускай и не зная своего прошлого, я, тем не менее, был счастлив. Хотя… даже лишенный памяти, я хорошо знал о непостоянстве счастья. - Зайтан? Генерал Зайтан? – закутанный в плащ человек лет тридцати смотрел на меня почти в упор, а в его глазах было столько удивления, словно он увидел мертвого. Но вдумавшись в смысл его вопроса, я вдруг ощутил, как кольнуло сердце. «Зайтан». Меня действительно звали так когда-то. Очень давно… - Вы, наверное, не помните меня. Да и не удивительно, я ведь тогда был простым рядовым… Но вы! Я думал, что вас поглотила преисподняя! – Человек продолжал стоять передо мной и говорить. Возможно, он многое бы смог поведать, но Брогги его перебил: - О чем ты говоришь, пьянчуга? Какой генерал? Думаешь, генерал сидел бы тут, с нами, попивая дешевого вина из деревянного кубка? Человек «пьянчуга», как назвал его мой попутчик, удивленно уставился на Брогги. А затем вновь посмотрел на меня. - Я действительно мог бы обознаться. Но только не сейчас. Ваши глаза, волосы, шрам на щеке и эта горбинка на носу. Вы ведь были моим кумиром, все эти годы. Генерал-легенда, которому было суждено породниться с королевской семьей. Я мог бы спутать кого угодно, но только не вас. И я Зойло, кстати. Зовут меня так. Парень смущенно улыбнулся, отчего щеки покраснели. Он был слегка пьян, но говорил искренне. И из-за этого мне становилось еще хуже – что я не могу ничего сделать или хотя бы ответить этому интересному человеку. «Спасли» меня новые лица. Их было трое и в отличие от Брогги и Зойло эти люди казались другими. - Генерал говоришь? А значит и кошелек размером со свинью? - Да какой там кошелек? Ты посмотри на него. Самый последний нищий нижнего квартала и тот побогаче одет будет. - Сумасшедший из тюрьмы сбежал! Троица дружно засмеялась, тыча в меня пальцами. Брогги сидел, не решаясь что-либо сказать. Только раскраснелся, как помидор, а лоб покрыла испарина. Зато Зойло перестал смущаться и выглядел расстроенным. Разозленным даже. - Вам лучше извиниться перед генералом! Подобные оскорбления ставят в риск ваши жизни. От его слов троица снова взорвалась бурным смехом. А я, наконец, начал различать этих похожих друг на друга людей. Их лица, их одежда, даже торчащие из-под поясов оружия – все было схожим. Лишь телосложением они более-менее отличались. Один был худее, другой коренастей, а тот, что в центре ниже остальных. Именно он и заговорил. - Дрожайше просим прощения у генерала дураков и его шута. В конце он даже поклонился, а его слова прозвучали так смешно, что я слегка улыбнулся. Совершенно иначе отреагировал Зойло. Его лицо исказилось, а рука потянулась к мечу. Раздался лязг обнажаемого оружия. В следующую секунду троица отступила – лица посерьезнели, тени смеха исчезли из глаз. Они тоже обнажали мечи. Не так быстро и отточено, как Зойло. Но взамен сноровки служилого солдата, они имели количество, которое быстро увеличивалось: встали со своих столов другие посетители, которые оказались причастны к той же банде. Зойло был солдатом, прошедшим войну. Но против десяти бандитов, облюбовавших этот кабак, у него не было шансов. Он это понимал, но все же – не отступался. Его лицо лишь слегка дрогнуло, а в голосе едва заметно проступил страх: - Вам лучше извиниться перед генералом. Бандиты снова рассмеялись. Уверенные в своей силе, в своем численном преимуществе, они словно кошка играли с глупой мышкой: - И как дорого ты оцениваешь жизнь своего генерала? Знаешь, простого веселья нам теперь будет недостаточно. - Вы не правы… - едва слышно произнес Зойло, но его перебили. - Убери оружие сынок, или придется тебя заколоть. Ох нехорошо будет, нехорошо… Он посмотрел на меня, словно ища поддержки. Этот солдат, принявший меня за генерала. А затем, сглотнув, он совершил главную глупость – атаковал. Не имея особых причин, не имея шансов на победу. Он атаковал, потому что словами не мог постоять за честь человека, которого когда-то считал примером для подражания. Я видел все – отчетливо и медленно. Зойло имел шансы на победу, сражайся он один на один. Но против десятерых его мастерства было недостаточно. В первые же секунды боя оружие было выбито из его рук. Это принесло в мое сердце успокоение: значит все кончиться весьма мирно. Но я недооценивал злобу бандитов. Начавшие ссору буквально из-за ничего, они не собирались просто так успокаиваться. Им была нужна кровь. Я понял это, когда лезвие ножа приблизилось к горлу падавшего Зойло. Еще секунда, и острие разрежет кожу, доберется до вены и ты лопнет, орошая пол кровавым дождем. Раздался крик. Кричало сразу несколько людей, но сильнее всех кричал разбойник, пытавшийся убить Зойло. Его рука с кинжалом была неимоверно вывернута, с запястья стекала кровь. Остальные бандиты отступили на несколько шагов, ошарашено смотря на происходящее. Но смотрели они отнюдь не на Зойло, а на меня. На меня, так некстати решившего вмешаться, и принявшего сейчас боевую стойку. Я не умел просто бить, только убивать. Но бандиты этого не знали, когда скопищем бросались на меня. Мои руки, мои пальцы – они двигались сами собой. Каждое движение выполнялось неимоверно быстро, в каждом ударе была недюжая сила и точность. Я старался не убивать, но человеческие тела оказались слишком хрупки. Первому же нападающему я выбил ребра, отчего он начал задыхаться. Второй отделался легче – сломанной ключицей. Зато третьего и четвертого я ударил слишком сильно. Когда их позвоночники жалобно хрустнули, я на миг раскаялся, но остановить свое тело уже не мог. Руки огибали вражеские клинки, отводили их в стороны, проходили вперед, сотрясая слабую плоть. Но последний меч я поймать не успевал. Не успевал отклонить. Все что мне оставалось, так это ударить по нему свободной правой ногой, ближе всего находившейся к атаковавшему бандиту. Босая пятка столкнулась с мечом крайне неудачно. Пятка попала прямо на острейшее лезвие. Я должен был лишиться половины ступни, но этого почему-то не произошло. Моя конечность осталась невредимой, зато лезвие и часть клинка вмялись внутрь, словно я бил по маслу. А затем клинок не выдержал у основания и треснул. Сорванная железка пронеслась мимо глаз удивленного бандита, который смерил свой пыл. Слишком поздно – моя ладонь уже приближалась к нему сверху, суля сотрясением головы. И только когда этот последний враг пал, я, наконец, смог остановить боевое безумие собственного тела. Вот так вот. Из неравного боя десять на один, это сражение превратилось в неравный бой со мной. Зойло все еще сидел на полу, его глаза были полны удивления и благодарности. Лицо озарилось радостной улыбкой. - Все-таки это вы, генерал Зайтан! Преисподняя сделала вас еще сильнее? - Она лишила меня памяти – честно признался я, закрывая глаза. Даже мое тело имеет свои пределы. После года бдения, мне требовался сон. ***
я запустил руки в золу. Все еще теплая, она быстро окрашивала мои ладони в черный цвет.
Это не правильно. Если сунуть руки в золу, то они сразу станут черные или серые, а не быстро и не постепенно.
Quote (ZsM)
Прежде, чем боль в голове достигла своего апогея, меня вывели из ступора.
А до этого про боль не говорилось. И "своего" кажется лишнее.
Quote (ZsM)
Раздвигая траву, голодный зверь бежал прямо на меня.
А почему именно - голодный. Может просто - злой. По внешнему виду ведь не скажешь голодный он или нет.
Quote (ZsM)
А затем воздух огласило скуление
Не хорошее предложение. Лучше - огласил скулеж. Но и с воздухом - как-то не правильно.
Quote (ZsM)
Продолжая сжимать в руке клык, я поднимался.
Может - поднялся?
Quote (ZsM)
Чтобы не видеть жертву, чтобы не стыдиться.
А что здесь стыдного, ведь зверь сам напал?
Quote (ZsM)
На лысой голове покоился белый тюрбан.
Нелогично. Если на голове тюрбан, то как ГГ понял, что он лысый?
Quote (ZsM)
Грех это - на чужих бедах разживаться.
Мне кажется лучше - наживаться.
Quote (ZsM)
И не смотри, что скотина дохлая. Оно еще с десяток таких, как мы выдержит.
Если скотина, то - она, а не оно.
Quote (ZsM)
высокие стены отзывались мимолетными воспоминаниями в моей груди.
В моей груди - я бы убрал. Звучит странно.
Quote (ZsM)
Однозначно, в своем прошлом я уже бывал в городах.
"своем" лишнее.
Quote (ZsM)
спросил молодой двадцатилетний паренек,
Паренек по всякому молодой, да и откуда ГГ знать, что он двадцатилетний?
Quote (ZsM)
Его напарник – закаленный в боях ветеран молча стоял в сторонке.
Тоже - откуда ГГ узнал, что напарник закаленный в боях ветеран? История ведь ведется от первого лица.
Quote (ZsM)
Я понял это, когда впился зубами в принесенную курицу.
Лучше "принесенную" заменить на "жареную" например. Смысл не потеряется, а звучит лучше.
Quote (ZsM)
Я думал, что вас поглотила преисподняя!
Вот это спорный момент. Если это вымышленный мир, то не правильно. Преисподнюю придумали католики, а есть ли католики в вашем мире?
Quote (ZsM)
Подобные оскорбления ставят в риск ваши жизни.
Лучше так - подвергают ваши жизни риску.
Quote (ZsM)
даже торчащие из-под поясов оружия – все было схожим.
Торчащее из-за поясов оружие.
Quote (ZsM)
лица посерьезнели, тени смеха исчезли из глаз.
Лица стали серьезные - лучше так.
Quote (ZsM)
Я понял это, когда лезвие ножа приблизилось к горлу падавшего Зойло.
Как это - падавшего?
Quote (ZsM)
доберется до вены и ты лопнет,
Та.
Quote (ZsM)
Я должен был лишиться половины ступни, но этого почему-то не произошло.
"почему-то" лучше убрать.
Quote (ZsM)
удивленного бандита, который смерил свой пыл.
Умерил.
Начало интересное. Самое настоящее Фэнтези - мечи, битвы. Мне такое нравится. Почитаю продолжение. Кружат голову свобода И ветер. Пред тобою все дороги На свете.
Tuha.
Сообщение отредактировал трэшкин - Четверг, 14.06.2012, 15:14
Отсутствуют авторские идеи (большой отрывок), описания событий стандартны и предсказуемы. Сцена драки не вызывает эмоций, юмор и философия посредственны. Начало главы нужно доработать (если это 1-ая).
Из плюсов: умение держать ритм, всё же удачное повествование, открытость перед читателем. Если число 111 111 111 помножить на себя самого, то получится интересное число 12 345 678 987 654 321 (все числа сначала возрастают, а потом убывают по порядку).
Их мягкие стебли шевелились в такт легким порывам ветра. Он же трепетал мои волосы.
Неудачно составленное предложение. Как можно "трепетать" волосом на голове? Репещет крылышками бабочка, птица и прочие. "Их" в начале предложения уберите, от этого ничего не изменится. "Он же" - подтверждение здесь неуместное. Подумайте над предложением, перестройте. Успехов. http://edita-b.livejournal.com/14246.html http://edita-b.livejournal.com/14749.html http://chistov.delta-info.net
трэшкин, Спасибо огромное! Замечания ценные. Как футбол кончится, начну исправлять. (Хотя нет, не буду спешить. Лучше на свежую голову поразмыслю)
Quote (трэшкин)
А что здесь стыдного, ведь зверь сам напал?
Здесь черта персонажа. Герой страшно не любит убивать, да и калечить кого бы то ни было. Я специально хочу показать эту жуткую разницу между возможностями и желанием. Что герой - по-сути своей крайне миролюбивый, а все его попытки даже просто защищаться выливаются в такие последствия.
Quote (трэшкин)
Начало интересное. Самое настоящее Фэнтези - мечи, битвы. Мне такое нравится. Почитаю продолжение.
Огромное спасибо. Вопрос - не слишком жестокое или кровожадное? Я просто мечусь - не знаю, за какую из трех идей взяться. Эта мне кажется наименее "выгодной", но в то же время писать мне ее проще всего. fub, fub, Ого! 8 балов? Я польщен. Надеюсь оценка объективная, без завышения?
Quote (fub)
Начало главы нужно доработать (если это 1-ая).
Да, дорабатывать определенно буду, если возьмусь. Мне главное решить вопрос - браться ли за эту идею, или все же попробовать дописать про девушку.
adler98 Спасибо. Учту. Жизнь - это не то, ради чего стоит жить.
Сообщение отредактировал ZsM - Четверг, 14.06.2012, 22:48
Ого! 8 балов? Я польщен. Надеюсь оценка объективная, без завышения? :)
Оценка соответствует, писать вы умете, но "ленитесь" в плане оригинальности. Если число 111 111 111 помножить на себя самого, то получится интересное число 12 345 678 987 654 321 (все числа сначала возрастают, а потом убывают по порядку).
По мне, так не слишком. Боевое фэнтези должно быть с кровью и жестокостью, а судя по первому отрывку - это боевое фэнтези.
Quote (ZsM)
Эта мне кажется наименее "выгодной", но в то же время писать мне ее проще всего
Если легко пишется, то надо продолжать писать именно это произведение, пока шиза не пропала. По себе знаю - сделаешь перерыв и потом снова начать будет трудно. Так что лучше продолжать и не прерываться. Да ты (думаю надо на "ты" перейти если не против) и сам наверное это знаешь.
Quote (ZsM)
Герой страшно не любит убивать, да и калечить кого бы то ни было.
Все понял. Я в принципе так и предполагал. Иначе переживания его выглядят странно. Кружат голову свобода И ветер. Пред тобою все дороги На свете.
А разве могут быть в дикой местности газоны. Наверное газоны - нечто городское.
Quote (ZsM)
словно реагируя на эти воспоминания,
Можно без "эти". Но это так - мелочи))
Quote (ZsM)
голову очертила резкая вспышка боли.
Коряво звучит.
Да и вообще лучше так: "Огонь". В памяти всплыли картины полыхающих деревень, и словно в ответ на эти воспоминания, голову пронзила резкая вспышка боли.
Quote (ZsM)
Но вскоре боль стихла, полностью забрав у меня веру в реальность происходящего. Что мне остается? Что-то сильно терзало меня изнутри, и, похоже, это было чувство вины. Вот только в чем моя вина?
Но вот, боль стихла, а вместе с ней растаяли остатки веры в реальность происходящего. Что мне оставалось? Что-то сильно терзало душу изнутри. Чувство вины? Вот только в чем моя вина?
ZsM, Очень много "я" по тексту. А так: больших ошибок я не заметил. Текст плавный и вроде правильный, но уж слишком простой. Можно бы добавить немного черного юмора, например, или необычных сравнений. Суховато.
А идея - ничего так, интересно что будет дальше))
Добавлено (15.06.2012, 16:25) --------------------------------------------- Да, и диалоги достаточно живые.
Кухонный философфф, туманный фантаст, Чайный алкаш)) === "Ня" или "не Ня" -- вот в чём Вопрос (с) ===
Ботан-Шимпо, Спасибо! Со всем согласен. Да, с газонами... надеялся, что незаметно будет Придумаю, как заменить. И очень рад, что все просто вышло. Да, суховатость есть - согласен. Но это, чтобы сюжет понятен был. Он хоть и простой, но быстро развивается. Лишние детали пока нельзя давать, чему я рад, признаюсь.
( Материал уже править нельзя, так что ошибки тут заменить не смогу. Только у себя в Word-e) Жизнь - это не то, ради чего стоит жить.
Сообщение отредактировал ZsM - Пятница, 15.06.2012, 17:30
Спасибо огромное! Замечания ценные. Как футбол кончится, начну исправлять. (Хотя нет, не буду спешить. Лучше на свежую голову поразмыслю) 
Огромное спасибо. Вопрос - не слишком жестокое или кровожадное? Я просто мечусь - не знаю, за какую из трех идей взяться. Эта мне кажется наименее "выгодной", но в то же время писать мне ее проще всего. fub, 
Ого! 8 балов? Я польщен. Надеюсь оценка объективная, без завышения? 
Материал уже править нельзя, так что ошибки тут заменить не смогу. Только у себя в Word-e)
