Добавлено (16.08.2012, 16:40)
---------------------------------------------
Давайте прекратим флудить, иначе продолжения не будет.

Добавлено (16.08.2012, 20:25)
---------------------------------------------
Если кого-то в этой теме интересует что-либо кроме Кончинки, то вот продолжение.
Тут доработанный первый отрывок и второй.

Лето семьдесят второго выдалось на удивление жарким и сухим. Дед рассказывал Семёну, что бывали времена и похуже - ещё до войны, однако это не утешало мальчика: урожай погибал, скотина голодала. Конечно, для него, как и для всех ребятишек, лето было беззаботной порой, но маленький Семён понимал, что поля – его хлеб в прямом и переносном смысле. На улице стояла нестерпимая жара, и даже ночью в избе было душно.
Семён долго не мог уснуть, поэтому встал с постели, тихо прикрыл дверь в спальню родителей и включил телевизор. Новенький «Рубин» чуть слышно загудел и озарил комнату неровным светом. По первой программе шла трансляция матча Торпедо - Спартак, на экране мелькали футболисты и чёрно-белые трибуны. Семён подошёл к окну и увидел собственное отражение. На него озорными глазами глядел мальчишка лет десяти, жидкие пряди светлых волос спадали на лоб, капризно вздёрнутый нос был усеян веснушками, а смешно оттопыренные уши были покрыты слезающей от солнца кожей. Мальчик раскрыл рот и потрогал передний молочный зуб: шатается, скоро выпадет. А за окном царила ночь, месяц неподвижно висел над лесом, в темноте трещали сверчки, а где-то далеко слышался прерывистый собачий вой. Все предметы, окружавшие Семёна, в голубоватом свете экрана казались загадочными и таинственными: часы с кукушкой, буфет с фотокарточками за стеклом, стол, накрытый кружевной скатертью, ковёр с замысловатыми узорами. Причудливые тени то появлялись на стенах, то исчезали, в сенях натужно шипел электрический самовар, заранее включенный мальчиком, а голос комментатора теперь звучал как-то убаюкивающе, Семёна начало клонить в сон.
На улице раздался заливистый лай Жоры. Мальчик вздрогнул от неожиданности и прислушался. Голос собаки звучал тревожно и мальчик забеспокоился: Жора никогда так не лаял, неужели воры? Может, голодная лисица забрела в деревню? Или волк? Дом Семёна находился в самом конце Кленовой улицы, и из леса можно было ожидать незваных гостей. Мальчик был не из робкого десятка и решил проверить, что случилось, или хотя бы угомонить пса. Семён выключил телевизор, выдернул самовар из розетки и снова прислушался. Жора продолжал лаять. Мальчик тихо отодвинул засов, отворил входную дверь и проскользнул на крыльцо. В лицо ударил свежий ночной воздух, чего Семён не ожидал от такой погоды. Перед ним, за забором, начинался луг, который пополам рассекала грунтовая дорога, а вдалеке лес вздымался чёрной стеной. Для Семёна он всегда был окутан мрачной завесой тайны. Мальчику приходилось бывать там, и лес успел оставить о себе нехорошее впечатление: вечером, когда солнечный свет пробирался редкими лучиками сквозь тёмную чащу, заросли казались ещё глуше, костистые сплетения корней напоминали лапы чудовища, густые кроны деревьев будто бы нарочно смыкались над головой. Ещё немного, и в дебрях промелькнёт избушка на курьих ножках. Чащоба казалось нескончаемой, но старшие говорили, что за лесом есть ещё одна деревня. Брошенный посёлок имел зловещее название Красная Могила, однако, Семёна, в силу его возраста, это не смущало. Вокруг было множество деревень, имевших в своём названии что-то красное: Красный Октябрь, Красная Целина, почему бы Могиле не быть?
Семён опомнился, прогнал дурные мысли и с удивлением заметил, что Жора молчал. Луна скрылась за тучей, и улица погрузилась во мрак. Мальчик осторожно направился к сараю, в котором почему-то среди ночи кудахтали куры и визжали свиньи. Семён медленно прошёл мимо конуры, в которую забился пёс. Действительно, что-то недоброе случилось, даже огромный кавказец Жора теперь, словно маленький щенок, пытался укрыться от таинственной угрозы и тихонько скулил. Мальчик с опаской оглянулся на крыльцо: может, домой, отца позвать? У Семёна затряслись поджилки, ком подступил к горлу. Страх всё же одержал верх над ним, гнетущий страх перед неизвестным разливался по жилам, и казалось, сердце вот-вот провалится в пятки. Семён попятился назад, неуклюже перебирая дрожащими ногами. Месяц вынырнул из-за облаков, наконец, осветив двор тусклым сиянием. Мальчик замер. Перед ним стоял огромный зверь, напоминающий то ли волка, то ли собаку размером с телёнка. Грязная шерсть клочками свисала с поджарого тела, изо рта капала слюна, жёлтые глаза яростно впивались в Семёна. Животное имело вид поистине ужасающий, несколько секунд оно простояло неподвижно, затем, поднялось на задние лапы и вытянулось во весь исполинский рост. Зверь издал громоподобный вой, похожий на пароходный гудок, где-то со стороны леса ему вторил такой же, а потом ещё один, уже в деревне.
Семён застыл от ужаса, сковавшего тело. Он был не в состоянии пошевелиться и глядел остекленевшими глазами на огромного волка. Мальчик почувствовал, как его штаны намокли, и опрометью бросился к дому.

***

Кто-то просигналил под окнами, Миша поднялся с дивана и достал из кармана телефон: десять ноль одна. Автомобильный гудок раздался ещё раз. Миша выглянул из окна, перед домом стояла белая «Тойота Королла», он подошёл к зеркалу и попытался поправить копну кудрявых русых волос у себя на голове.
-Мам, Стас приехал, я пойду.
-Смотрите там, а то мало ли что, - мама стояла в дверях в жёлтом переднике и с поварешкой в руках. Она протянула сыну полиэтиленовый пакет, - вот я тебе пряников положила и печенья домашнего, покушаете.
-Спасибо, - Миша сунул пакет в рюкзак и поцеловал маму в щёку, - ну ладно, пока.
-Пока, сынок, - мать тяжело вздохнула и улыбнулась.
Миша спустился по лестнице и вышел из подъезда. Перед ним, прислонившись спиной к машине, стоял и курил высокий худощавый блондин, Стас.
-Мих, ну ты тормоз. А это чё там у тебя? Мамка пирожков напекла? – он усмехнулся и выбросил окурок, - ладно, садись.
Миша забрался на заднее сиденье и обнаружил на переднем незнакомую девушку. Стас сел за руль и обернулся:
-Миха, это моя Валерия, можно Лера. Лера, это Миха.
Девушка тоже обернулась, и Миша обомлел: его даже не удивили белые дреды, но её лицо было сплошь утыкано пирсингами: два в брови, один в верхней губе, а ещё в носу и несколько колец в ушах. Лера прочла удивление в глазах парня, тут же улыбнулась и высунула язык, подёргав кончиком вверх-вниз: ещё один пирсинг.
Двигатель загудел, и машина с грохотом покатилась по разбитой дороге.
-Скоро подвеску тут оставлю, - Стас опустил стекло и сплюнул: вот тебе, получай, дурацкая дорога.
До самого выезда из города пассажиры молчали. Автомобиль въехал на скоростную трассу, чёрной стрелой уходящую вдаль. Вскоре последние пятиэтажки скрылись в утренней дымке, и теперь машина неслась мимо вагончиков, вблизи которых сновали туда-сюда сонные китайцы, выращивающие лук где-то неподалёку. А потом китайцы с вагончиками сменились полями и лесополосами – прощай, цивилизация. Миша сидел, уткнувшись лбом в стекло, всеобщее молчание ему порядком надоело, и он обратился к водителю:
-Стасян, а палатку-то взяли?
-Не-а, Ванёк сказал, что возьмёт. Через час уже будем в Шубинке, не дай бог, эта рыжая сволочь спит, - Стас ухмыльнулся и закурил.
-Мальчики, как насчёт музыки? - Лера достала откуда-то CD-диск и сунула его в магнитолу.
-Да, вдарим рок в этой дыре, - Стас смачно поцеловал девушку.
«Вдарим рок в этой дыре» - фраза показалась Мише знакомой. Где он мог её слышать? В кино? Ну конечно! «Маска» с Джимом Керри. А между тем в салоне заиграла бодрая музыка, что-то на испанском. Мексиканский рок – как потом выразилась Лера. Водитель прибавил газу, и теперь машина буквально летела, обгоняя неуклюжие грузовики и старенькие иномарки. Пассажиры пребывали в хорошем настроении, долгожданный отдых приближался. Сначала они говорили о музыке, потом выпили по бутылке «Баварии», Миша, наконец, смог почувствовать себя свободным, он вырвался из тоскливого удушья своей маленькой квартиры, из суеты города, так надоевшей ему за год. И теперь он мчался по трассе в белой, как снег, машине, мысли в голове летели так же стремительно, подальше от этого города.
Через час автомобиль свернул с трассы на просёлочную дорогу и вновь загрохотал. Впереди показались неуклюжие домики, обнесённые покосившимися заборчиками и синяя табличка с надписью «Шубинка».
Машина въехала в деревню, и Стас сбавил скорость, оглядываясь по сторонам:
-Та-а-а-ак, где там Ванёк живёт?
-На Кленовой вроде, - Миша тоже завертел головой.
Через несколько минут «Королла» уже стояла напротив зелёного дома с голубыми наличниками, во дворе которого была целая берёзовая роща. Стас несколько раз просигналил, и из входной двери тут же высунулась рыжая голова. Ваня вытащил на крыльцо одну за другой несколько сумок и, улыбаясь, направился к машине.
-Здоро́во, ребятки! А это кто у нас тут такой… - Иван невольно отшатнулся, заметив на переднем сиденье Леру с её пирсингами. Девушка виновато улыбнулась:
-Валерия.
-Иван… Я сумки в багажник положу, там палатка, спальники, лабуда всякая.
Кое-как разместив поклажу, Ваня сел рядом с Мишей, и следующие полчаса непрерывно тараторил, рассказывая деревенские новости и упрашивая ребят попробовать местной самогонки.
-Ладно, тащи свою бормотуху, и поехали уже, - Стас заёрзал на сидении. Ваня заулыбался, выскочил из машины и через пару минут явился с бутылкой красной жидкости:
-На медвежьем помёте настояно. Да шучу я, на смородине.
Автомобиль тронулся, и здания за стеклом пришли в движение. Аккуратные домики наподобие Ваниного сначала сменились более старыми, обитыми рубероидом, потом и вовсе развалюхами, а от некоторых остался один лишь фундамент, поросший крапивой. Вскоре дома вообще пропали, но слева от дороги вдруг возник ещё один, с виду заброшенный, однако, висящие на заборе вёдра и стеклянные банки давали понять, что тут кто-то живёт.
-Вань, а это чей дом? – Миша указал пальцем на покосившееся здание.
-Ну, можно сказать, ничей. А вообще лесника нашего.
-У вас тут лесник есть?
-А как же. Семён Попов. Он у нас лесник сколько я себя помню. Этот дом у него так, для вида. Странный он какой-то, в селе почти не появляется, в лесу в хижине живёт, со зверушками своими.
-Это с какими?
-Не знаю я с какими. С лесными, - Ваня, не закрывавший рот всё это время, теперь замолк. Он почему-то не желал говорить на эту тему.
Последний дом на Кленовой улице скрылся из виду, и машина поползла по полевой дороге, вздымая серые клубы пыли.

Добавлено (17.08.2012, 11:48)
---------------------------------------------