Добавлено (13.07.2012, 11:43)
---------------------------------------------
Перемены.
Мы уже не догадывались, а твердо знали, что не одни в космосе. И знали, что братья по разуму отнюдь не рады нашему знакомству. Те события вызвали большие перемены и на Земле, и во всей солнечной системе. Условное разделение на страны и национальности оставалось, но законы были окончательно унифицированы, вся власть безоговорочно перешла к Совету Земли, границы стали абсолютно прозрачны. Землю начала окутывать единая сеть транспортной системы. В школах обязательным предметом стало изучение эсперанто, на который стало переходить все человечество. В высших учебных заведениях преподавание велось уже только на этом языке. Но меня, как военного, больше всего затронули перемены происшедшие в Вооруженных Силах.
Аэрокосмическая дивизия продолжила свое существование, но была реорганизована. Теперь она не была самостоятельной воинской единицей. Приказом Совета Земли был создан Космический флот, который состоял уже из двух дивизий. Первая дивизия осталась без изменений. В нее по-прежнему входили полк аэрокосмических истребителей и смешанный полк планетолетов различного назначения. Звездолеты-разведчики, которые раньше находились в подчинении Совета ученых, были признаны морально устаревшими и более непригодными для дальних полетов в космос. На них стояло очень слабое вооружение, предназначенное в основном для того, чтобы отражать попадания метеоритов в районах повышенной метеоритной активности. Теперь их вооружение было улучшено, и после того как со стапелей сошло еще несколько десятков модернизированных кораблей подобного типа из них был сформирован отдельный полк пограничной охраны с базой на Хароне. В его задачу входило наблюдение за внешним космосом и встреча нежеланных гостей, чтобы избежать повторения трагедии. Вторая дивизия находилась в состоянии формирования. В ее состав должны были входить новые корабли, способные противостоять любой известной опасности. Был сформирован отдельный батальон космической пехоты, которая должна была теперь обязательно входить в состав каждой звездной экспедиции. Корабли косморазведки проектировались уже исходя из новых потребностей, которые включали в себя не только поиск и изучение из космоса новых систем, но и посадку на найденные планеты. В случае контакта в космосе разведчик должен был нести на борту тридцать космических истребителей, эти машины не были предназначены для полетов в атмосфере, требования аэродинамики и мощные двигатели, способные преодолеть силу тяготения, уже не играли ведущей роли, за счет этого были значительно улучшены маневренность и вооружение. Для воздушной разведки создавались мощные штурмовые машины со значительно улучшенным вооружением, способные нести либо ракеты класса «воздух-воздух» и «воздух-земля», либо кассеты с бомбами. Для высадки на планету разрабатывались бронированные модули, с огромным запасом живучести. Такой модуль был способен в течение 30 дней обеспечивать жизнеспособность экипажа и десантной группы практически в любой внешней среде. При высадке на планету пехотинцы могли воспользоваться одним из трех видов защитных костюмов - легкая броня, для условий похожих на земные и при отсутствии на планете агрессивных форм жизни, бронекостюм повышенной прочности, если предполагалась какая либо форма контакта, и тяжелый боевой скафандр, способный выдержать прямое попадание из ракетомета, если дела шли совсем уже плохо.
После той памятной битвы в космосе мы с Лешкой еще два года прослужили на Венере. Лешка женился на прелестной девушке родом из Сибири. Она была биологом и занималась тем, что пыталась приспособить земные формы жизни к свободному существованию на планете. Мы получили очередные воинские звания. Лешка остался служить на Венере уже в должности командира звена, а мне предложили вернуться в академию и пройти дополнительный курс обучения, после которого я должен был занять одну из командных должностей в полку косморазведки. Я подумал, что служба в косморазведке будет намного интересней монотонных дежурств на планетах солнечной системы и с радостью согласился.
Прибыв в академию, я поразился происшедшим в ней переменам. Старое небольшое здание, в котором я провел столько часов своей жизни, будучи курсантом, почти затерялось среди новых корпусов. Академия сильно разрослась, что было не удивительно, учитывая сколько новых задач было перед ней поставлено. Вырос штат преподавателей, значительно возросло количество курсантов, был отстроен новый тренировочный центр, в котором слушателей готовили именно для полетов в открытом космосе, где, глядя в иллюминатор, не было видно огромных шаров планет, к которым легко было привязаться для ориентировки. Здание, в котором мне предстояло провести следующие несколько лет, стояло чуть в стороне от главного корпуса. Рядом находились казармы для курсантов и общежитие для офицеров, прибывших на переподготовку.
Доложив о прибытии начальнику академии и оформившись у интенданта, я получил ключи от однокомнатной квартиры и отправился обживаться. Квартира была небольшая, но уютная. Обои мягкого светлозеленого оттенка не напрягали глаза. Жалюзи на окне приглушали льющийся с улицы яркий солнечный свет. Обстановка включала все необходимое. На рабочем столе стоял компьютер, встроенный шкаф, тахта. Завершали обстановку уютное кресло в одном углу и телевизор в другом. На кухне плита, холодильник, шкаф с набором посуды, под большим окном стол, в окружении нескольких табуретов.
Приближался обед, до начала занятий в академии оставалось еще четыре дня, я был свободен, и поэтому решил перекусить не в офицерской столовой, а в городе. А затем устроить себе небольшую ознакомительную экскурсию. Я доложил дежурному офицеру о своих намерениях и, получив добро, отправился в город.
Поев в небольшом уютном кафе, я отправился на прогулку. В мегаполисах перемены трудно заметить, там перестроили, там добавили, но я не был здесь два года и для меня изменения были просто поразительные. Город поднялся и ввысь и вширь. Все транспортные артерии переместились в воздух. Наземных и подземных средств передвижения больше не было. Город постепенно разбивался на несколько зон – деловой центр окружали промышленный, жилой, развлекательный и научный районы, разделенные между собой парками. Взяв аэрокар, и устроив себе обзорную экскурсию, я решил провести остаток дня в парке отдыха. Неизвестно было когда я снова смогу вот так расслабиться, а после нескольких лет проведенных на Венере я чувствовал себя здорово отставшим от жизни.
Приземлившись недалеко от парка аттракционов, я отпустил аэрокар, купил себе мороженное, и отправился осматривать окрестности. Как здесь было здорово. Аромат листвы и цветов наполнял легкие, и от него слегка кружилась голова. Заполненные народом танцплощадки сменялись аллеями, по которым порхали стайки молодежи, в уютных беседках уединялись влюбленные пары. По дороге мне попалось пара кинозалов. В одном афиша предлагала посмотреть исторический фильм об осаде Трои, древнего земного города, в другом историю о любви. Я всегда увлекался историей, поэтому выбор был очевиден. Многомерный фильм был настолько реалистичен, что казалось, будто я сам, с мечом и в латах, стою на древних стенах, готовый отражать атаку. После фильма я поужинал в расположенном неподалеку кафе, и пришло время возвращаться в академию. Доложив дежурному о возвращении, я отправился в свою квартиру и заснул как убитый.
Оставшиеся до начала занятий дни ушли на знакомство с новыми товарищами и командным составом, получение учебных планов и литературы, и обычные бытовые хлопоты.
Корабль, на котором нашему курсу предстояло нести службу, еще только строился. Он должен был быть готов к старту примерно тогда же, когда мы заканчивали обучение. Пока что он создавался в единственном экземпляре. Первый вылет, нацеленный на ту часть космоса, откуда предположительно прибыли напавшие на нас звездолеты, для него должен был стать своего рода испытательным. После него мы должны были доложить свои соображения обо всем, что входило в сферу наших обязанностей, и прежде чем пускать подобные корабли в серийное производство, ученые должны были доработать его конструкцию, учтя все наши замечания. Это накладывало на нас огромную дополнительную ответственность, и делало нашу программу необычайно сложной и насыщенной. Изучение матчасти сменялось занятиями на тренажерах, общие занятия по астрономии подробным изучением интересующей нас части космоса. Как командиры мы должны были досконально знать не только свои обязанности, но и уметь заместить в случае чрезвычайного происшествия своих непосредственных начальников.
С такой плотной программой годы обучения пролетели почти незаметно. Мы заканчивали последний курс. Наш корабль уже монтировался на орбите. Мы несколько раз посещали его с учебными целями, и приближался момент, когда мы уже должны были, сдав все экзамены, занять на нем боевые посты. Огромная физическая и моральная нагрузка утомляла до такой степени, что мы уже просто мечтали быстрее оказаться в открытом космосе.
И вот этот день наконец наступил. Сдав все экзамены, мы ровными шеренгами выстроились на плацу, а перед нами застыл командный состав академии. На трибуне, в окружении заместителей, стоял командующий Космическим флотом. Он произнес напутственную речь, мы последний раз промаршировали по плацу и все закончилось.
Через несколько часов мы, получив в хозчасти все необходимое, отправились в космопорт, откуда нас доставили на корабль, который теперь должен был стать нашим домом если не навсегда, то на долгие годы.

Добавлено (13.07.2012, 19:36)
---------------------------------------------
Находка.
Раздался сигнал подъема, и я открыл глаза. Спать уже не хотелось. Годы привычки вставать в одно и то же время сделали свое дело. Пять лет в академии, два года на Венере и еще три года в академии. И вот уже год на борту «Несокрушимого», крейсера косморазведки, на борту которого мне назначено нести службу после прохождения курса переподготовки. Я обвел глазами, давно ставший привычным, интерьер каюты. Небольшой стол с интеркомом и портативным компьютером, занимали часть противоположной стены. В той же стене была дверь, ведущая в небольшой отсек, разделенный на туалет и душевую кабинку. Откидная койка, на которой я лежал, занимала почти всю ее длину, упираясь в шкафчик с противоперегрузочным костюмом. На случай повреждения обшивки корабля он был снабжен собственным часовым запасом воздуха.
Я встал, сделал зарядку и отправился в санузел. Пока я принимал душ и брился наступило время завтрака, и я отправился в офицерскую кают-компанию. Когда я вошел почти все были в сборе. Я занял место возле своего заместителя, Хуана Альдего, и мы приступили к еде. Когда мы допивали сок поднялся командир корабля, капитан первого ранга Ямато Хуидзава и объявил чтобы все командиры подразделений и их заместители через 30 мин собрались здесь же на совещание. Я сходил в каюту, сменил обычную повседневную форму на парадную и отправился обратно. Столы, кроме одного, предназначенного для высшего командования, были убраны, стулья расставлены ровными рядами. Часть мест уже была занята. Наконец все офицеры, кроме заступивших на вахту, заняли свои места, и в кают-компанию вошли командир корабля и его заместители. Я услышал команду дежурного – «господа офицеры», и вместе со всеми поднялся со своего места. Получив разрешение сесть, мы приготовились слушать.
- Итак, господа – начал каперанг – все вы знаете причину, почему первой целью нашего полета выбран именно этот участок космоса. Здесь был атакован, и предположительно уничтожен, корабль косморазведки, который встретил неизвестные корабли, напавшие затем на нашу систему. Через несколько часов мы достигнем координат, из которых была принята последняя передача разведчика. В связи с этим на корабле объявляется повышенная боевая готовность. Имеется очень высокая вероятность того, что нам тоже предстоит вступить в контакт с неизвестной расой. В случае контакта в космосе истребители должны покинуть корабль и занять места, согласно боевому расписанию, в открытом пространстве. Капитан третьего ранга Сухумов, еще раз проведите беседу с группой, которая пойдет в эскорте с переговорщиками, если в этот раз удастся избежать немедленного огневого контакта. Капитан-лейтенант Черноусенко – услышав свою фамилию, я поднялся – в случае отсутствия контакта в космосе и обнаружения планет пригодных для жизни, вашим штурмовикам задача облететь планету, составить примерную карту, отметить все места, где будет отмечена жизнедеятельность. Капитан третьего ранга Гиоргадзе, выделить отряд для первой высадки на планету. Неизвестно, что нас там ждет, поэтому отберите наиболее подготовленных. Командование отрядом возьмите на себя.
Каперанг продолжал отдавать приказы, а я уже задумался о том, что же ждет нас впереди и мысленно начал распределять задачу между своими ребятами. Прибыв на «Несокрушимый» я был ознакомлен с приказом о присвоении мне очередного воинского звания и назначении командиром эскадрильи штурмовиков. Эскадрилья состояла из трех звеньев, каждое из которых включало четыре пары. Двадцать четыре машины не так уж много, чтобы за пару часов облета собрать о планете более-менее подробные сведения, поэтому я заранее старался мысленно распределить ребят так, чтобы охватить наибольшую зону. Я наклонился к Хуану и предложил ему зайти ко мне в каюту, чтобы набросать план действий.
Старший лейтенант Хуан Альдего закончил академию на год позже меня и не участвовал в сражении с пришельцами. Но он, как и все, хорошо знал, что тогда произошло. После года службы на Плутоне, где он зарекомендовал себя отличным пилотом, он, как и я, был отправлен в академию на переподготовку. Там мы и сдружились, проведя немало баталий за биллиардным столом. Не смотря на то, что я играл в биллиард довольно неплохо, Хуан не раз доказал, что он не только летать умеет, а на танцплощадке я выглядел рядом с ним настоящим медведем. Не зря по его жгучим глазам страдала половина женского персонала академии.
Время летело быстро. Только мы собрались идти обедать, заработала система оповещения:
- Внимание всему личному составу, говорит командир корабля капитан первого ранга Ямато Хуидзава, мы приближаемся к звезде имеющей планетную систему. Пока обнаружено четыре планеты. Возможно, это те, кого мы ищем. Всем подразделениям полная боевая готовность.
- Наконец-то, - радостно засмеялся Хуан, когда мы, встретившись в коридоре, вместе бежали к отсеку с нашими штурмовиками.
- Не спеши радоваться, - ответил я – может это пустышка, мало ли звезд, возле которых могут крутиться планеты, и не обязательно, чтобы все они были пригодны для жизни.
- То, что не пригодно для нашей жизни, вполне может быть пригодно для другой, – резонно заметил Хуан, когда мы уже вбегали в отсек с боевыми машинами.
- Ну, ни пуха, ни пера – выдохнул я и направился к своему штурмовику.
Меньше чем через час мы подошли к системе настолько близко, системы слежения уже без труда распознавали звезду солнечного типа и кружившиеся вокруг нее планеты. На самом деле их было не четыре, а пять. Пятая планета находилась так близко к звезде, что практически терялась в блеске ее короны. Не удивительно, что с более далекого расстояния ее не заметили. Корабль замер на подлете к системе, обшаривая радарами все доступное пространство. Никаких кораблей гипотетического противника в пространстве не было, и каперанг отдал приказ запустить на орбиту ближайшей к нам планеты три спутника, которые должны были провести картографирование планеты и тем самым облегчить выполнение задачи моей эскадрилье.
Спутники заняли самую высокую орбиту и начали облет. Планета представляла собой безжизненный булыжник. Спутники перешли на более низкую орбиту и в работу включились спектрометры. Атмосфера была, но анализ показал ее непригодность для человеческих организмов. Вообще, судя по всему, планета была необитаема. Хотя вопрос как же выглядели наши «зеленые человечки» по-прежнему оставался открытым и Хуан вполне мог оказаться прав. Спутники вернулись на борт, и после изучения полученной информации корабль лег на орбиту планеты, а моя эскадрилья получила приказ стартовать.
Все штурмовики были снабжены аппаратурой распознавания биологической активности. Каждому пилоту был определен маршрут и спустившись на высоту двух километров от уровня земли мы разошлись по своим квадратам и начали прочесывать местность. Однако это исследование также ничего не дало. Жизни, в нашем понимании, на планете не было. Мы вернулись на борт, и корабль стартовал к следующей планете системы.
Снова были выпущены спутники. Но в этот раз они не успели собрать никакой информации. Только спутники легли на свои орбиты, с планеты стартовало несколько ракет и спутники исчезли в облаках разрывов. «Похоже, мы их нашли» - было, наверное, первой мыслью каждого, кто находился сейчас на борту.
Кто они? Почему так агрессивны? Почему не хотят идти на контакт? Эти вопросы мучили не только меня. Было немедленно созвано совещание высшего командного состава, весь экипаж замер на боевых постах, пилоты не покидали своих машин, десантники, приготовив тяжелые боевые скафандры, ждали команду на посадку в модули.
Наконец я получил команду на вылет. В этот раз мы должны были работать вчетвером. Поскольку ракеты были выпущены из одной точки, в нашу задачу входило найти и уничтожить пусковые установки и обеспечить высадку десантников. Для этого штурмовики были вооружены ракетами класса «воздух-земля». Также нам подсоединили несколько ракет класса «воздух-воздух» на случай если мы будем атакованы до подлета к цели. Несмотря на возмущение Хуана, я приказал ему остаться на борту корабля. Мало ли что могло случиться на планете оказавшей нам такой прием, и он должен был заменить меня на посту комэска, на случай моего невозвращения. Я смотрел на лица молодых пилотов, вчерашних выпускников академии, и вспоминал себя в том далеком первом боевом вылете. Он многому научил нас, тот бой, в котором мы победили, глядя правде в глаза, только чудом. И я мысленно поклялся себе сделать все возможное и невозможное, чтобы все мои ребята вернулись домой.
Как только мы вышли на орбиту, на которой были атакованы спутники, с планеты опять был произведен запуск ракет. Мы расстреляли их на расстоянии и рухнули в атмосферу. Чтобы не попасть под новый обстрел мы снижались на максимальной скорости. Обшивка разогрелась, и в кабине становилось невыносимо жарко, но это был наилучший вариант прорыва к цели, и приходилось терпеть. Спустившись на заданную высоту мы выровнялись и направились к предполагаемой зоне старта ракет. Однако сюрпризы на этом не закончились. Когда до точки атаки оставалось пару километров, заработала система противовоздушной обороны планеты. Десятки небольших ракет стартовали с поверхности и рванули нам на встречу как волчья стая на охоте. Мы разошлись и выпустили тепловые ловушки. Часть ракет ушла в сторону, часть мы уничтожили встречным огнем, выкрутив несколько фигур высшего пилотажа, мы прорвались сквозь заслон и, обнаружив точки ПВО, сровняли их с поверхностью планеты. Пролетев еще километр мы, наконец, обнаружили свою цель. К моему удивлению это было похоже на пусковые установки ядерных ракет времен так называемой «холодной войны», про которые нам рассказывали на уроках военной истории. Но устраивать экскурсы в прошлое было некогда. Мы сделали горку и выпустили в цель все оставшиеся у нас ракеты. Передав на корабль о выполнении задачи, мы поднялись на высоту двух километров и начали барражировать над целью в ожидании десантного модуля.
Модуль появился через двадцать минут. Спустившись на планету десантники быстро нашли вход и расчистив его несколькими взрывами вошли внутрь комплекса. Мы уже приготовились узнать, как же выглядят наши столь недружелюбные братья по разуму, но нас ждало разочарование. Комплекс работал в полностью автоматическом режиме. Десантники хотели демонтировать несколько модулей для более подробного изучения, но им не дали на это времени. С корабля поступил приказ немедленно свернуть операцию и вернуться на борт. Высокая активность звезды не давала нашим приборам свободно обследовать все пространство системы. Возможно, именно поэтому мы тоже не были до сих пор обнаружены. Вполне вероятно не вступи мы в бой на планете, наш корабль до сих пор оставался бы незамеченным. Радары засекли приближение со стороны третьей планеты нескольких космических объектов похожих по размеру на наш звездолет, когда они уже прошли половину расстояния. Возможно, это и были таинственные обитатели системы.

Добавлено (15.07.2012, 11:26)
---------------------------------------------
Неожиданная встреча.

Вернувшись на борт нашего разведчика, я узнал, что со стороны третьей от звезды планеты к нам приближается четыре корабля похожих по конструкции на те, фотографии которых передал прежний разведчик, и те, что атаковали нашу систему. Но в этот раз мы были готовы ко всему. Орудия корабля заряжены и наведены на цель, а корпус окутан коконом защитного поля. Истребители уже заняли свои позиции в космосе. Наши штурмовики срочно дозаправлялись и снаряжались ракетами класса «космос-космос». Конечно, штурмовики, по скорости и маневренности, не были приспособлены к бою в открытом космосе. Но для вылазки с целью нанести короткий точечный удар по космолету противника подходили прекрасно. Десантники были готовы в специальных капсулах атаковать вражеское судно, с целью захвата, если оно будет повреждено достаточно чтобы потерять ход, но недостаточно чтобы разлететься на куски. Мы очень хотели в этот раз узнать с кем нам, все-таки, приходится иметь дело. Связисты все время пытались связаться с неизвестными, но ответа не было. А звездолеты подходили все ближе и ближе. На подлете они разделились и взяли нас в коробочку. И когда мы уже приготовились отражать нападение они вышли на связь.
Видеочастоты у нас не совпадали или они не передавали видео, поэтому изображения не было, но звуки, донесшиеся из речевого модулятора, заставили нас остолбенеть на месте.
- Неизвестный корабль, – услышали мы фразу на искаженном, но, все же, легко узнаваемом английском языке, - с вами говорит командир эскадрильи флота Независимого сообщества , планета Алькатрас, майор Джон Картер. Кто вы и что вам нужно?
- Говорит капитан первого ранга Ямато Хуидзава – услышали мы напряженный от неожиданного шока голос командира, - мы прилетели с планеты Земля, Солнечная система, с разведывательной целью. Наша задача поиск и исследование планет пригодных для заселения человечеством, а так же контакт с внеземным разумом, в случае его обнаружения.
С Земли? – мы поразились, услышав всепоглощающую ненависть в голосе говорящего – ваш корабль арестован и будет доставлен на планету, где наше руководство решит вашу дальнейшую судьбу. Сопротивляться не советую. Мы превосходим вас в силе, и сюда готовы в любой момент выдвинуться еще несколько наших кораблей. Будьте благоразумны и, возможно, мы сохраним вам жизнь.
- Но в чем дело и кто вы такие? Почему вы нас атаковали? Мы прибыли с научными целями и не испытываем к вам вражды. В этой части космоса несколько лет назад пропала наша научная экспедиция, и мы хотели бы попытаться выяснить ее судьбу.
- Вы лжете, - загремел голос человека, назвавшегося Джоном Картером. - Это ваши предки выкинули нас с Земли несколько веков назад, как груду мусора. Это вы заслали к нам своих шпионов несколько лет назад. Они признались в тех гнусных целях, с которыми были посланы, это вы уничтожили часть наших кораблей, посланных в вашу систему, чтобы убедится каковы теперешние земляне. И теперь вы снова пришли к нам, чтобы лгать и убивать. Не выйдет. Или вы пойдете с нами добровольно или будете уничтожены. Это последнее предупреждение.
- Дайте нам час обсудить ваше предложение.
- Это не предложение, это приказ, даю 30 мин – ретранслятор щелкнул и затих.
В кают-компании немедленно было собранно заседание командного состава. Запись разговора была отправлена на Землю, и командование приступило к обсуждению создавшейся ситуации. Судя по словам Картера про шпионов и их признание, наши товарищи могли быть живы, и содержаться в плену, на какой-то из планет. Это и послужило ключевой точкой в принятии решения. Мы обязаны были сделать все возможное и невозможное, чтобы точно выяснить их судьбу, и, если они еще живы, вернуть ребят домой. Капитан приказал передать, что мы подчиняемся и в сопровождении враждебных звездолетов мы направились в сторону звезды.
Судя по всему, мы неожиданно столкнулись с колонией землян. Но кто они? Как сюда попали? Почему нам ничего не известно о том, что земляне занимались колонизацией космоса? О каком предательстве говорил Картер?
Когда мы вышли на орбиту планеты, по размеру, массе и составу атмосферы напоминавшей Землю, два корабля из нашего эскорта куда-то улетели, а два остались сторожить нас. Кроме того нас предупредили, что мы находимся под постоянным наблюдением военных спутников и при попытке самостоятельно сменить орбиту или уйти в космос, будем немедленно атакованы. Нам было приказано отключить основные двигатели, и ждать пока на связь не выйдет планетарное правительство.
Из космоса планета смотрелась прекрасно. Огромный континент, почти полностью покрытый растительностью, находился в северной части планеты, и раскинулся от экватора почти до полярных широт. В ширину он занимал более четверти планеты. Заселен континент был слабо. Мы заметили лишь один большой город и несколько сотен маленьких, разбросанных между собой на значительные расстояния. Всю остальную поверхность занимал океан. Даже с орбиты было видно, что в нем кипит жизнь. На суше активность была значительно ниже и концентрировалась, в основном, вокруг городов. На пределе видимости, почти на изгибе горизонта, была видна цепь островов. Относительно близкое расположение и небольшие глубины, отмеченные в этой области, позволяли предположить, что здесь когда-то тоже был континент, но по каким-то причинам ушел под воду. И теперь от него остались лишь вершины горной гряды. А может быть наоборот, океанское дно только и ждало толчка, чтобы подняться над поверхностью волн. К сожалению, мы не имели возможности сделать хотя бы один виток вокруг планеты, поэтому пришлось ограничиться только тем, что находилось в зоне видимости.
Через несколько часов, по бортовому времени, планета, наконец, вышла на связь.
- Неизвестный корабль, с вами говорит Дэвид Адамс, Президент Независимого сообщества планеты Алькатрас. Кто вы и с какой целью прибыли в нашу систему.
- Командир разведкорабля, капитан первого ранга Ямато Хуидзава. Порт приписки Солнечная система, планета Земля. Наша задача поиск планет земного типа с целью их дальнейшей колонизации, а так же попытка установления контакта, в случае обнаружения внеземного разума. У нас мирная научная экспедиция.
- Мирная, говорите? – издевательски произнес Адамс. – Командир доставившего вас эскорта уже доложил мне как «мирно» вы отреагировали на их появление.
- Несколько лет назад в этой системе был атакован и пропал наш корабль-разведчик. Через некоторое время в нашей системе появились аналогичные корабли и уничтожили несколько наших кораблей околопланетного радиуса действия, и научную базу. Их удалось остановить ценой больших потерь. После этого Земля приступила к созданию звездолетов более подготовленных к подобным ситуациям.
- Земля, - казалось из уст говорящего брызжет яд, - грязное логово, подло избавляющееся от своих детей.
- Мы уже слышали это от вашего капитана, но никак не можем понять, о чем идет речь, - недоуменно произнес каперанг. – Объясните, пожалуйста, если вы с Земли, то, как сюда попали, и почему так ненавидите свою Родину?
- Не притворяйтесь. Все вам известно. Четыреста лет назад ваши предки, из государства под названием США, практически наугад отправили в космос несколько ноевых ковчегов, обманом и силой загрузив в них наших предков. Они находились в анабиозе, корабль управлялся автоматами, и никто не знал, будет ли когда-нибудь завершено это путешествие или оно станет вечным. Полет продолжался несколько десятилетий, пока один из ковчегов не лег на орбиту планеты, возле которой вас захватили. Вы видели, на что она похожа, но выбора у нас не было и мы опустились на ее поверхность. Около ста земных лет мы боролись там за выживание, пока не был разработан и построен первый межпланетный корабль, позволивший нам перелететь сюда. На той планете, которую мы назвали Бастилия, остались лишь автоматические охранные станции. К счастью нас снабдили всеми научными знаниями известными на тот момент, иначе мы бы не выжили. И вы хотите, чтобы после этого мы относились к вам с любовью и восторгом?
Некоторое время каперанг потрясенно молчал, пытаясь осознать полученную информацию. Наконец он медленно и устало произнес:
- То, что вы рассказали, не укладывается в сознании. И все-таки я не могу вам не верить, ибо сам факт вашего пребывания здесь служит неопровержимым доказательством. На земле многое изменилось за прошедшие века. Мы давно не знаем войн и никому не хотим вреда. Если позволите, нам нужно несколько часов чтобы отправить на Землю доклад и получить дальнейшие распоряжения. И я хотел бы встретиться с вами лично, чтобы представить доказательства наших мирных намерений.
В голосе председателя явно звучали сомнение и недоверие, но он согласился дать необходимую отсрочку. Однако мы по-прежнему оставались под зорким присмотром.

Добавлено (20.07.2012, 18:16)
---------------------------------------------
Братья по крови.

Разговор командира с планетой транслировался на весь корабль. Каперанг отдал приказ передать его на Землю, и мы стали ждать ответ, пытаясь переварить все услышанное. Древняя история Земли, в тех или иных объемах, входила в любой курс обучения. О том, что несколько веков назад Соединенные штаты Америки пытались экономическим или военным путем взять под контроль всю планету, мы, конечно же, знали. Государство, которое вело свою внешнюю политику по принципу «если кто-то не отдает то, что тебе нужно по доброй воле, сделай его путем провокации виноватым и под маской миротворчества отбери силой». Несколько раз по вине США человечество едва не дошло до самоубийства, готовое развязать ядерную войну, после которой уже не осталось бы ни правых, ни виноватых, и возможно не осталось бы самой планеты. И вот теперь мы сидели и ждали ответа с Земли, что же еще натворило в те смутные века одно из ведущих государств западной цивилизации.
Ждать пришлось относительно не долго. В основном время ушло на пересылку нашего отчета на Землю и получение ответа. Как только сообщение было получено, Совет Земли собрался на экстренное совещание. Историки подняли архивы NASA, и, зная, что и когда нужно искать, довольно быстро откопали в сверхсекретных документах упоминания об экспериментах с замораживанием животных, а затем и людей в криогенераторах на различные сроки. Не имея космических кораблей способных преодолевать скорость света, ученые тех времен выбрали путь замораживания экипажа для сверхдлинных полетов в специальных капсулах, которые должны были сохранить им жизнь, может быть на сотни лет. Затем по прибытии корабля в нужное место автоматика должна была разморозить свой живой груз и передать управление ему.
В середине двадцать первого века, когда на планету надвигался очередной экономический кризис, США тоже не избегли общей участи. Падение уровня производства, возросшая безработица, общее снижение уровня жизни и как следствие рост преступности, заставили правительство страны прибегнуть к решительным мерам. Экономическая и политическая экспансия уже не давали требуемых результатов, рабочие и интеллигенция регулярно объявляли марши протеста и забастовки, тюрьмы были переполнены недовольными. В судах начали оправдывать преступников просто потому, что их некуда было сажать. В очередной раз забить людям головы свободой воли и победой демократии уже не удавалось. И тогда правительство страны пошло на отчаянный шаг. NASA, совместно с институтом SETI, разработало программу полета к ближайшим звездам, вокруг которых могли вращаться планеты земного типа. Таких звезд на тот момент было известно четыре. В рамках строгой секретности, начали строиться четыре корабля, способных в автоматическом режиме достигнуть этих звезд. Экипаж для кораблей решили подобрать из осужденных. Таким образом, решалось сразу две проблемы – если бы эксперимент завершился неудачей, общественное мнение можно было легко взять под контроль, и в то же время разгружались места лишения свободы.
Однако бандиты для такой миссии не подходили. Они были способны только стрелять и подкупать, а нужны были люди способные справляться с различным научным оборудованием и качественно выполнять менее квалифицированные работы. Поэтому экипажи подбирались из политических заключенных, благо среди них встречались люди самых разных профессий. Кандидаты должны были быть определенного возраста, здоровые и желательно одинокие, чтобы их исчезновение не вызвало лишних вопросов. Таким образом, было отобрано около двенадцати тысяч человек. Недостающие специалисты добирались по тут же сфабрикованным обвинениям. Чтобы до момента старта с будущими космонавтами не возникало проблем, им предложили добровольное участие в важном государственном эксперименте, после которого пообещали снять все обвинения и даже выплатить значительную материальную компенсацию. Альтернативой было возвращение на длительный срок в тюремную камеру.
Когда корабли были достроены, всем подопытным объявили, что будет проведен последний эксперимент на орбите, после которого они получат обещанную награду и свободу. Людей небольшими группами доставляли на космодром, шаттлами поднимали на ковчеги и укладывали в криокамеры. Бедняги даже не подозревали сколько будет длиться этот сон и скольким из них так и не суждено будет проснуться.
Ковчеги отправились в путь, а история Земли продолжала идти своим чередом. Европейские государства тоже начали объединяться в союз, приняли единую валюту и даже начали разрабатывать общие для всего содружества законы. Евросоюз применил свои меры к преодолению кризиса. Способ этот оказался весьма успешен и постепенно по такому пути пошли все государства на планете. В дальнейшем этот метод лег в основу нашего сегодняшнего общества. Правительство США предпочло скрыть данные о своем космическом эксперименте. Хотя сам факт строительства и отправки звездолетов утаить было невозможно, официально было объявлено, что корабли были беспилотными и несли на борту только научное оборудование, для подробного исследования ближайших к нам звездных систем. Участие в программе людей было строжайше засекречено, а те, чье молчание вызывало сомнение, в течение небольшого времени стали участниками разнообразных несчастных случаев, с летальным исходом.
Получив эти сведения и обсудив их с командным составом, каперанг связался с планетой и запросил аудиенции у главы правительства. Встреча была назначена на середину дня, по планетарному времени, уровень тревоги для всех, кроме боевых расчетов корабля был снижен, и мы отправились по каютам отдыхать.
- Капитан-лейтенант Черноусенко, - голос, раздавшийся из коммуникатора, вырвал меня из блаженной дремы, - немедленно явится на мостик.
Я освежил лицо и, одев надлежащую по уставу форму, вышел из каюты. В коридоре я догнал идущего в ту же сторону Гиоргадзе, и в отсек управления мы вошли вместе. Доложив о прибытии, мы замерли по стойке смирно.
- Вольно, - скомандовал каперанг, и пригласил нас к планшету, на котором сейчас отображался участок поверхности планеты. – Смотрите внимательно господа. Через четыре часа по бортовому времени, у нас состоится встреча с правительством планеты. С нашей стороны представителями будем я и профессор Нивен. Поскольку мы должны доказать, что явились исключительно с мирными намерениями мы не можем брать с собой сильный вооруженный эскорт. К тому же я подозреваю, случись что, он нам не поможет. Спускаться будем в десантном модуле. В нем кроме нас на планету пойдут десять ваших десантников Гиоргадзе, а в сопровождении два ваших штурмовика Черноусенко. Миссия очень опасная, поэтому к выбору людей отнеситесь особенно тщательно. Гиоргадзе, вы со своими десантниками составите почетный караул, поэтому только легкая броня и легкое оружие, поверх брони парадная форма одежды. Черноусенко, вы, со своим ведомым, до нашего возвращения остаетесь в штурмовиках. Этот визит продлится около часа. Мы будем представлены руководству планеты, передадим им необходимую информацию и вернемся. В случае удачи назначим следующую встречу. Выполняйте. - Мы дружно развернулись и покинули мостик. Для подготовки к полету оставалось не так уж много времени.
К счастью первая встреча на поверхности планеты прошла спокойно. Профессор передал планетарному правительству все документы, а также аппаратуру для их просмотра. Каперанг еще раз заверил президента в наших мирных намерениях и договорился о встрече ровно через планетарные сутки, после чего делегация благополучно вернулась на корабль.
На следующий день (хотя если считать по корабельному времени это было уже ближе к вечеру), мы снова отправились на планету. В этот раз в делегацию вошли главный механик капитан второго ранга Ван Вогт и несколько ученых из команды Нивена. Во время сеанса связи, предшествующего вылету, президент дал понять, что предъявленные нами документы показались ему убедительными и он готов к продолжению мирного диалога. Поэтому ученые захватили с собой информационные чипы, из которых можно было узнать о развитии земной цивилизации за время отсутствия на ней наших братьев по крови. Если и эта миссия закончится успехом, каперанг получил от земли полномочия вести дипломатические переговоры и предложить Адамсу обменятся официальными представителями. Но сначала нужно было выяснить судьбу первого разведкорабля и его экипажа. После завершения торжественной части, ученые, удалившись в отдельный зал, углубились в обсуждение непонятных непосвященным проблем. Адамс пригласил Хуидзава и Ван Вогта в свой кабинет для личной беседы. С ними отправился и помощник президента, человек средних лет, с высоким выпуклым лбом и пронзительными серыми глазами. Прислуга разлив по бокалам прохладный шипучий напиток удалилась, и четверка осталась с глазу на глаз. Лучший момент трудно было себе представить, и каперанг тут же приступил к делу.
- Господин Адамс, - начал он, - несколько раз от вас и ваших людей мы слышали о том, что вы захватили несколько лет назад шпионский корабль. Как я уже Вам говорил, в этой части космоса в то же время пропал наш разведчик, и мы очень обеспокоены его судьбой. На основании наших бесед мы предполагаем, что экипаж разведчика жив и находится на вашей планете. Буду Вам безмерно благодарен, если Вы предоставите нам возможность увидеть ваших пленников.
Джошуа, будьте любезны распорядится, чтобы нам принесли материалы по пленникам, - обратился президент к своему помощнику, и тот молча кивнув вышел из кабинета. Через несколько минут он вернулся и сказал, что курьер уже отбыл в департамент полиции и скоро все материалы будут предоставлены.
Пока шла вежливая беседа, о том, как развивались наши общества вдали друг от друга, прошло около получаса. Наконец раздался стук в дверь и в комнату вошел молодой человек в форме внутренней охраны. Он положил на стол несколько небольших предметов, напоминающих наши чипы памяти и, получив разрешение, удалился.
- Роббинс, будьте так любезны, – произнес президент, - помощник вновь поднялся и подошел к стоящей в углу панели. Вставив один из предметов в разъем, он взял лежащий рядом с панелью пульт и, вернувшись, подал его Адамсу. Тот в свою очередь передал пульт каперангу, в двух словах объяснив как им пользоваться. Хуидзава включил экран, открыл документы и на землян с фотографий глянули такие знакомые, по старым передачам, лица.
- Сомнений нет, это они – слегка напрягшимся от волнения голосом произнес каперанг. Когда мы можем с ними встретится?
- В отличие от Земли наш мир жесток, мы контролируем лишь сравнительно небольшую его часть, - ответил Адамс. – Поэтому поймите меня правильно. Вы предоставили достаточно убедительные доказательства, но еще несколько дней назад мы считали вас врагами. Вы знаете, как была основана наша цивилизация. Насколько я понимаю, об остальных кораблях, отправленных тогда с Земли, сведений и вовсе нет. Возможно, они погибли. С вашими друзьями обращались не слишком вежливо. Некоторым из них, возможно, понадобится серьезная медицинская и психологическая помощь, прежде чем они вернуться к нормальной жизни. Я немедленно отдам приказ об их освобождении и переводе в медицинский комплекс, но подняться на ваш корабль они смогут, в лучшем случае, через несколько дней.
- Я, - голос каперанга напрягся, - я понимаю ваши мотивы, и все же хотел бы увидеть пленников как можно быстрее. Весть о том, что мучениям пришел конец, и скоро они смогут увидеть родную планету, подействует на них лучше любых лекарств.
- Ну что ж, сейчас я отдам необходимые распоряжения, – согласился Адамс и вышел из кабинета.
Я не присутствовал при этих переговорах. О них я узнал уже на Земле, из обнародованных данных о полете. К сожалению, мы не смогли забрать весь экипаж, побывавший в плену. Лишь несколько человек за неделю восстановилось достаточно, чтобы выдержать подъем на орбиту в десантном модуле. Остальные остались на планете ждать медицинский корабль, немедленно стартовавший с Земли, как только там получили радостную весть. На нем же должны были вылететь представители руководства Земли, что бы заключить с алькатрасцами официальные дипломатические отношения. С разрешения Совета, на это время на планете остались Нивен и его коллеги, для обмена научными знаниями.
В сопровождении, уже почетного, эскорта, наш разведчик вышел за пределы системы Эпсилон, и, обменявшись прощальными сигналами, мы устремились к родному Солнцу.

Добавлено (29.07.2012, 15:06)
---------------------------------------------
Конфедерация

Прошел год, как я вернулся из полета к Эпсилон Эридана, где на одной из планет мы столь неожиданно обнаружили человеческую колонию. Это и были те самые неизвестные, к встрече с которыми мы так тщательно готовились. Они оказались изгнанниками с Земли, обманом отправленными в космос одним из экстремистских правительств далекого прошлого. К счастью нам не только удалось наладить с ними дружеские отношения, но и вернуть на Землю экипаж разведчика, попавшего к ним в плен и считавшегося погибшим.
Критическая масса знаний о космосе и строительстве космических станций и межзвездных кораблей была уже давно набрана. Единственной причиной, почему межзвездные экспедиции еще не стали обычным делом, заключалась в том, что земляне слишком много времени потратили для того, чтобы навести порядок на своей собственной планете. Немногие захотели бы добровольно покинуть родную Землю, зная, что им, возможно, некуда будет вернуться. Оружие массового поражения уже в середине далекого ХХI века было способно уничтожить не только человечество, но и всю Солнечную систему. Поэтому научные изыскания велись, знания накапливались, но дальше отправки, в дальний космос, автоматических зондов, а позже отдельных звездолетов с экипажами, дело не шло. Расстановка приоритетов требовала сосредоточить основное внимание на решении совсем других вопросов.
Гонка вооружений, борьба с терроризмом, огромное количество захлестнувших планету локальных военных конфликтов, грозящих перерасти в третью мировую войну, войну без победителей, вот что волновало умы человечества тех времен. Естественно, что полеты в космос лишь в очень малой части носили исключительно познавательный интерес, а в основном были направлены на то, что бы захватить тотальный контроль не только на планете и в окружавшем ее пространстве. Уже в конце 90х годов ХХ века США, воспользовавшись развалом единственной, способной противостоять их экспансии, политической системы, выпустило специальную доктрину, в которой были изложены основы боевого применения космических сил, в которой первоочередной задачей было провозглашено завоевание безусловного военного превосходства в космосе.
Приоритеты начали меняться лишь тогда, когда набравший силу Евросоюз смог сократить не в меру разыгравшиеся аппетиты американцев, и жизнь на планете начала приходить в мирное русло. Все оружие массового поражения было демонтировано, а институты, занимавшиеся его разработкой, перенацелены на решение других задач.
Но даже после этого полеты к звездам не стали главной задачей. Человечество начало осваивать солнечную систему. При полетах в системе не было нужды в разработке двигателей способных преодолеть скорость света. Вполне хватало обычных ядерных. Но, даже при этом, планетолеты были необходимы лишь на первичной стадии освоения планет. В середине XXI века были построены первые рабочие модели телепортационных станций, и вскоре они заменили очень многие средства передвижения. Космолетами на планеты доставлялись лишь обслуживающий персонал и материалы для закладывания базы. Когда база была готова, в ней устанавливался телепортационный канал, и дальше все становилось значительно проще. Перевозка грузов планетолетами становилась дороже и медленнее, чем при пересылке через телепорт.
По этим, и некоторым другим, причинам, полеты к звездам были редки и занимали много времени, а самих звездолетов было мало. Например, полет в систему Эридана занимал почти 25 лет. Даже притом, что с помощью современной медицины и улучшения экологических условий на планете, средняя длительность жизни увеличилась до 150 лет, тратить на полет к одной из самых близких звезд такой отрезок жизни было уже почти не оправданно. А про полеты к звездам находящимся за двадцать и более световых лет уже не могло быть и речи. Поэтому космос в основном исследовался автоматическими станциями, которые улетали безвозвратно, и передавали информацию до тех пор, пока находились в пределах зоны связи, что происходило с ними потом, никто не знал. Пилотируемые корабли отправлялись не дальше десяти световых лет и только туда, откуда поступала наиболее интересная информация с зондов.
Однако, после того как были обнаружены колонисты, вопрос о преодолении межзвездных пространств стал необычно актуален. На решение этой проблемы были брошены лучшие земные умы. И к возвращению нашего корабля на Землю на лунной верфи уже заканчивался монтаж звездолета с новым фотонно-цезиевым (или как его еще называли – предвестниковым) двигателем. Ранее преодолеть скорость света, согласно теории относительности, считалось невозможным. Однако еще в начале XXI века американец Лиджун Вонг, из Принстонского института, повел эксперимент, в результате которого световой импульс, входящий в камеру, наполненную парами цезия, увеличил свою скорость в 300 раз. Наука тех времен не могла объяснить этот феномен и даже подвергла его сомнению. Подобные опыты проводились и в дальнейшем. И, наконец, современные ученые, собрав все данные, смогли понять принцип происходящего и применить его на практике. Причем процесс проходит таким образом, что абсолютно не нарушает теорию относительности, полностью оставаясь в ее рамках.
Параллельно разрабатывался гиперпространственный привод, работающий на принципе деформации пространства, однако он требовал для своей работы значительного количества темной массы, а ее накопление в таких объемах еще не было решено. Хотя учитывая свойства темной (или скрытой) массы, такой двигатель был бы намного выгоднее. Он позволял превышать скорость света уже не в триста, а в десятки тысяч раз. Если фотонно-цезиевый двигатель на постоянной максимальной скорости позволял долететь к Эпсилон Эридана примерно за полторы минуты, то с ГПП на темной массе тот же путь занял бы секунды. Однако даже ФЦД уже был значительным прорывом, позволяя тратить на дорогу к нашим новым друзьям не десятилетия, а всего пару месяцев, даже с учетом маневрирования в системе и времени разгона-торможения.
Год на Земле прошел не зря. По возвращении из полета мне было присвоено очередное воинское звание. Я опять учился. И когда новый звездолет, получивший название «Стремительный» был готов, меня назначили на него заместителем командира по боевой части.
Поскольку теперь человечество не было сковано скоростью света, одновременно со «Стремительным» достраивался еще один корабль такого же класса, который должен был облететь звезды в радиусе двадцати световых лет, в надежде отыскать остальные жертвы жестокого эксперимента. Наша же задача заключалась в установлении бесперебойной связи с Алькатрасом.
И вот я на борту. Звучит привычная команда «приготовится к старту» и, через какое-то время, корабль уходит в просторы космоса. Только теперь я встречаю старт не в своей каюте, а на капитанском мостике, рядом с командиром корабля Антоном Петровичем Луниным. Я знал его, еще будучи курсантом. Лунина пригласили на преподавательскую работу в академию, но, проучительствовав два года, он опять выпросился на полевую работу. «Не могу я бумажки перекладывать» - сказал он нам на прощальном вечере. Мы успели полюбить этого замечательного человека и высококлассного специалиста, и не могли не понять его тягу к полетам. И вот спустя десятилетия судьба вновь свела нас на борту новейшего научно-боевого корабля. Не смотря на то, что Антону Петровичу пошел двенадцатый десяток, выглядел он прекрасно, немного выше стала залысина, добавилось морщин вокруг умных серых глаз, но осанка осталась такой же стройной, шаг бодрым, жесты уверенными. За таким командиром можно было без страха пойти в огонь и воду.
Вместе с нами на Алькатрас летит дипломатическая миссия, цель которой установить с колонией официальные отношения. Брать жителей планеты под юрисдикцию Земли было нецелесообразно по многим причинам. Главной, из них, являлась чисто психологическая. Такое предложение могло быть расценено как попытка экспансии и послужить причиной ухудшения только начавших налаживаться отношений. А этого нельзя было допускать. Нашей целью была помощь и сближение. Учитывая, как была основана колония, каждый шаг требовал предельной осторожности и обдуманности.
Медицинский корабль присланный для того чтобы забрать на Землю бывших пленников было решено оставить на орбите планеты. Экипаж и часть медперсонала должны были вернуться на землю на нашем корабле. Несколько врачей выразили желание остаться, чтобы проинструктировать местных специалистов, а также для обмена накопленным опытом. У планетарных медиков тоже было, чем поделится. Плюс к этому мы везли новые разработки в области медицины и новейшее медоборудование, созданное в последние годы.
Так же на борту находилось несколько десятков спутников различного назначения и аппаратура слежения и обработки информации. У алькатрасцев были свои спутники, но они на два порядка уступали нашим и земляне решили, что такой подарок лишним не будет.
Кроме того, среди груза была информация о последних научных и технологических достижениях, самая современная строительная техника, аппараты для обнаружения и изучения местных биологических форм жизни и многое другое.
Два месяца полета прошли незаметно. Мы вышли на орбиту планеты и запросили разрешение на приземление посадочных модулей. В этот раз прием был совсем другим. На орбите к нам подошел корабль подкомандой Джона Картера, которого я помнил по прошлому визиту. Теперь это был уже пожилой человек, готовившийся к переходу в наземную службу. Нелегкие условия жизни на планете заставляли местных жителей старится значительно быстрее, чем землян. Корабли состыковались, и Картер перешел к нам на борт.
Мы с любопытством осмотрели друг друга, обнялись и я представил его остальным:
- Господа, перед вами тот самый человек, который первым встретил нас в системе во время прошлого визита. Тогда майору Картеру очень хотелось превратить нас в околозвездное вещество.
- Ну, теперь я уже полковник, - с улыбкой ответил Картер, - и сейчас я командую всеми силами космофлота системы. Благодаря помощи оставшихся на планете ваших ученых мы неплохо продвинулись в области изучения космоса, да и других областей тоже.
- Посмотрим, что вы скажете, когда увидите, что мы вам привезли в этот раз, - вступил в разговор зампотех корабля, капитан второго ранга Сухомлинский. – В первую очередь наши специалисты установят систему связи, которая позволит вам практически мгновенно связываться с нашей планетой и получать все научные сведения намного раньше, чем их можно будет доставить даже современными кораблями. Да и другие наши грузы, надеемся, доставят вам удовольствие.
Пока команда обменивалась визитами между кораблями, на планете работали дипломаты, ученые и другие специалисты. Итогом работы дипломатов было заключение официальных отношений между планетами, был заключен договор о создании Конфедеративного содружества планет, или попросту, Конфедерации. Через месяц мы направились в родную систему уже с алькатрасской дипломатической миссией на борту.

Добавлено (17.08.2012, 14:42)
---------------------------------------------
Чужие

Сознание возвращалось медленно. Сквозь головную боль пробилась мысль - «аптечка». С трудом приоткрыв глаза, я попытался осмотреться. Вокруг царил полумрак. Прямо перед носом моего катера высился огромный ствол дерева. «Повезло» - промелькнула еще одна мысль. Наконец я пришел в сознание настолько, что смог двигаться и рассуждать более осмысленно. Я активировал, закрепленную на запястье, аптечку. Данные показали несколько сильных ушибов и легкое сотрясение мозга. Затем раздалось легкое жужжание, я почувствовал два укола, и в голове стало проясняться. Я осмотрелся более внимательно. Катер лежал в прибрежном лесу. Нам повезло больше, чем я думал. Падение было смягчено подлеском, который, впрочем, по размерам поросли напоминал земную рощу. К счастью катер не зацепил ни одного крупного ствола, иначе в сознание приходить, возможно, было бы уже некому. Фюзеляж выдержал удар, хотя резервное питание закончилось, как только под днищем вода сменилась прибрежным песком. Катер рухнул на самом краю леса, пролети он чуть дальше и все могло закончиться плачевно. С заднего сиденья раздался стон. Я с трудом развернулся.
- Гарри, Билл, вы целы?
- Я в порядке, -раздался в ответ слабый голос, - а вот Биллу досталось. Где мы?
- На континенте. Где-то недалеко от поселения. Точнее сказать, к сожалению, не могу, навигационные приборы не работают. Билл жив? Наденьте на него аптечку, - и я протянул прибор за спину. Оба ученых были изрядно помяты сорвавшейся с места, при падении, аппаратурой. Гарри Ньюмен отделался синяками, а вот его ассистенту, Биллу Кауферу, досталось сильнее, из рассеченного надбровья сочилась кровь, он был без сознания.
- Шок, глубокий обморок, Вы уверены, что аптечка поможет? – спросил Ньюмен.
- Ну, вы ведь тоже люди. Хоть атмосфера и биосфера планеты и отличаются от земных, но не настолько, чтобы у вас выросли жабры, - грустно пошутил я, - хотя Вы правы, лучше подождать спасателей. Я передал о случившемся, как только мы стартовали с острова, нашу траекторию спутники засекли, так, что действительно лучше не рисковать, десять-пятнадцать минут он продержится.
Я оказался прав. Планета давно была окутана системой спутников наблюдения, так что нам лишь осталось ждать, пока прилетят спасатели и доставят нас на базу. Я отправился с учеными в больницу, убедился, что с ними все в порядке и вернулся на борт корабля, чтобы доложить обо всем случившемся командиру.
***
После заключения с Алькатрасом официальных отношений, обмена дипломатическими миссиями и создания Конфедерации, полеты к Эпсилон Эридана стали обычным делом. Пока Земля строила новый флот, на «Стремительный» легла обязанность обеспечения бесперебойной связи с планетой. Последний рейс затянулся. Мы привезли много аппаратуры для изучения местных флоры и фауны. На суше колонистам так и не удалось обнаружить ничего живого, кроме буйной растительности, а подробное исследование океана не проводилось, так как у людей хватало и других забот. Все силы местных ученых были направлены, в первую очередь, на то, чтобы обеспечить колонии выживание. Чисто научные интересы были отложены на будущее. После установления тесного контакта с Землей, и начала совместных работ, у ученых Алькатраса возникла возможность расширить сферу своих интересов. То, что в океане есть жизнь, они уже знали. Но вот, что это за жизнь, возможность выяснить появилась только теперь. С помощью спутников удалось отследить, что максимальные скопления жизненных форм находятся в районе островов. Причем на самих островах жизни обнаружено не было, только покрывавшие их местами растения. А вот в прибрежных глубинах были обнаружены перемещения довольно значительных масс органики, что позволяло сделать вывод, если не о наличии разумных существ, то, по крайней мере, о том, что люди не единственные представители животного мира на планете.
***
Я проверил все посты, все было в норме. Служба на борту шла согласно распорядка, и у меня было несколько свободных часов до вечернего совещания. На планету отправлялся модуль с учеными, это была удачная оказия, и я решил воспользоваться ею, чтобы побывать на планете не по делам, а просто в качестве туриста. Давно уже хотелось посмотреть, как живут колонисты, не с точки зрения официального лица, а, так сказать, изнутри. Доложив о своем намерении командиру и получив добро, я надел свой старый летный комбинезон, без знаков различия, и присоединился к пассажирам посадочного модуля.
После того, как колонисты основали первый город, видимо от ностальгии, по родной планете, названный ими «Нью-Терра», и немного в нем обжились, были заложены еще несколько поселений. Названия им давали в зависимости либо от географической привязки, либо от специализации. Например, городок, расположенный в районе добычи полезных ископаемых, так и назывался «Рудный», а расположенный в пятидесяти километрах от океана «Прибрежный».
Я спустился на поверхность в один из научных центров столицы вместе с группой специалистов, которые должны были провести несколько интересных экспериментов с местными учеными-физиками. Однако я был далек от научных изысканий и потому решил взять гравикатер и облететь поселения. Несколько грузопассажирских катеров было передано нами в распоряжение алькатрасцев, а два пассажирских мы оставили себе, двенадцатиместный обслуживал ученых (местный транспорт казался нам, мягко говоря, некомфортным), а четырехместным, в котором я сейчас расположился, пользовались, если не было необходимости гонять большую машину. Решив, для начала, осмотреть город с высоты, я плавно поднял катер на высоту около ста метров, и тут на панели замигал огонек связи. Включив голофон, я удивленно увидел незнакомое мужское лицо.
- Здравствуйте. Извините, если отвлекаю, меня зовут Гарри Ньюмен. Я работаю в институте океанологии, в Прибрежном. Мой знакомый, из института физики в Терре, сказал, что Вы хотите совершить облет наших поселений. Можно попросить Вас начать с нашего института? Прошу Вас, господин Черноусенко, у меня есть к Вам очень важное дело.
- Хорошо, господин Ньюмен, я уже в воздухе, скоро буду у вас.
Подгоняемый любопытством, я уже через полчаса подлетал к поселению. Медленно пролетая над зданиями в поисках места для посадки, возле одного из них я увидел мужчину, энергично машущего мне руками. Приземлившись на площадке недалеко от входа, я вышел из катера.
Гарри Ньюмен, начальник отдела по изучению океанских форм жизни, - представился встречающий, протягивая руку, - можно просто Гарри. Мы тут привыкли не слишком церемониться.
Тогда меня зовите просто Андрей, - ответил я, отвечая рукопожатием.
Ньюмен был невысоким светловолосым плотным человеком средних лет, его умные карие глаза скрывались за толстыми стеклами очков. Ньюмен пригласил меня внутрь, и повел в лабораторию, по дороге рассказывая, чем занимается его отдел. Было видно, что этот человек просто одержим своим делом. Когда мы зашли в его кабинет я, наконец, не выдержал.
-Гарри, признайтесь же, зачем Вы меня вызвали так срочно? То, что Вы рассказываете очень интересно, с познавательной точки зрения, но как неспециалист я не понимаю и половины. Объясните, пожалуйста, чем я могу Вам помочь?
- Андрей, у меня к вам есть одна просьба. Понимаете, обрабатывая информацию, поступившую со спутников, мы впервые заметили на одном из островов, в трех тысячах километров на юго-запад, признаки живых существ. К сожалению, спутник уже выходил из зоны видимости острова и снимки получились неудачные. На них почти ничего не удается разобрать. – Он показал мне несколько снимков, на одном из которых я рассмотрел нечто похожее на выбирающееся, на берег, существо. Впрочем, качество было такое, что это вполне могли оказаться пучки водорослей выброшенных на берег и шевелящихся от приливной волны.
- Гарри, Вы простите, но я не ученый и эти фотографии ничего мне не говорят, - ответил я.
- Я понимаю, но дело вот в чем, - помявшись, продолжал ученый, - самолет на острове не сядет, а наши вертолеты не могут летать на такие расстояния. Гравикатеров же, переданных нам Землей, очень мало и мне просто не выделят его без предоставления веских доказательств. А ведь, если я прав, и это до сих пор неизвестная нам форма местной жизни, это может стать самым крупным открытием со дня высадки людей на планете.
- И чем же я могу Вам помочь? – спросил я, уже зная, какой будет ответ.
- Если у Вас есть время, я прошу вас отвезти на остров меня и моего ассистента, и некоторое количество аппаратуры. Сколько сможет поднять на борт ваш катер?
- Это обычный четырехместный пассажирский катер, он не предназначен для перевозки грузов, так что ваша аппаратура должна весить не более восьмидесяти земных килограммов. И я должен получить разрешение на полет у командира корабля, каперанга Лунина.
Пока я связывался со звездолетом, Ньюмен, не теряя времени, начал отбирать необходимую аппаратуру. Разрешение было получено, и через час катер поднялся в воздух, кроме меня и Ньюмена на борту был его помощник, представившийся Биллом Кауфером. Высокий мускулистый блондин, довольно молодой, с искрящимися юмором серыми глазами, слегка горбоносый, чуть припухлые губы, волевой подбородок. Судя по тому, с каким увлечением он обсуждал с Гарри предстоящий полет, в науку он был влюблен не меньше своего шефа, хотя с такими внешними данными ему наверняка должна была мешать приверженность слабого пола.
Через несколько часов мы зависли над островом, где было замечено существо. Плавно облетев поверхность острова, мы ничего не увидели, и, выбрав ровную площадку, почти возле самого берега, я пошел на посадку. Пока ученые доставали и настраивали свои приборы, я решил прогуляться. Природа здесь была удивительно красива. Место, где мы приземлились, было небольшой лагуной, усыпанной шелковым, на ощупь, песком. Ее края были обрамлены невысокими скалами. В некоторых из них, на уровне воды виднелись пещеры. Так и подмывало раздеться и бросится в ласковые волны. Однако ничего не зная о местной органике это было довольно опасно, и, вздохнув, я повернул обратно.
Уже подходя к катеру, я увидел как ученые вдруг, ненадолго, замерев на месте и оживленно обменявшись какими-то фразами, поспешили на другой край лагуны. Я вышел из-за катера и удивленный замер. Из пещеры почти на стыке скал и океана выползало существо, похожее на то, которое засек спутник. Внешне оно напоминало овальную губку, около пяти метров длинны, двух в ширину и примерно полтора в высоту. По нижней части «губка» была усеяна множеством полуметровых отростков, которые видимо служили ей для передвижения, верхняя более узкая часть была украшена шестью довольно длинными щупальцами, метра по полтора-два каждое, окружавшими отверстие похожее на рот, видимо это была передняя часть существа. Из обращенной вверх части «губки» торчали треугольником три отростка, около полуметра длинной, с утолщениями на концах, напоминающие антенны. Туловище блестело, видимо покрытое защитной слизью. Ньюмен остановился и стал настраивать какой-то прибор, а Кауфер, схватив голограф, бросился к существу.
- Билл, стойте, - крикнул я,- это может быть опасно.
Но молодой ученый, охваченный жаждой необыкновенного открытия, или не услышал меня, или просто проигнорировал. Он пробежал уже половину расстояния, когда существо его заметило. Оно несколько развернулось в нашу сторону, щупальца зашевелились и вдруг «антенны» запульсировали, переливаясь ярко-фиолетовым цветом, и между них вырвался какой-то разряд, ударивший в песок в полуметре от Кауфера. Тело ученого отбросило на несколько метров в сторону, и он остался лежать, видимо без сознания. Сбросив оцепенение, я выхватил массер установленный на парализующее излучение, и нажал спуск. Однако шокирующее действие оружия было рассчитано на человеческие организмы, и не произвело на существо никакого заметного воздействия. Тогда, крутанув регулятор почти на максимум, я произвел второй выстрел. Тело существа затрепетало, и оно исчезло в океане. Мы с Ньюменом подбежали к Биллу. К счастью он был жив, хотя привести его в сознание не удалось. Тогда подхватив его на руки, мы поспешили к катеру. Усадив Кауфера на заднее сидение и тщательно привязав ремнями безопасности, мы торопливо подобрали разбросанную по песку аппаратуру, кое как разместив ее в катере, и забрались следом. Гарри сел рядом со своим ассистентом, чтобы присматривать за ним в дороге, а я прыгнул на место пилота и начал готовить аппарат к старту. Едва я оторвался от поверхности, как в борт машины словно ударили кувалдой. Катер крутануло, разворачивая носом к берегу, и отнесло кормой назад. От увиденного я оторопел. На берегу, наполовину высунувшись из воды, лежало несколько, уже виденных нами существ. На одном из них, в ложбинке образованной в верхней части «губки», лежало другое существо, примерно два с половиной метра длинной. Шеи почти не было, голова выдавалась практически из плеч. На меня смотрели два огромных расположенных впереди глаза, а по бокам головы виднелись жабры. Туловище до пояса напоминало тело человека с очень покатыми плечами, однако вместо рук с каждой стороны было по паре щупалец, похожих на осьминожьи. Вдоль спины тянулся гребень. Заканчивалось тело рыбьим хвостом с горизонтально расположенным плавником. Я включил бортовой голограф, и эта секундная задержка чуть не стоила нам жизни. Как будто по беззвучной команде, «губки» одновременно выплюнули новые «молнии», защита опять выдержала, но катер скользнул назад и зацепился нижней частью за выступ скалы. От сильного удара машина содрогнулась, я услышал сзади падение чего-то тяжелого и сдавленный стон Ньюмена. Однако узнавать, что случилось, уже не было времени, двигатель начал терять обороты, и я по крутой параболе на форсаже рванул вверх, одновременно стараясь развернуть аппарат к ближайшему поселению. Однако на высоте около пятисот метров двигатель замер, автоматика моментально среагировала, и включился резервный гравитон, однако его мощность была рассчитана лишь на планирование в уже заданном направлении и обеспечение безопасной посадки. Оставалось лишь надеяться, что запаса высоты и энергии хватит добраться до берега.
Впереди показалась полоса прибоя, и я перешел в плавное снижение, однако когда казалось, что все уже закончится хорошо, резервный двигатель тоже замолчал и катер с высоты около десяти метров по дуге рухнул в, начинающийся недалеко от берега, лес.
***
- Таким образом, считаю, что экспедиция вступила в контакт с коренной планетарной цивилизацией, возможно высокоразвитой. До сих пор подобный контакт не происходил только потому, что цивилизация развилась в водной среде, и на суше ее представители практически не показываются. Вступать в дальнейший контакт без полной подготовки и специального снаряжения, которого нет ни на корабле, ни на планете, считаю нецелесообразным, - закончил я свой доклад.
- Эх, влепить бы тебе строгача, за несоблюдение мер безопасности, ну да ладно, слава богу, что жив остался, - командир корабля, Антон Петрович Лунин подошел и крепко тряхнул меня за плечи. – наша миссия на планете закончена, все данные по обнаруженным вами существам изучаются местными институтами и переданы мной на Землю. На лунной верфи закончено строительство первого специализированного боевого корабля. Сейчас идет отбор экипажа. С правительством Алькатраса уже согласовано его прибытие в систему, для оказания помощи в налаживании контакта, ваша информация будет обязательно учтена. А нам приказ «домой». Кстати, по возвращении, капитан третьего ранга, Вас ждет новое назначение.