| Пижон | Дата: Понедельник, 19.12.2011, 21:01 | Сообщение # 1 |
 Неизвестный персонаж
Группа: Заблокированные
Сообщений: 81
Статус: Не в сети
| Жанр: Приключенческая фантастика.
Зачем правительству Мира понадобились трое заключенных, осужденных на смертную казнь? Что такое «Арена Свободы»? Как спасти невинных людей от вируса, который не знает пощады? И что находится за Стеной? Страшные и интригующие тайны откроются перед читателем, и много времени пройдет перед тем, как все они выстроятся в один, четкий рисунок…
Предисловие.
Планета Земля – чудесная Мать всех людей. Но они своей беспечностью отравили ее донельзя. Войны, биологические эксперименты, экологические катастрофы – все это не могло оставить некогда зеленую планету в спокойном состоянии. В 2012 состоялась Третья мировая война, получившая название «топливной». И хотя продлилась она меньше месяца, главы государств понимали, что так продолжаться не может. Что – то надо решать. И решение пришло мгновенно: зачем на планете сто стран? Зачем на планете сто правителей? Так появился Сенат, который состоял из десяти человек, выбиравшихся раз в три года. Так появилось единое государство. Люди не стали ничего выдумывать и назвали его просто: Мир.
И вроде все успокоилось… Планета пришла в свое привычное состояние умиротворенности. Но это только так казалось. Спустя все три года после появления Сената, на юге Земли появился страшный враг всех людей. Но враг этот неуязвим ни для пушек, ни для автоматов. Это Вирус. Вирус, получивший название Людоед. Принцип вируса заключался в его поразительной устойчивости к различным лекарствам. Всего за десять часов человек «сгорал» от страшной температуры, зашкаливающей за пятьдесят градусов по Цельсию. Единственная причина, по которой на Земле остались люди – это невозможность распространения вируса в холодном климате. Правда, это касалось только инкубационного периода.
Сенаторы приняли тяжелое решение: оградить здоровые области от зараженных. Стеной. Десятиметровой стеной, укрепленной по всем правилам военного искусства. Теперь люди на Пустой Земле остались один на один с Людоедом. Через десять лет люди на Живой Земле стали забывать об ужасах прошлого. Слова: «Вирус», «Людоед», «Стена» - превратились в страшный сон из далекого прошлого. Теперь, спустя ровно столетие, люди захотели узнать… что же там за Стеной?
Глава 1. Тюрьма Северная, остров Медвежий.
В кабинете сидели трое: один в военной форме и двое гражданских. Военным был Макс Мил-лер, управляющий тюрьмой. Гражданские – Дитрих Клюге и Сергей Давыдов, представляли Сенат. На столе лежала маленькая коробочка, подключенная к колонкам. Шло воспроизведение записи.
- Я, Роберт Алферов, 2087 года рождения, нахожусь в тюрьме Северная, ожидая приведение в исполнение приговора суда: смертная казнь через электрический стул. Я обвиняюсь в убийстве шестнадцати человек.
- Расскажите о себе во всех подробностях, - из динамика раздался голос следователя.
- В два года я попал в аварию. Мои родители выжили. Я балансировал между жизнью и смертью. Спустя полгода мое состояние было признанно «стабильно безнадежным», но родители, люди богатые, продолжали оплачивать мое лечение и содержание. Я же в это время проживал свою жизнь у себя в голове. Я видел все свои поступки, которые в будущем будут совершены, все по-следствия, вплоть до восемнадцати лет. В восемнадцать лет я очнулся, чем до смерти перепугал сиделку, - в динамике раздался смешок, - мой отец приехал ко мне в тот же день. Матери с ним не было – она умерла на третий год моего сна от разрыва сердца. Я был к этому готов – я это видел, а потому успел свыкнуться с этой мыслью. Вы не представляете себе, как это удивительно: когда идешь по улице, встречаешь человека, о котором тебе известно все, а он тебя не узнает. Мой мозг продолжал работать в этом неправильном режиме до двадцати, а потом все прекратилось. Мои сны о людях и обо мне сменились кошмарами, настоящими ночными кошмарами. В двадцать шесть лет я попробовал принять участие в реалити – шоу «Отшельники». Оно тогда било все рекорды. В какое – то время, я почувствовал, что страхи уходят. Но это была ошибка. Они совсем ненадолго ушли от меня, чтобы затем ударить втрое сильнее. Самый страшный сон приснился в ночь с четверга на пятницу, четырнадцатого июля 2113 года я сорвался с катушек. Я проснулся в холодном поту в три часа ночи, встал с кровати и просто вырезал всех участников шоу. Этим же утром я был арестован. В 2114 году был приговорен к смертной казни. Господин Миллер, управляющий тюрьмой для особо опасных преступников № 37 «Северная», предложил мне участие в другом реалити – шоу, «Арена Свободы». Это очень похоже на командные гладиаторские бои. Двенадцать заключенных, разбитых на тройки запускаются в лабиринт. Бои идут до смерти – кто выжил, тот проходит в следующий раунд, кто нет – для тех приговор приведен в исполнение. Победа в десяти боях заменяет смертную казнь пожизненным заключением. Моей команде остался последний бой. Трансляция в прямом эфире ведется при помощи камер, установленных по всему лабиринту, а также на костюмах участников. В эту среду меня ожидает последний бой: либо пожизненное, либо пуля. Третьего не дано...
- Он нам подходит, - сухо сообщил Дитрих, - бой будет завтра. Значит, он должен победить, и вся его команда – тоже должна выжить.
- Но как я это организую? – спросил Миллер, - Это ведь лотерея!
- Господин Миллер, - подал голос Давыдов, - это ваша проблема. Сенату нужны трое, скажем так, добровольцев. Из всех заключенных – он нам подходит больше всех. К тому же команда у него довольно интересная.
- Это правда, - кивнул Миллер, - в его команде единственная женщина, Мишель Гарсия. Женщина – киллер, но не стоит забывать и про третьего, Мартина Шина. Он бывший…
- Бывший сотрудник НИИ Газообработки, мы знаем и это ценный кадр. Завтра, сразу после вашей «Арены» все трое, целые и невредимые должны быть прямо перед нами. Иначе… иначе мы вас пошлем за Стену вместо них. Понятно?
- Да, - Миллер ответил утвердительно, - понятно. А вы не хотите понаблюдать завтра за боем? У нас есть, так называемая, VIP – трибуна. И я был бы рад, если…
- Мы присоединимся. А теперь позвольте откланяться, нам предстоит разговор с Сенатом.
- Конечно, конечно…
Камера семьдесят восемь. На скрипучей кровати, именно такие привилегии получают участники «Арены», лежит молодой человек. Гладко выбритый и коротко стриженный. Впрочем, здесь все такие. Слегка худощавое телосложение, на шее татуировка с надписью «Disobedient by the nature ». Одет он просто – потертый спортивный костюм и белые кроссовки. Эти кроссовки стали, своего рода, визитной карточкой Роберта Алферова. Всегда безупречно чистые, что в тюрьме редкость.
Заключенный смотрит в потолок, изредка спрашивая проходящего контролера о времени. Бои начинаются в тринадцать тридцать пять. А в одиннадцать, сразу после завтрака, всех участников отводят в специальные помещения, где они могут готовиться. Правда, оружие выдается только в лабиринте.
Когда контролер ответил: «Пол – одиннадцатого», Роберт встал с кровати и начал отжиматься. За год, проведенный в тюрьме, он приучил себя к отжиманиям и подтягиваниям – кроме спорта и боев, в местном филиале Ада заняться было просто нечем. Разве что, пообщаться с кем, но тоже только во время боя.
В десять сорок пять принесли завтрак. У гладиаторов рацион был более приспособлен к по-треблению: вместо жидкой каши – горячий суп и (о чудо!) даже кофе с парой бутербродов. На прием пищи отводилось пятнадцать минут, поэтому Роберт, обжигаясь, заталкивал ложку за ложкой, чтобы успеть выпить кофе. Сегодня оно очень важно – возможно это последняя чашка в жизни.
Лязг открывающегося замка. Это контролер.
- Алферов, - кивнул он с улыбкой, - собирайся. И не вздумай проиграть, я на тебя почти всю зар-плату поставил.
Роберт знал, что помимо прочих недостатков, контролеры любили делать ставки на Арене. Алферов поставил чашку на импровизированный стульчак и, с резким выдохом, встал с кровати.
- Руки за спину, - раздалась команда контролера.
Спустя считанные минуты гладиатор оказался в комнатке с красной дверью. Это означало, что сегодня Роберт в «красной команде». Еще есть синяя, желтая и зеленая команды. Команды про-тивников. Внутри уже сидела Мишель. Мартина Шина должны были вот – вот привести.
- Привет, Мишель, - улыбнулся Роберт, - ты как всегда очаровательна.
Мишель, как любая южанка, была смугла, темные вьющиеся волосы были собраны сзади. Плечи были слегка широковаты для женщины, они больше походили на борцовские. Роберт знал, что, несмотря на свою наглость, а временами и хамоватость, двадцатипятилетняя Мишель была очень ранимой.
- И тебе привет, старик, - улыбнулась напарница, похлопав Алферова по плечу, - надерем сегодня всем задницу, а?
- А у нас есть варианты? – усмехнулся Роберт, - Что – то Шина задерживают. У тебя есть сигареты?
- Ты ж не куришь? – с хитрым прищуром переспросила девушка.
- Если сегодня не победим – не будет времени попробовать, - ответил гладиатор, - ну что, есть?
- На, держи, - Мишель протянула пачку «Северной зари», единственных сигарет, которые имелись на Медвежьем острове.
Как только Роберт закурил, ввели Шина.
- Вот те на! – рассмеялся тот, - Сегодня день неожиданностей: сначала любезный контролер, теперь курящий Роберт. Что мне готовит вечер? Может амнистию?
Шин был слегка полноват, но в самом расцвете сил – тридцать четыре года. Светлые волосы прекрасно гармонировали с синими глазами и не менее синими мешками под ними. Мартин был единственным в тюрьме, кто верил в справедливый суд, и ждал, что скоро его освободят, разобравшись в ошибке. В бои его потянуло от скуки, во всяком случае, Мартин так говорил. Пользы в бою от него было мало, но Шин просто заряжал всех позитивом (насколько это возможно в тюремных декорациях), что не брать его было бы по меньшей степени глупостью.
- Амнистия! Амнистия! – на манер попугая повторила Мишель, - Амнистия была первого апреля. Интересно, чем сегодня воевать будем?
- Оружием, - усмехнулся Миллер, тихо прислонившись к дверному косяку, - лучшим оружием за все время существования «Арены».
- О! Хозяин, - в притворном поклоне, поприветствовал Миллера Роберт.
- Но – но, не паясничай, - прервал его Макс, - вы первые за всю историю, кто может получить по-жизненное вместо вышки. К тому же вы любимцы телезрителей, в основном благодаря Мишель, конечно. Поэтому сегодня вы будете стрелять из ПП «Единорог» и двух пистолетов «Карл». Это оружие спецназа. Остальные же будут вооружены старыми образцами, типа ПМ . Сами разберетесь, кому из чего стрелять. Я надеюсь получить сегодня незабываемое удовольствие от вашего боя…
- Закажи себе проститутку, - рассмеялась Мишель, - и с ней получай удовольствие.
- Как грубо, Мишель, - жеманно наморщившись, махнул рукой Миллер. Затем он вышел. Гладиаторы услышали звук закрывающегося замка.
- Козел старый, - процедила Мишель.
- Ты сегодня не в духе, - улыбнулся Шин, - что, ваши женские деньки и на тебя распространяются?
- Пошел ты… - смеясь Мишель запустила в шина кроссовкой, - Ты – идиот!
- Ладно, успокоились, - развел руки в стороны Мартин, - посмеялись и хватит.
- Ребят, обсудим тактику, - сказал Роберт, садясь за стол, где лежала карта лабиринта, - Мишель, дай еще сигарету. Значит, так. Шин – ты замыкаешь, идешь с «Единорогом». Мишель, твой сектор справа, мой – слева. Это все просто, не так ли? Теперь, отметим возможные места для засад.
- Робби, - перебила Алферова Мишель, - эти места я знаю, как своих пять пальцев, все - таки это десятый поединок. Скамейка, гараж с бочками, детская площадка. Вот собственно и все.
- Да, ты права, - нахмурился Роберт, - ты права.
13:30. Тюрьма «Северная».
- Внимание, внимание! – вещал диктор, - Через пять минут начнется самая грандиозная схватка за все время существования реалити – шоу «Арена Свободы». Впервые команда заключенных подобралась вплотную к заветному десятому бою! Пока наши участники готовятся, я расскажу о правилах. На тот случай, если кто – нибудь не смотрел наше шоу до сего дня. Двенадцать человек, четыре команды сойдутся в бою не на жизнь, а на смерть, ради приза: замены смертной казни на пожизненное заключение. Стрельба разрешена от гонга до гонга. На ваших экранах отображены четыре лампы: красного, синего, зеленого и желтого цветов. Как только вся группа погибает, соответствующая ее цвету лампа гаснет. Поединок идет до тех пор, пока в живых не останется лишь одна группа. Раненных – добивают. И поскольку у нас сегодня особенный бой, то мы пошли на небольшие изменения. Лабиринт для этого поединка был полностью перестроен, так что все равны – и новички, и ветераны. Итак, команды выходят на тропу войны. Команда красных: очаровательная Мишель (!), жизнерадостный Мартин (!) и беспощадный Роберт (!). Напомню вам, что это наши возможные чемпионы!
Роберт стоял рядом с Мишель, Шин прикрывал спины. Этот комментатор порядком нервировал Алферова. К тому же он только, что узнал, что лабиринт перестроили. Выходит, что диктор прав и у ветеранов шансов не больше, чем у новичков. Ведь «красная команда» славилась своим знанием местности и умением ее использовать. Но теперь это не имело никакого значения.
- … и последняя группа. Команда Синих: ужасный Сергей (!), непримиримый Борис (!) и сообразительный Колин (!). Внимание! Гонг. Схватка началась!
Теперь комментатор работал только на внешние носители, то есть гладиаторы его не слышали. Роберт и Мишель присели на корточки и медленно продвигались вперед. Шин шел сзади, готовый выстрелить в любую секунду. Где – то к северу от местоположения команды красных раздался выстрел, затем еще несколько. Алферов поднял голову и посмотрел на лампы. Все четыре оставались гореть. Слева от себя Роберт обнаружил поворот. Мишель примкнула к углу. Шин – к другому. Алферов медленно глянул – пусто.
- Мишель, ты с Шином на хвосте, я первый пойду. Мартин, контролируй лампы.
«Пусто. Пусто. Пусто» - именно такие ответы были в голове Алферова, после каждого поворота. Раздалось еще несколько выстрелов.
- Роберт, - шепнул Шин, - «зеленых» больше нет.
Но тишина становилась все тяжелей и тяжелей. Роберт увидел детскую площадку – одно из самых удобных мест для засады.
- Мишель, проверь, мы прикрываем.
Девушка кивнула и поползла к площадке. Там было пусто, о чем Гарсия и дала знать жестом. В несколько прыжков напарники оказались рядом. Было непривычно, что к площадке ведут не два, как раньше, а три хода. Значит, по человеку на проход. Мишель первая заметила движение в своем проходе и открыла огонь.
- Шин помоги ей, я контролирую центральный вход, - приказал Роберт.
Шин перебрался к девушке и открыл огонь из «Единорога». Нападавшие очень спешили. Было очевидно, что для них нет хода назад.
- Скорее всего, их там жмут синие, - предположила Мишель, - Шин, не дай им высунуться, я по-пробую переползти за ковшик.
Мартин перевел рычажок в положение «Очередь» и открыл огонь. Мишель тем временем переползла к Роберту и рассказала ему о своем предположении.
- Возможно, ты и права, - кивнул тот, - тогда держите их, а я обойду.
Алферов бегом направился к центральному ходу. Он знал, что несмотря на перестройку, в ла-биринте должно быть несколько точек пересечения, иначе можно вечно по нему блуждать и никого не встретить. Стрельба не смолкала. Роберт бросил взгляд на лампы: погас желтый свет. «Значит, Мишель права. Синие их давили сзади прямо на нас». Гладиатор понимал, что это была тактическая уловка: в надежде, что желтые кого – нибудь из красных убьют, синие погнали их на самое любимое место для засад. Наконец-таки, Роберт добрался до развилки. С одного прохода стрельбы не было слышно, а с другого слышно совсем чуть. Алферов пошел в «тихий» проход. И не зря. Только он выглянул из него, как в гладиатора открыл огонь капитан Синих. Это было легко отличить по отсутствию у того правого запястья. Роберт открыл ответный огонь, одновременно скрываясь обратно в спасительную полутень прохода. Стрельба из «Единорога» приближалась. Из этого Алферов сделал вывод, что одного синего его напарники убили и гонят второго сюда.
Из прохода осторожно выглянул Борис, капитан Синих. В его левой руке был нож. «Ага, значит, патроны у него кончились» - радостно подумал Роберт. Уловкой это быть не могло – как одной рукой можно успеть выбросить нож и достать пистолет? Алферов прицелился тому в голову, задержал дыхание и выстрелил. Возможно, кто – то и дал бы честный поединок Борису. ТО есть, тоже отбросил бы пистолет и вступил в ножевой бой. Но не Роберт. Такие понятия как честь и благородство, для него безнадежно устарели. Борис уткнулся лбом в стену, кровь потекла по ней вниз…
Из другого прохода появился еще один синий. Он шел спиной и отстреливался. Роберт навел на него свой пистолет, и… выстрелить он не успел, какая – то мощная волна опрокинула Синего на спину. Роберт поднялся и пошел в проход. Там стояли и улыбались Мишель и Шин. Победа была одержана.
- Вот и свершилось невозможное! – прокричал диктор, тем самым сразу же испортив Роберту настроение, - Впервые команда заключенных прошла путь десяти боев! При этом не было ни одной замены! Эти трое прошли бок о бок все десять поединков! Команда красных: очаровательная Мишель (!), жизнерадостный Мартин (!) и беспощадный Роберт (!). Ура! Ура! А теперь уважаемые
телезрители мы вынуждены с вами попрощаться. До новых встреч!
Семеро контролеров, забравших оружие, вели команду красных в кабинет Миллера. Его там не было, зато сидели Сергей Давыдов и Дитрих Клюге. Стол был богато, по мнению заключенных, накрыт. Даже бутылка текилы стояла.
- Присаживайтесь, чемпионы «Арены Свободы», - пригласил Дитрих, - я Дитрих Клюге, а это Сергей Давыдов. Мы представляем Сенат и у нас есть к вам предложение.
- Угостите даму сигаретой, - своей самой обезоруживающей улыбкой попросила Мишель, - а то «Северную зарю» я курить больше не могу.
- Пожалуйста, - Клюге протянул Мишель пачку «Парламента», старого доброго «Парламента», сигарет мечты для многих людей в Мире, - но мы продолжим. Как вы смотрите на то, чтобы провести остаток своих дней не в этом месте? – Дитрих удовлетворенно отметил, что глаза заключенных расширились, - Я могу это обеспечить, но не красивые глаза, сами понимаете.
- А что нужно от нас? – жадно спросил Шин.
- Примерно год вашей жизни, - улыбнулся Давыдов, - нет, не думайте, это не сделка с дьяволом. Просто вы подпишете контракт, сроком на год. Будете помогать ученым, не бойтесь, не в качестве подопытных, просто в качестве тех, кто обеспечивает безопасность одного очень опасного проекта. Помимо вашей полной, повторяю, полной реабилитации, вам будет предоставлено жалование в размере двух тысяч общемировых единиц, в месяц, - глаза Роберта округлились еще больше: две тысячи ОМЕ! Это же годовая зарплата полисмена, - пока вас все устраивает, как я вижу. Старшим группы будет наш человек. На приказы ученых болванов можете смело закрыть глаза. Слушать только его...
- Все круто, - подала голос Мишель, по-хозяйски наливая текилу в рюмку, - но что сделать надо ради такого подарка? За Стеной, что ли эксперементы ставить будут ваши ученые?
- Вы абсолютно правы, - рюмка выпала из рук Мишель и покатилась под стол, - на все сто процентов. За Стену будет переброшен мобильный лагерь ученых – их задача доказать или опровергнуть наличие вируса. Простых солдат Сенат запретил использовать там. Поэтому нам и пришлось искать среди вашего слоя общества. Согласитесь – так есть хоть какой – то шанс вернуться живыми. А здесь, - Дитрих обвел глазами кабинет, - таких шансов просто нет…
- Извините, - впервые заговорил Шин, - а какие предусмотрены средства безопасности? Спецкостюмы номер семнадцать?
- Вижу, вы знаете, о чем говорите, - улыбнулся Клюге, - нет «Х – 17» устарели, их заменили «Х – 21». Они более приспособлены для работы за Стеной, улучшен замкнутый цикл дыхания и прочее. Сами поймете, профессор.
- Я так понимаю, - медленно заговорил Роберт, выбора у нас, по сути, нет. Но, хоть инструктаж по ТБ проведут?
- Разумеется, как только вы подпишите контракт, вас отсюда доставят в Осло, где сейчас находятся ученые. И они вас подготовят. Не переживайте, ученые подвергаются не меньшему риску, чем вы. Просто они добровольцы. Итак, мой коллега начинает сомневаться, что мы выбрали тех людей, как вы думаете, что надо сделать, чтобы он понял, что мы не ошиблись?
- Я согласен, - устало кивнул Роберт. Эйфория боя, наконец, уступила место жуткому опустоше-нию.
- Я тоже, - согласилась Мишель, наполняя рюмку текилой.
- И я согласен, - Шин, казалось, был счастлив. Ведь, он тоже ученый.
- Вот и отлично, - улыбнулся Давыдов, - самолет прилетит за вами через два часа. Советую провести их в отдыхе. Вас никто не будет беспокоить в этом кабинете, до часа Х. До встречи, красная команда.Добавлено (19.12.2011, 21:00)
---------------------------------------------
Глава 2. Осло, центр подготовки. Месяц спустя.
- Значит так, бойцы, - незнакомый высокий мужик средних лет стоял перед тройкой бывших за-ключенных, - вылет к Стене завтра. Я капитан Полозов, и я отвечаю за то, чтобы все эти умные головы вернулись в периметр Мира целыми и невредимыми. Хочу вас заверить, что с подобными вам отбросами, я не привык якшаться. Поэтому, за любое неподчинение пристрелю любого как собаку. Ясно? Вот и славно, что ясно. Следуем дальше. Вам положено штатское вооружение морских пехотинцев – автомат «Хищник», пистолет « Марк» и нож. Есть вопросы?
- Есть, - Мишель подняла руку, - я снайпер, а оптики я не вижу…
- Снайпер, снайпер, - пробормотал Полозов, - баба ты, а не снайпер. На автомат «Хищник» воз-можна установка прицела «4Х», и у нас он будет. С вооружением ясно? Вот и славно. Костюм «Х – 21». Вообще, он предназначен для бактериологических войск, но нам его выделили тоже. Замкнутый цикл дыхания, с очищающим фильтром. То есть, вы в принципе, можете использовать одну пластину без замены. Выдыхаемый воздух проходит через систему фильтров, и он снова готов к использованию. Тройная маска. Стекло в ней из трех сплавов. Названия вам ничего не скажут. Добавлю только то, что через нее ничего не пройдет. И еще, у нас костюмы «Х – 21» боевой модификации, то есть не сковывает движения.
- А зачем нам это? – спросил Шин, - Ну, оружие, броня? Там ведь никого нет.
- Ты что, ученая голова, совсем охренел? - взорвался капитан, - Даже таракана хватит, чтобы тебя заразить, не говоря уже о прочих представителях фауны! Значит так, бойцы, сейчас с вами прове-дет инструктаж доктор Олсен, прошу его слушать и запоминать. Завтра каждого цитировать за-ставлю! Ясно? Вот и славно.
В кабинет вошел седоватый мужчина лет пятидесяти в белом халате.
- Это вы наши охранники? – спросил он, дождавшись кивка, продолжил, - Что вам известно о ви-русе «Людоед»?
- Ну… он смертельно опасен, да? – робко попыталась ответить Мишель.
- Вирус «Людоед» - перебил ее Шин, - впервые был обнаружен в Турецком районе зимой 2015 года, эпидемия вспыхнула в апреле, уничтожив три миллиона человек по всему миру. Затем эпидемия утихла, и все подумали, что она исчезла. На самом деле инкубационный период этой болезни продолжился и вылился в новую вспышку заболеваемости в сентябре того же года. Вплоть до мая 2016 ученые пытались найти противоядие, но тщетно. В августе 16 года началось строительство Стены. К октябрю Стена была окончена, оставив за собой три миллиарда людей. Численность выживших насчитывает полтора миллиарда. В 2105 начались повторные работы по созданию вакцины. Были разработаны «АВ – 34» и «АВ – 35». В 2110 – «АВ – 40»…
- А дальше? – с интересом спросил профессор.
- А дальше, я сел, док, - с гордостью ответил Шин, - я один из тех, кто писал проект «АВ – 40», по-сле смертей в военной лаборатории под Питером был обвинен в саботаже.
- Тогда я немного углублюсь в конкретику, с вашего позволения. Вирус «Людоед» подменяет в нашем организме H2O на O2, то есть на чистый кислород, который замечательно, просто чудно горит. Это так, сказать рядовой случай. Но в моей практике были случаи и замены на CO2 и даже на O3, то есть на углекислый газ и озон. Понять, как это происходит, я не могу.
- А опыты? – спросил Роберт.
- Опыты, опыты – горько повторил Олсен, - все образцы вируса различны по составу.
- Не понял? – удивился Алферов.
- Этого не может быть, - запротестовал Шин.
- Охренеть! – Мишель выразила свои чувства понятнее всех.
- Мы тоже сначала так подумали, - кивнул Олсен, - оказалось, что «Людоед», вступая в реакцию с инородным телом, защищается, меняя свою структуру и, частично, состав. Поэтому и нет никакой возможности создать антидот – мы просто не можем его изучить. Вирус «Людоед» передается всеми известными способами, даже при прикосновении поврежденным участком кожи здорового человека, к неповрежденному – зараженного. Про воздушно – капельный способ я вообще молчу. Поэтому, во избежание заражения, мы должны постоянно находиться в костюме «Х – 21», а также, ежедневно проходить курс обследования. Кто знает, как мутировал вирус за столетие. Мы будем передвигаться на «передвижной лаборатории»…
- На консервной банке с колесами? – удивилась Мишель, - На «ППЛБиЗ - 1 »?
- Да, девушка, - подтвердил Олсен, - вам знаком этот аппарат?
- Разумеется, - кивнула Мишель, - я на ней каталась. Ничего машинка, только громоздкая, при-мерно 23 метра в длину жилых помещений и 12 – лабораторного комплекса, на гусеницах. Ширина, примерно, девять метров . Но зато разделена на четыре подвижных секции. Специально принижен каркас, для придания необходимой, для работы в движении, устойчивости. Максимальная скорость с полной загрузкой – 60 километров в час. Неплохо, если учитывать, что в нее можно запросто поместить 17 человек. Оснащена двумя двигателями – внешним и внутренним. Внешний подзаряжается от солнечной энергии. Полностью заряженного блока хватает на 4500 километров. Внутренний – водный двигатель. В качестве топлива используется, как вы догадались, вода. Одновременно может работать только один из них. Зато система безопасности ни к черту. Нет ни автоматических пушек, ни турелей – только два гнезда для пулеметчиков. В наличии система внешнего оповещения.
- Девушка, вы так много о ней знаете, я скажу капитану Полозову, что второго водителя искать не стоит…
- А что, один уже есть? – с удивлением спросил Роберт.
- Кроме вас троих, капитана Полозова, и научного персонала, в количестве десяти человек, с нами направляются два бойца спецназа и водитель – штрафник. Его отец, оппозиционер, попал в тюрьму. Сын согласился принять участие в экспедиции в обмен на освобождение отца.
- Вот те на! – присвистнул Шин, - Два конвоира и Полозов.
- Хорошо, док, - улыбнулся Алферов, - вы не могли бы поконкретнее рассказать о цели данного эксперимента?
- Конечно, молодой человек, конечно, - кивнул Олсен, - наша цель – обнаружение вируса и со-ставление характеристики его свойств. Или, наоборот, неопровержимые доказательства его полного исчезновения. При обнаружении любых жизненных форм – взять для изучения…
- Жизненных форм? – переспросила Мишель, - Док, вы хотите сказать, что за Стеной могли остаться выжившие люди?
- Люди? – пожал плечами профессор, - Люди – нет. А вот, скажем, жуки, тараканы или даже мыши – вполне возможно. Видите ли, уважаемые, чем ниже существо стоит в эволюционной лестнице, тем выше у них сопротивляемость. Вероятно, это потому, что они наиболее древние существа на планете. Соответственно, чтобы выжить, им пришлось развивать свои иммунные системы. Правда, это только теория…
- Док, можно вопрос не по теме? – спросила Мишель с ехидной улыбкой.
- Задавайте.
- А это правда, что человек произошел от обезьяны? – при этих словах Шин и Роберт закатили глаза – Мишель, за те короткие часы общения с ними, зарекомендовала себя как истовая верующая.
- И да, и нет, - ответил Олсен, - я вполне допускаю, что человек произошел от обезьяны, но тут встают ровно два вопроса: от кого произошла обезьяна? И почему мы не видим повторения этого пути? На второй вопрос есть ответ, не расходящийся с теорией Чарльза Дарвина: обезьяна существо совершенное, я бы сказал, законченное или конечное, кому как удобнее. И человек – существо совершенное. Из совершенного существа не может получиться совершенное. Только несовершенное, но этот процесс называется деградацией и встречается только в единичных случаях, - подробно пояснил Олсен, - что же касается первого вопроса, то тут точки зрения до сих пор расходятся. Одни считают, что они произошли в результате эволюции клеток, которые, развиваясь, совмещались, образуя организмы. Другие считают, что обезьян сотворил Бог…
- А что считаете вы? – продолжала Мишель. Ей, похоже, было действительно интересно. Мишель Гарсия, несмотря на свою молодость и профессию, была крайне образованным человеком и могла позволить себе разговор и даже спор с профессорами. При этом, она делала это грамотно, используя факты, обращаясь к различным источникам и высказываниям. Не раз она ставила в тупик более «сведущих» людей, которые считали себя специалистами во всех областях. При этом она могла и согласиться с точкой зрения собеседника, если у того находились веские к тому аргументы.
- Я считаю, что библейские легенды – выдумка, - начал профессор, - но еще большей выдумкой я считаю теорию «эволюции клеток». Я биолог, вернее вирусолог, но в этих процессах я разбираюсь великолепно. Отсюда, лично я, делаю вывод, что человек произошел от обезьяны, а обезьяна от более низших приматов, которые, в свою очередь, были созданы искусственно. Что намекает нам на существование высшего разума, или силы, если хотите. Просто понятие «Бог» слишком религиозно. Недоверие к этому понятию среди ученых подтолкнула Библия. Это ведь ясно, что ее нам не прислал Бог по факсу…
- Не понял… - вмешался Алферов, с удивлением обнаружив, что сам вслушивается в беседу.
- Ее написал человек, - пояснил Олсен, - поэтому истории об Адаме и Еве, на мой взгляд, выдумка. Но сама энергия, которая создала обезьяну, и, без всякого сомнения, Землю, существует. Ее можно называть по – разному: Бог, Аллах, Яхве, Кришна или Будда. Суть от этого не меняется. Кстати, раз уж была затронута тема Земли. Вам не кажется удивительным, что, если верить теории, наша планета была создана в результате взрыва. Хорошо, тогда почему на Марсе или, скажем, Юпитере нет пригодной для человека атмосферы? Мой взгляд на эту странность прост: человек – это эксперимент. Не смотрите на меня так, я не про инопланетян, а все про ту же силу. Просто она решила проверить, как десять миллиардов созданий примерно одного типа будут существовать на одной планете. И выбрала Землю. Но это лишь моя теория…
Его прервал капитан Полозов, вошедший в кабинет. Следом за ним вошли еще трое: два высо-ких, крепких мужика в армейских комбинезонах и парнишка лет двадцати.
- Док, я прерву вас, - сообщил капитан, - внимание! Это наши напарники. Водитель Альберт…
- Не Альберт, а Альберт, капитан, - поправил Полозова водитель.
- Альберт, - кивнул капитан, - а это бойцы спецназа, Руслан и…
- Людмила? – с хохотом спросила Мишель.
- Руслан и Руслан, - прохрипел Полозов, чем вызвал смех, но на этот раз у всех троих заключенных. Два спецназовца были действительно неразличимо похожи, - Они будут помогать мне следить за вами.
- Господин капитан, - прервал его Олсен, - я нашел второго водителя на ««ППЛБиЗ – 1». Эта де-вушка вполне разбирается в транспорте, и, думаю, подойдет.
- Подойдет? – усомнился Полозов, - Ты разбираешься в управлении этой коробкой? – Мишель сдержанно, по – военному кивнула. В такие минуты она была больше похожа на настоящего сол-дата, нежели Мартин и Роберт вместе взятые. Чего – чего, а выправки ей не занимать.
- Хорошо, не придется перегружать транспорт, - кивнул капитан, - будешь вторым водителем. А заодно и штурманом. Ясно? Вот и славно. Рядовой Альберт Анисимов…
- Альберт, а не Альберт! – водитель повысил голос, но ровно настолько, чтобы не получить в ухо за бестактное обращение с офицером. Бывшие заключенные отметили, что парнишка – то смельчак.
- Рядовой Анисимов, - повторил капитан, - останьтесь здесь, вас проинструктируют по технике безопасности старшие товарищи, - при этих словах на лице Полозова появилась презрительная ухмылка.
- Чертов солдафон, - прошипела Мишель, когда тот вышел, - своей смертью он не умрет. Если понадобится – я помогу.
- Успокойся, подруга, - дружески толкнул ее в плечо Шин, - у него такая работа.
- Какая? – вопросительно поднял брови Роберт.
- Гонять подчиненных, - пожал плечами Мартин, - интересно, а его сюда за что сослали? И этих Русланов?
- Капитан Полозов был приговорен военным трибуналом к семи годам заключения за избиение двух новобранцев. Сюда был прислан по приказу Сената. Он – прекрасно управляет людьми и знает, что от каждого нужно. А Русланы… - док задумался, - я даже не знаю, наверно, тоже есть за что.
- Док, а это правда, что все ученые – добровольцы? - спросил Роберт.
- Правда, - кивнул Олсен, - пять виднейших биологов, один химик и четверо студентов последнего курса Мирового Медицинского Института. Из города Витебска, одного из самых близких к Стене. Не зря этот институт готовит лучших медиков в Мире. У них много практических занятий.
- Док, - впервые, после ухода Полозова, подал голос Альберт – какие первичные признаки зара-жения вирусом?
- Первичные… - профессор призадумался, - повышенное выделение пота и слюны, а также судороги нижних конечностей. Через час – полтора это проходит и наступает облегчение. Пациент просит воды. Через два часа появляется нестерпимая головня боль, в большинстве случаев сопровождаемая болью в глазах, как при гриппе и галлюцинациями. Через пять часов учащается сердцебиение и температура начинает постепенно повышаться. Через девять часов температура достигает своего пика, и пациент теряет сознание. Через десять часов, в большинстве случаев, наступает клиническая смерть. Через одиннадцать часов пациент умирает однозначно. Самое продолжительное время, прошедшее от проявления первых признаков до смерти – десять часов восемнадцать минут. Отсюда мы получаем одиннадцать часов сорок восемь минут – максимальный срок жизни после инициации вируса внутри человеческого организма. Для облегчения участи пациента рекомендуется вводить «АВ – 46», который притупляет боль, но не помогает поправиться. После того, как заканчивается первый этап болезни, человек может вести себя неадекватно и даже агрессивно. Также во рту появляется привкус дыма. Примерно так все это выглядит…
- Спасибо док, - кивнул Альберт, - я хотел бы попросить, если вдруг я заболею, не надо никаких «АВ – 46» или других медикаментов. Просто пристрелите меня, ОК?
- Я не имею права, я давал клятву Гиппократа… - начал отнекиваться Олсен, - главная заповедь: «Не навреди».
- Я имею такое право, - кивнула Мишель, - не бойся, если ты меня об этом попросишь – помогу.
- Спасибо, - слабо улыбнулся Анисимов.
- Сочтемся, - девушка толкнула водителя локтем в бок.
Наступила ночь. Несмотря на «полную реабилитацию», бывших заключенных заперли в комнатах, а за дверями стояли солдаты. Правда, следует отметить, что условия в комнатах и в Центре подготовки вообще, были намного лучше тюремных. Тут тебе и телевизор, и библиотека, откуда разрешалось брать книги даже на ночь (в тюрьме такое и в голову никому не могло прийти), и даже настоящий спортзал. Рацион тоже положительно отличался от «филиала Ада» на острове Медвежий. Можно было выбирать (!) блюдо и тебе подавали именно его. При этом блюда тоже радовали своей удобоваримостью: картофель вареный, котлеты, рыба, семь (!) различных супов на выбор, почти любые сигареты, чай с сахаром (!) и даже кофе.
Утром были пройдены последние тесты. Роберт пожаловался на кошмары, которые начали его мучить на второй неделе пребывания в Осло. Доктор, видный психиатр из Копенгагена, сообщил Полозову об этом.
- Я настоятельно рекомендую оставить Алферова на излечении, - сказал он капитану, - он может вновь сорваться.
- У меня не сорвется, - покачал головой Солдафон, - к тому же, док, мы сегодня вечером вылетаем к Стене. У меня нет времени искать ему замену. Док, ты же психиатр, так выпиши ему таблетки, чтобы слюной не брызгал. Вот и все.
- Господин капитан, - возразил психиатр, - вам нужен боец или овощ? Единственные лекарствен-ные препараты, которые точно ему помогут – это сильнейшее успокоительное «Альторвал». Оно его реально превратит в овощ. К тому же вызывает привыкание.
- Доктор
Он не отличается от других. Он не выделяется среди них. Встретив его однажды – второй раз не узнаешь. Он не спасает мир, не наказывает злодеев. Он не помогает людям, он не работает во благо человечества. Он – почтальон. (с)
|
| |
| |
